Брюс Уиллис. Жизнь и творчество Крепкого орешка - Шон О’Коннелл
«Уж кто бы говорил» (1989). Мать-одиночка Молли (Керсти Элли) и ее симпатичный няня Джеймс (Джон Траволта) то влюбляются, то расстаются, связанные общей любовью к сыну Молли, Майки (которого озвучивает Уиллис). Это милый трюк, и остроты Уиллиса, произнесенные с энтузиазмом и изрядной долей обаяния, – самое удачное, что есть во всей этой затее. Жаль, что у сценаристки и режиссера Эми Хекерлинг не оказалось сюжета за пределами забавной предпосылки, так что Траволта и Элли в основном барахтаются в неправдоподобных сценах, развязку которых сможет предугадать любой зритель старше двух лет. (✭✭✩✩)
«Крепкий орешек 2» (1990). Режиссер Ренни Харлин перерабатывает элементы шедевра Джона Мактирнана – террористы замышляют недоброе во время рождественских праздников, и лишь только Джон Макклейн (Уиллис) может им помешать, – но не может в полной мере заставить молнию ударить в одно место дважды. Хотя сиквел не так держит зрителя в напряжении, как его предшественник, «Крепкий орешек 2» может похвастаться все еще полным энтузиазма Уиллисом, измывающимся над своим телом с фирменным макклейновским упорством, и ансамблем характерных актеров во второстепенных ролях (Уильям Сэдлер, Франко Неро, Джон Эймос, Деннис Франц), которые добавляют диалогам остроты, колорита и характера. (✭✭✭✭)
«Уж кто бы говорил 2» (1990). Хекерлинг вновь собирает свою команду для сиквела, снятого с целью быстрой наживы, который получается грубым, инфантильным, расистским и сексистским. В заслугу Уиллису можно поставить то, что он неплохо шутит, озвучивая внутренние мысли малыша – на этот раз имеющего дело с трудностями приучения к горшку (я до сих пор травмирован видом Мэла Брукса, озвучивающего чудовищного Мистера Унитазного Человека) – и появлением младшей сестры (озвученной Розанной Барр). (✭✭✩✩)
«Костер тщеславий» (1990). Просчет почти на всех уровнях. Брайан Де Пальма был неподходящим выбором для экранизации сатирического романа Тома Вулфа о расовой и классовой войне в сенсационалистской версии Нью-Йорка. Слишком мягкий Том Хэнкс не понимает, как играть Шермана Маккоя, «владыки вселенной» с Уолл-стрит, чья жизнь рушится, когда он становится участником нашумевшего ДТП. «Костер» оказался загублен неудачным кастингом и непониманием тона, однако я с удовольствием смотрел за Уиллисом в роли Питера Фэллоу, неудачливого журналиста, который, раскручивая дело Маккоя, рвется к литературному успеху и становится в процессе монстром, созданным медиа. Уиллис понял поставленную задачу, поэтому его ловкая актерская игра остается единственным светлым пятном этого разочаровывающего провала. (✭✭✩✩)
«Смертельные мысли» (1991). Уиллис в интервью Чарли Роузу в 2002 году заявил, что считает этот фильм «одним из двух-трех своих лучших». Легко понять почему. Мрачный психологический триллер Алана Рудольфа о домашнем насилии позволяет актеру проверить себя в непривычном амплуа (и бросить вызов своей фан-базе), сыграть отвратительного алкоголика-тирана. Жаль, что Рудольф не понимает тонкостей, и переживания вины в фильме выглядят до неприличия мелодраматично. В то время главной приманкой картины была возможность увидеть знаменитую пару Уиллиса и Деми Мур вместе на экране. Но единственная причина, по которой «Смертельные мысли» стоит помнить сегодня, – это убедительное изображение Уиллисом манипулятивного подлеца. (✭✭✩✩)
