Сказание о второстепенном злодее 2 - SWFan
— Доктор Фридрих? Куда вы? — спросил один из наших похитителей. Остальные тоже нахмурились и подозрительно посмотрели на меня и Адель.
Я демонстративно выпрямил спину и ответил напыщенным голосом:
— В медпункт. У вашей пленницы возникли проблемы со здоровьем.
— Ничего серьёзного? — осведомился старик.
— Нет. Обыкновенное расстройство пищеварения.
— Генерал запретил пленникам покидать карцер. Не могли бы вы помочь ей прямо там?
Проклятье. Почему он сразу об этом не сказал? Тогда бы я подобрал диагноз посерьёзнее…
Я сложил руки за спиной, потирая пальцы в скрипучих белых перчатках, и ответил хриплым голосом:
— Не представлялось возможным. Мы имеем дело с тяжелейшим случаем испускающего желудочного отравления. Мои ассистенты едва не потеряли сознания, когда прошли в карцер. Второй заключенный лишился чувств. Это было чудовищно. Нельзя работать в таких условиях. Организм человека представляет собой величайшую загадку природы, если может хранить в себе столько зловредных миазмов.
— Вот… вот как… — опешил мужчина, с удивлением переводя взгляд с меня на Адель. Девушка совершенно побледнела, широко открыв глаза.
— Мы же её особо не кормили в пути… — вставил парень с квадратной челюстью.
— Вероятно, до этого имел место самый настоящий пир. С морепродуктами, свининой, говядиной и тухлыми яйцами. Знаете, такой южный деликатес? Яйца, которые настаиваются на протяжении нескольких месяцев. Были съедены десятки таких, а также селёдка, форель, креветки…
— Х-хватит, мы поняли, — кивнул старик, болезненно поджимая губы и даже невольно делая шаг в сторону от Адели.
— Прямо сейчас в карцере проводятся срочная уборка и проветривание. Советую вам держаться от этого места подальше — оно представляет биологическую угрозу, — заявил я и уверенным шагом направился вперёд.
Адель брела за мной, едва переставляя ватные ноги. Взгляд её был прикован к стене — казалось, она всерьёз прикидывала, с какой скоростью разбежаться, чтобы разбиться о неё насмерть…
Уже на ходу я сообразил, что старый ветеран и остальные конвоиры не стали поправлять меня насчёт направления. Следовательно, либо мы шли по верному пути, либо они раскусили мою ложь и теперь спешили доложить генералу, чтобы устроить засаду.
К счастью, верным оказался первый вариант. Вскоре я почувствовал резкий запах антисептика — маска его не блокировала, — открыл очередную дверь и попал в медпункт, где меня встретили стол, стул, небольшой отсек с кроватью и табуретом за зелёной шторкой, серебристые шкафчики на стенах и смежная дверь в другое помещение, в котором простирался длинный ряд коек — местами занятых. Заглянув туда, я сразу прикрыл за собой створку и сказал профессиональным врачебным тоном:
— Присаживайтесь.
Адель поморщилась, явно приняв это за издевательство, а не за случайно проявившуюся привычку.
Сперва я осмотрел стол, затем сунул руку в карман белого халата, нашёл ключ и стал открывать ящики один за другим.
Антидоты от блокиратора маны мы проходили на уроках. Подойдёт отвар орехового дерева из ОКЗ с высоким содержанием огненной маны. Где же… где же… Вот.
Я схватил подходящую колбочку и вручил Адели:
— Пять капель.
— Знаю, — ответила девушка.
— Подействует примерно через десять минут. Спрячься.
Адель раздражённо вздохнула, но всё же прислушалась к моему совету и села на кровать, резким движением завесив её зелёной шторкой. Сам я вернулся к шкафчикам и стал рассматривать, что ещё было в запасах у доктора. Не прошло и трёх минут, как раздался стук…
— Заня… — начал я и сразу опешил.
Дверь отворилась, и показалась молодая девушка в пилотке и серых галифе — Мания Лин.
Я быстро посмотрел на шторку, затем спросил:
— Что-то беспокоит?
Ошибка!
Она непонимающе наклонила голову.
— Я пришла на обследование, — с нажимом сказала девушка.
— А, конечно. Обследование, да… Присаживайтесь.
Ошибка (2!).
Мания направилась прямиком к зелёной шторке. Я затаил дыхание. Она отдёрнула ткань и… Пусто. Адели нет.
Где она? Стоп. Вижу кончик золотых волос под кроватью.
Помявшись, я последовал за Манией. Девушка сняла пилотку и положила её на кровать, затем стянула сапоги и начала расстёгивать жилет. На секунду мне пришла в голову мысль: если мы её сейчас оглушим, у нас появится женская форма для Адели.
Я помотал головой: всё же помело и вишня — это совершенно разные фрукты. На этой мысли я вдруг опомнился и заметил, что Мания уже снимает рубашку. Стоп, что она…
Мои размышления оборвались, когда перед моим взором забелела её светлая, как козье молоко (почему козье? Не знаю. Такая вот ассоциация), кожа.
— Что-то не так? — нахмурилась Мания, оставшись в одних брюках. Топлес
— Кх, нет, всё в порядке. Присаживайтесь на… вот, табурет, — ответил я.
По моей спине бежали крупные капли пота. Ситуация была вдвойне неловкой. Я почти чувствовал взгляд Адели, которая наблюдала за всем происходящим из-под кровати. Почти механически я приблизился к Мании, взял стетоскоп и приложил его к светлой бархатистой коже. Послушал. Нахмурился. Послушал ещё раз, уже очень внимательно. Затем взял её руку, надавил, взял её лицо и ощупал виски, наблюдая за тем, как Мания болезненно поморщилась…
Глава 48
Туда и обратно
— Как самочувствие? — спросил я.
— Нормально. Иногда болит.
— Обезболивающее принимается… то есть, принималось регулярно во время задания?
— Я его не принимаю, я же говорила, — раздражённо ответила Мания.
— Да, конечно… Тогда, может, выписать снотворное?
— Я просто хочу знать, это помешает мне работать или нет? Как обычно.
— Тогда всё…
…в порядке? Нет, это было не так. Но что ещё я мог сейчас ответить?
— … Всё хорошо.
— На этом всё?
— Всё.
Мания кивнула, быстро надела рубашку, жилет, натянула ботинки и спрыгнула на пол.
— Благодарю, — сухо сказала она, потирая виски, и вышла за дверь.
Некоторое время царила тишина. Затем зазвучало шуршание, из-под кровати вылезла Адель. Девушка внимательно смотрела на дверь.
— Что с ней? — спросила она.
— Невралгия.
— Ты разбираешься в медицине? — с подозрением и явным удивлением спросила Адель.
— Успел заметить её карточку на столе у доктора, — ответил я, лихорадочно стараясь придумать оправдание. — У неё бывают сильные боли.
— Насколько сильные? — приглушённым голосом спросила Адель.
— Врачебная тайна, — отрезал я, с лёгким раздражением бросая стетоскоп на кровать.
…
…
…
Злодеев в Сказании о Храбрых Душах было не занимать: напыщенных и назойливых аристократов, которые постоянно ставили героям палки в колёса, безумных учёных, древних драконов и таинственных демонов, которые собирали людские души.
Некоторые просто были мерзавцами, которых приятно ненавидеть, побеждать и наблюдать за тем, как их заглатывает крокодил (интересно, как он сейчас поживает?).
Другим сценаристы прописывали мотивацию: генералу Кларку, например, который был истовым патриотом и, возможно, слишком сильно любил
