Форт - Бернард Корнуэлл
36
В перевод с голландского — «Отродье дьявола»
37
«Ночь Папы» (Pope’s Night или Pope Day) — исторический антикатолический праздник, который ежегодно отмечался 5 ноября в колониальном Массачусетсе, особенно в Бостоне. Изначально это был сугубо антикатолический праздник в память о провале «Порохового заговора» в Англии, но в Массачусетсе он превратился в повод для социального взрыва и выброса агрессии низов.
Каждое 5 ноября в Бостоне происходило грандиозное и крайне буйное действо. Две главные банды города, из Норт-Энда и Саут-Энда, возили по улицам на телегах огромные чучела Папы Римского и Дьявола. Две процессии сходились в центре города, где и начиналось настоящее побоище. Целью было захватить чучело противника. Дрались на палках, камнях и кулаках, часто с тяжелыми травмами и даже смертями. Победившая банда сжигала оба чучела на огромном костре (обычно на холме Коппс-Хилл или на Общинном выгоне — Бостон-Коммон). До 1765 года лидеры патриотов (группа интеллектуалов, называющих себя «Девятью Лояльными» во главе с Сэмюэлом Адамсом) с опаской смотрели на эти беспорядки. Но когда Британия ввела Акт о гербовом сборе, Адамс понял, что ярость низов можно направить против Короны. В результате тонкой политической игры Адамса лидеры банд заключили перемирие, благодаря чему в Ночь Папы 1765 года банды не дрались друг с другом, а объединились в единую колонну. Они повесили чучело налогового инспектора Эндрю Оливера на «Дереве Свободы», а затем полностью разрушили здание налоговой и разгромили особняк губернатора. Именно в этот момент разрозненные группы недовольных начали называть себя «Сынами свободы» (Sons of Liberty). Банды Бостона стали силовым крылом, а «Девять Лояльных», включая Адамса их мозговым центром. Так родилась боевая пехота революции, которую сформировали люди, которые позже устраивали Бостонское чаепитие и громили дома лоялистов.
В 1775 году Джордж Вашингтон, нуждаясь в помощи католиков Квебека и Франции, осудил и официально запретил празднование «Ночи Папы» в армии, что в конечном итоге привело к постепенному угасанию интереса к этому празднику.
38
Ша́нти (англ. shanty) — особый жанр рабочих песен, которые пели матросы на парусных судах в XVIII–XIX веках. Песни служили своего рода инструментом, который помогал синхронизировать тяжелый физический труд команды. На паруснике многие задачи требовали одновременного усилия десятков людей (поднять якорь, поставить тяжелый парус, выкачать воду помпой). Без ритма люди тянули бы вразнобой, и работа была бы неэффективной. Запевала (shantyman — шантимен) пел сольную строку. Все остальные матросы хором выкрикивали припев, и именно на определенные слоги припева приходился самый сильный рывок каната или толчок вымбовки кабестана. В зависимости от работы использовались разные шанти, которые строго делились по ритму. Для долгой работы (поднятие реев с тяжелыми парусами) шанти имели медленный ритм, с паузами, чтобы матросы могли перехватить канат. Для коротких, резких рывков (например, когда нужно подтянуть шкот в конце маневра) пели шанти с быстрым и акцентированным ритмом. При поднятии якоря матросы ходили кругом, толкая рычаги кабестана, и пели песни с четким, маршевым ритмом 4/4 или 2/4. Это были самые мелодичные и длинные песни. Для работы на помпах при откачке воды пели шанти с монотонным и изматывающим ритмом.
39
«Свиной пристав» (англ. hogreeve, от hog — свинья и reeve — пристав, староста) — выборная муниципальная должность в колониальной Новой Англии (включая Массачусетс) эпохи Революционной войны. В XVIII веке в американских городках домашний скот (особенно свиньи) часто находился на «свободном выпасе». Свиньи бегали по улицам, рылись в огородах соседей и портили общинные земли.
В обязанности "свиного пристава" входил контроль за тем, чтобы все свиньи на улицах имели клеймо владельца и на них было надето положенное снаряжение (кольцо в носу и ярмо на шее), а также отлов бродячих свиней. Это была официальная должность, на которую человека избирали на ежегодном городском собрании. Многие выдающиеся деятели американской истории начинали свою «политическую карьеру» именно с этой должности. Например, Джон Адамс (будущий второй президент США) был избран свиным приставом в своем родном Брэйнтри в 1761 году. Он воспринял это с юмором, написав в дневнике, что «приступил к исполнению своих обязанностей с должным рвением».
40
Поворот «Через фордевинд» ("Wear ship" — в англоязычной морской терминологии) — это один из двух основных способов разворота парусного судна на противоположный курс (на 180 градусов), когда корабль меняет галс, уваливаясь под ветер. При этом судно поворачивает кормой через линию ветра. Поворот через фордевинд часто использовали, чтобы уклониться от сражения, отступить или выиграть время.
41
Самсон-пост (англ. Samson's post) — мощная вертикальная стойка, устанавливаемая на палубе парусного корабля. Самсон-пост не просто стоял на палубе, он проходил сквозь верхнюю палубу и опирался на бимсы (поперечные балки) нижней палубы или даже на кильсон. Это делало его частью силового каркаса корабля. Это была своего рода «точка опоры» для рычагов и талей. Через блок, закрепленный на самсон-посте, пропускали канаты для подъема тяжелых пушек, бочек с порохом или провизией из трюма. Перлинь (нидерл. pelerin) — толстый канат.
42
Моряки поют знаменитую британскую морскую балладу «Spanish Ladies» (Испанские дамы). Она считается одной из старейших и наиболее почитаемых песен Королевского флота, возникшей еще в XVII веке, но ставшей невероятно популярной именно в эпоху Революционной войны и Наполеоновских войн. В тексте даётся в переводе М. Коваля.
43
Верпование (от нидерл. werpen — бросать) — способ перемещения парусного корабля в безветрие или в тесноте порта, когда судно тянут вперёд за канат, прикреплённый к заранее завезённому в море якорю. В шлюпку грузили специальный малый якорь — верп. К нему крепился длинный прочный канат — перлинь. Матросы на шлюпке гребли вперёд по курсу корабля на всю длину каната (обычно на 100–200 метров) и сбрасывали верп в воду. На борту корабля другой конец перлиня наматывали на кабестан. Матросы вращали кабестан, наматывая канат и буквально подтягивая многотонную махину корабля к якорю. Как только корабль оказывался прямо над якорем, его поднимали, снова грузили в шлюпку и