«Гудзонский ястреб» (1991). Амбициозный и развлекательный фильм-бардак с настолько грандиозным замахом (Уиллис и Дэнни Айелло играют поющих взломщиков, которых шантажом заставляют украсть части машины, изобретенной Леонардо да Винчи), что он почти заслуживает прощения за свой абсурдный сюжет и сюрреалистический балаган. «Гудзонский ястреб», снятый по мотивам оригинальной идеи, которая как-то пришла Уиллису в голову (за что он получил свое единственное в карьере упоминание в титрах как «автор сюжета»), напоминает полнометражный мультфильм Looney Tunes: наемные убийцы носят имена шоколадных батончиков, подпольная сеть папских шпионов защищает Ватикан, а довершает все это головокружительная погоня на скорой помощи по Бруклинскому мосту. Вся эта история излишне сложна и безудержно глупа, но нельзя не восхищаться ее оригинальностью, рожденной из нежелания играть по традиционным правилам кинопроизводства. (✭✭✭✩)
«Билли Батгейт» (1991). В начальной сцене гангстерского фильма Роберта Бентона Уиллис смакует соблазнительные диалоги, написанные Томом Стоппардом, фехтуя на словах с угрожающим Дастином Хоффманом, испуганной Николь Кидман и сдержанным Стивом Бушеми. И это – лучший момент картины. Уиллис перебирает всю палитру эмоций – от дерзости и раскаяния до печали и гнева – в течение десяти впечатляющих минут.
Что еще остается его персонажу? Он привязан к стулу, а его ноги залиты в бетон, после того как он рассердил не тех преступников. Первая половина «Билли Батгейта» заполняет пробелы в предыстории: Хоффман в роли Голландца Шульца берет под опеку парнишку из ирландского квартала (Лорен Дин), а Брюс Уиллис в роли Бо Вайнберга, правой руки Шульца, предает его. Редко когда Уиллис выглядел столь самоуверенным, элегантным и харизматичным, как в сценах, где он обольщает Кидман и предает Хоффмана. Он доминирует в своих немногочисленных сценах, которые становятся еще зловещее, поскольку нам известна участь его персонажа. Это также означает, что его персонаж отсутствует в пресной и неровной второй половине фильма, которая превращается в незамысловатую провинциальную притчу и безвкусную историю о запретной любви, совершенно оторванную от того фильма, который мы начинали смотреть. (✭✭✩✩)
«Последний бойскаут» (1991). Сценарист «Смертельного оружия» Шейн Блэк написал этот дерзкий боевик о напарниках, в котором опозоренный частный детектив (Уиллис) и бывший квотербек НФЛ (Дэймон Уайанс) объединяются, чтобы предотвратить покушение на сенатора, выступающего против легализации азартных игр в Лос-Анджелесе. Потрепанный жизнью и избитый Уиллис великолепен в роли беспрестанно курящего сыщика. Джо Халленбек – это самый крутой экшен-персонаж Уиллиса после Джона Макклейна. Если бы только сильно переписанный третий акт, в котором Уайанс скачет на лошади по полю во время футбольного матча и останавливает пулю снайпера метко брошенным мячом, не вышел из-под контроля, то фильм почитали бы как классику жанра боевиков 1990-х, а не просто как добротный развлекательный проект. (✭✭✭✩)
«Игрок» (1992). Паранойя и чувство вины охватывают голливудского продюсера (Тим Роббинс), когда в его офисе начинают появляться послания с угрозами смерти, начертанные на открытках. Режиссерский подход Роберта Олтмена, напоминающий метод «наблюдения со стороны», точно схватывает безобидные разговоры на отраслевые темы, однако едкие шпильки в адрес Голливуда в итоге уступают место пресному детективу с убийством. Единственная сцена с Уиллисом, в которой он спасает Джулию Робертс в концовке «фильма в фильме», служит циничной насмешкой над теми, кто ежедневно жертвует художественной целостностью в бездушной голливудской системе. (✭✭✭✩)
«Смерть ей к лицу» (1992). Удивительный курьез от Роберта Земекиса, который
