Игры Ариев. Книга первая - Андрей Снегов
Я потерял ощущение времени и с головой погрузился в первобытный ритуал охоты.
Четвертую Тварь — крупную, словно отлитую из тягучего глянцевого пластика, я убил, заманив на край обрыва. Монстр явно чувствовал меня и целенаправленно шел за мной, словно гончая по следу. Я залез на дерево, дождался, когда Тварь окажется подо мной, спрыгнул вниз и вонзил меч в короткую клыкастую морду.
Тварь ревела и билась, пытаясь стряхнуть меня, но я крепко держался за гарду, вгоняя клинок все глубже, пока не пронзил ее мозг. Только тогда она рухнула замертво, и мне снова пришлось переместиться в пространстве, чтобы меня не придавила ее туша.
Пятую — маленькую, юркую, с рядами длинных шипов вдоль спины, я убил случайно — она пересекала тропинку и неожиданно попалась мне на глаза. Просто рассек ее пополам, и две половинки еще долго извивались у меня за спиной, словно пытаясь воссоединиться.
Шестая была самой необычной: шарообразное тело размером с баскетбольный мяч, покрытое ровными рядами глаз и множеством тонких щупалец. Она висела на нижней ветке дерева, видимо, выжидая, пока внизу покажется подходящая добыча.
Я сбил ее с ветки мечом, словно спелое яблоко, с разворота, как сраный киногерой. Это была ошибка. Предыдущие пять побед дались мне слишком легко, и я позабыл об осторожности. Умирающая Тварь, точнее, ее половина, ринулась ко мне и полоснула по спине множеством тонких щупалец. Я ощутил неприятное жжение, но это были всего лишь царапины.
Ни одна из этих Тварей не представляла для меня реальной опасности. Все они были примерно первого ранга, и я справился с ними играючи. Наполненный Рунной Силой меч — страшное оружие, защитить от которого хитиновые панцири не могут.
Я не знал, сколько Тварей нужно убить, чтобы приблизиться к получению третьей Руны. Но точно гораздо больше шести слабых, которые попались мне. На охоту придется ходить часто. И каждый раз рисковать не только встречей с Тварями высшего ранга, но и раскрытием моих ночных вылазок.
И тут я почувствовал это. Меня накрыло чувство опасности, мощное, угрожающее. Словно воздух сгустился и наэлектризовался. Волосы на затылке встали дыбом, а по позвоночнику пробежал холодок.
Я изменил направление, двигаясь на этот новый сигнал. Лес стал гуще, деревья — выше и старше. Их корявые ветви переплетались над головой, почти не пропуская лунный свет. Здесь даже пахло иначе — древней, нетронутой природой и… Тварями — запоздало понял я.
Я увидел ее. Тварь третьего ранга. Она была огромна — размером с хорошего быка, но гораздо массивнее и приземистее. Ее тело, покрытое иссиня-черным хитином с фиолетовым отливом, напоминало огромного жука. Голова была непропорционально крупной, с тремя парами безостановочно шевелящихся жвал. Два огромных, выпуклых красных глаза прятались в полусферических, глянцевых выступах. Из хитинового панциря вертикально торчали острые зазубренные пики, а на конце длинного, тонкого хвоста подрагивал треугольный шип размером с мою ладонь.
Она стояла посреди небольшой поляны, разрывая тушу какого-то крупного животного — оленя или лосенка. Клочья шерсти и плоти разлетались в стороны, и жвала с отвратительным хрустом перемалывали кости. Воздух был наполнен запахом свежей крови и тошнотворной вонью Твари.
Я застыл без движения. Она была гораздо опаснее предыдущих, и справиться с ней будет непросто. Но именно такая Тварь могла приблизить меня к третьей Руне. Внезапно она прервала трапезу, замерла и повернула голову в мою сторону. В следующий миг раздался низкий, утробный рык, ее окутало неоновое сияние, и уродина бросилась прямо на меня с невероятной для такого массивного существа скоростью.
Я едва успел активировать обе Руны и переместиться в пространстве. Тварь врезалась в заросли, где я только что стоял, и с легкостью снесла несколько молодых деревьев. Треск ломающихся стволов эхом разнесся по лесу.
В этот момент я понял, что обычная тактика здесь не сработает. Эта Тварь была слишком быстрой и сильной. Нужно было что-то особенное. Что-то, что даст мне преимущество.
Я вышел на открытое пространство, привлекая ее внимание. Тварь развернулась, наклонила голову и замерла, внимательно меня разглядывая. Возникло иррациональное ощущение, что уродина оценивает и меня и планирует атаку, так же, как только что делал я.
Эта мысль пугала больше, чем ее размеры и сила. Что, если Твари — не просто животные из другого мира? Что, если за ними стоит мощный разум, преследующий какую-то цель? От этих мыслей по спине пробежал холодок, но я отогнал их — мне было не до философских вопросов.
— Ну давай, — прошептал я, поднимая ярко светящийся меч над головой, словно факел. — Иди к папочке!
Тварь сорвалась с места, но на этот раз я был готов к ее атаке. Вместо того чтобы уворачиваться, двинулся прямо навстречу, а перед самым столкновением ушел влево, развернулся вокруг своей оси и полоснул клинком глянцевый бок.
Тварь пронеслась мимо как небольшой автомобиль, и меч оставил на хитине длинный глубокий разрез. Она взревела от боли и ярости, развернулась с невероятной скоростью и атаковал меня хвостом.
Я едва успел отпрыгнуть, и костяное копье пронеслось в сантиметрах от моего живота. Ее хвост не достиг цели, и инерция движения лишила Тварь равновесия. Массивную тушу развернуло ко мне другим боком, и я нанес еще один удар.
На этот раз меч проник глубже, из раны хлынула маслянистая кровь, и Тварь издала оглушительный визг, от которого заложило уши. Она крутанулась волчком и бросилась на меня. Ее жвала щелкали, как гидравлические ножницы, способные перекусить стальной прут.
Мы кружили по поляне в смертельном танце — человек и Тварь, два хищника в ночном лесу. Я перемещался в пространстве, уходя от молниеносных выпадов, и наносил удары, когда предоставлялась возможность. Но каждое перемещение истощало мои силы, и меч постепенно тускнел.
Сражение нужно было заканчивать. Я сделал вид, что споткнулся, и Тварь немедленно бросилась на меня, широко раскрыв все три пары жвал. Я размахнулся, метнул меч прямо в открытую пасть, и сделал скачок, уйдя с ее пути.
Меч прошел сквозь небо и вонзился глубоко в голову Твари. Она пробежала по инерции еще с десяток метров, а затем рухнула на землю и замерла, содрогаясь в конвульсиях. Светящиеся красные глаза медленно гасли, а бешено бьющийся наконечник хвоста постепенно замедлялся.
Я осторожно подошел к Твари, ткнул ее ногой и, убедившись,
