Уйгурские сказки - Автор Неизвестен -- Народные сказки
— Не излечитесь вы до тех пор, пока не купите лекарство на деньги, вырученные от продажи того, что нажито вами честным трудом. Подумайте. От этого зависит ваше здоровье и даже жизнь.
Глубоко задумался мой отец. Видно, трудную задачу задал ему лекарь. Два дня и две ночи думал он. А на третий день пришел лекарь, спрашивает:
— Ну, как? Или нет у вас ничего, нажитого честным трудом?
— Вы правы, — признался отец. — Все мои богатства созданы трудом моего народа. Я же за свою жизнь ничего не создал. Есть у меня только дочь, горячо любимая Гулияр.
— В таком случае вам ничего не остается, как продать свою дочь и на вырученные деньги купить лекарство.
Совет лекаря сильно опечалил отца. Тогда я сама вошла к больному и сказала:
— Отец, я люблю тебя. И хотя я единственная дочь твоя, но, все равно, придет время и я вынуждена буду уйти из твоего дома. Так почему же ты не хочешь последовать совету лекаря? Я готова на все.
Отец после долгих колебаний согласился. А я, чтобы не оскорблять чести и достоинства падишаха, придумала этот способ продажи. Так я попала к вам и очень счастлива, видя перед собой молодого йигита.
— И я счастлив. Спасибо за признание, моя несравненная Гулияр. Красота твоей души соответствует красоте лица. И в этом — двойное счастье. Меня зовут Талапкар. Мои родители настолько бедны, насколько могут быть бедны люди во владении твоего отца-падишаха. Они отдавали ему все, что зарабатывали. Но они, как и я, будут счастливы, когда увидят в своей землянке такую невестку. Отца моего зовут Надам, а мать — Гульшан. Сейчас я еду в Бухару учиться. Вернусь через три года. На это время ты заменишь им сына и станешь любимой дочерью. Еще в детстве отец подарил мне кинжал. Вот он. Я перешлю его родителям с тобой, чтобы совершить никак[148]. Сейчас этим кинжалом я сделаю отверстие в сундуке, передам тебе ключ и отправлю тебя к родителям тем же способом, каким ты пришла ко мне.
Гулияр согласилась, и они попрощались.
Талапкар закрыл сундук на замок, передал в отверстие ключ и попросил одного караванщика доставить сундук родителям с первым попутным караваном.
Караванщик в точности исполнил просьбу Талапкара, получил с его родителей положенную плату и исчез.
Старики втащили сундук в комнату, но, увидев на нем замок, огорчились. Стали громко обсуждать, как открыть сундук.
В это-то время Гулияр дала знать о себе и передала в отверстие ключ. Едва открыли они замок, крышка сама самой поднялась и перед ними предстала девушка невиданной красоты. Обрадовались Надам и Гульшан, а когда девушка передала им кинжал Талапкара, то в один голос воскликнули:
— O-о! Мы очень рады такой дочери!
Через несколько дней старики позвали к себе соседей, положили на скатерть кинжал Талапкара, совершили над ним никак, после чего, по обычаю, приняли Гулияр в свой дом как невестку.
По душе она пришлась старикам: хорошая хозяйка и отзывчивая дочь. Все ожило в доме с ее приходом.
Соседи, заходя в дом, чтобы поздравить стариков с невесткой, поражались ее красоте и жизнерадостности. И пошла по всему городу хорошая молва о Гулияр.
Дошла эта молва и до байских сынков.
От зависти они готовы были прибегнуть к коварным уловкам, чтобы только отобрать Гулияр у стариков. Но как они ни старались, Надам и Гульшан во-время предупреждали их. Однако старики лишились душевного покоя, и с каждым днем им все труднее приходилось бороться с молодыми повесами.
Тогда, чтобы уберечь невестку, Надам и Гульшан посоветовались между собой и переехали из города в кишлак, расположенный на берегу быстрой реки Каракол.
Байские сынки еще больше озлобились и написали Талапкару письмо от имени его родителей. Быстро дошло оно до Бухары. Читает Талапкар, глазам своим не верит:
«Дорогой наш сынок, как ты поживаешь? Мы живем неплохо. Одно только убивает нас: наша невестка Гулияр оказалась распутной женщиной. И слушать она не хочет наших уговоров и наставлений. От стыда мы не могли смотреть соседям в глаза и переехали в кишлак. Пусть пропадет твое учение, которое принесло нам столько горя и страданий! Если ты сейчас лежишь, то вставай немедленно, если стоишь, тотчас же отправляйся а путь. Нет нам ни радости, ни покоя. Не накажешь ее, мы отречемся от тебя. Посылаем тебе привет, родной наш сынок, свет наших глаз. Твой отец, Надам и мать Гульшан».
Прочитал Галапкар письмо, побледнел, безмерная ярость охватила его.
— Да пусть будет она небесной пери, я сам отрублю голову беспутной женщине или перестану быть сыном своего отца! — воскликнул Талапкар и, попросив разрешения у муллы медресе, отправился в дальний путь.
Свою землянку на краю родного города Талапкар нашел опустевшей и давно заброшенной. Вышел он на улицу, чтобы расспросить соседей, куда переехали его родители. Тут ему и повстречались байские сынки. Кланяются почтительно и здороваются с уважением, а спрашивают, скрывая злую насмешку:
— Как, Талапкар, идет ваше учение в Бухаре? Скоро, видит аллах, знаменитым ученым станете?
— Вам ли судить, что видит аллах! — сердится Галапкар. — Вы же не прочитали ни одной строчки корана, а надо бы знать, как велика ненависть аллаха, когда говорите вы не то, что думаете. Сказали бы лучше, куда переехали мои старики, и почему они бросили родные места?
— О друг наш, не спрашивай об этом. Если мы все расскажем тебе, наши языки сгорят от стыда. Сам знаешь: зайца губит густой камыш, а человека — бесчестье. Опозорила твоих родителей невестка Гулияр. Собирались они написать тебе. Может, ч писали, не знаем. А живут они теперь в кишлаке на берегу реки Каракол, в доме рыбака. Пойдешь — найдешь!
Пуще прежнего разгневался Талапкар. Бегом бросился к быстрой реке, разыскал село и дом рыбака. Ворота оказались закрытыми изнутри.
— Дженим апа! Открой! Это я — ваш сын! — крикнул Талапкар и сильно постучал в ворота.
Услышала Гулияр знакомый голос, как стрела выбежала из дома, открыла ворота и тут же исчезла в комнате. Постелив на почетном месте одеяла, она, стоя, ждала любимого.
Едва Талапкар переступил порог дома, Гулияр бросилась ему навстречу, спросила:
— Хорошо ли вам было в пути, дженим?
— О чем спрашиваешь, безумная?! Ты виновата передо мной! — выкрикнул Талапкар и ударил ее кинжалом в грудь.
Тело Гулияр он положил в большой старый мешок, завязал его и со словами: «Хорошей ты будешь пищей для рыб!» — бросил мешок в
