Смерть И Пирожки для Ректора Драконьей Академии - Наталья Добкевич

ребята.

— А пирожки? — спросил Финго. — Будет праздник?

— Будет, — улыбнулась я. — Завтра. Сегодня мы просто посидим.

— Идёт!

Рейнар стоял в стороне и улыбался.

— Твои эльфы, — сказал он.

— Наши эльфы, — поправила я.

— Наши?

— Наши.

Он обнял меня.

— Мне нравится, как это звучит.

— Мне тоже.

Вечером, когда все разошлись, я сидела на кухне одна.

Рейнар ушёл по делам, обещал вернуться позже. Эльфы устали от эмоций и завалились спать. Рыжик ушёл в общежитие.

Было тихо. Только дрова потрескивали в печи да за окном шумел ветер.

— Корнелий, — позвала я.

— Здесь.

— Ты молчал весь день.

— Я слушал.

— И что скажешь?

— Скажу, что я счастлив за тебя.

— Правда?

— Правда. — Он помолчал. — Знаешь, Агата, я пятьсот лет сидел в подвале. Я думал, что жизнь кончена. А потом появилась ты. Ты дала мне надежду. Ты показала, что мир может быть другим.

— Я просто пекла пирожки.

— Ты дала больше, чем пирожки. Ты дала мне семью.

У меня защипало в глазах.

— Корнелий...

— Не плачь. Я не люблю, когда ты плачешь.

— Я не плачу.

— Врёшь.

— Немного.

— Агата, — сказал он серьёзно. — Я всегда буду с тобой. Даже если однажды уйду.

— Куда?

— Не знаю. Но знаю, что ты справишься. Ты сильная.

— С тобой я сильнее.

— Это взаимно.

Я улыбнулась.

— Спасибо.

— Не за что.

---

Рейнар вернулся, когда уже стемнело.

Я сидела у окна и смотрела на звёзды. Он подошёл сзади, обнял.

— Не спишь?

— Не хочется.

— О чём думаешь?

— О том, как странно всё устроено.

— Например?

— Например, я. Попаданка из другого мира. Сижу в академии драконов, пеку пирожки, люблю ректора. Мечта, а не жизнь.

— Мечта?

— Да. Я всегда мечтала о пекарне. А получила целый мир.

— И дракона в придачу.

— И дракона. — Я повернулась к нему. — Самого лучшего.

Он поцеловал меня.

— Агата, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты знала: что бы ни случилось, я всегда буду рядом.

— Я знаю.

— И я никогда не пожалею, что встретил тебя.

— Я тоже.

Мы сидели обнявшись и смотрели на звёзды.

— Рейнар, — сказала я. — А что будет завтра?

— Не знаю. — Он улыбнулся. — Но мы узнаем вместе.

— Вместе?

— Вместе.

— Тогда всё хорошо.

За окном светили звёзды.

Всё было хорошо.

Эпилог Счастливая Кухн

Эпилог Счастливая Кухн

Я как раз раскладывала свежие пирожки на противне, когда дверь кухни распахнулась и влетел запыхавшийся Рыжик.

— Агата! Агата! Там письмо! Из столицы! С гербом! Огромным!

— Дыши, — сказала я, не оборачиваясь. — Сначала вдох, потом выдох, потом говори.

— Не могу! — Он размахивал конвертом, как флагом. — Это от неё! От леди Элеоноры!

Я замерла. Пирожок выпал из рук.

— Что?

— Письмо! От матери ректора!

Бинго вынырнул из-за котла. Финго вылез из кладовки. Глимбо выглянул из печи. Все уставились на конверт.

— Читайте! — заорали они хором.

Я взяла конверт. Тяжёлая бумага, сургучная печать с драконом, серебряные узоры. Дорого, богато, внушительно.

Вскрыла.

Письмо было коротким.

«Агата.

Я наблюдала за вами. Я видела, как вы держите удар. Как не сломались. Как любите моего сына.

Я не меняю своих решений. Но я умею признавать ошибки.

Вы достойны.

Приезжайте в гости. Оба.

Элеонора Драгонвей»

— Что там? — не выдержал Бинго. — Она вас прокляла? Выслала? Убивает?

— Она... — я перечитала письмо ещё раз. — Она говорит, что я достойна.

Тишина.

— Чего? — переспросил Финго.

— Достойна. Её сына. Нас.

— Агата! — заорали эльфы и бросились меня обнимать.

— Она приглашает в гости! — крикнула я сквозь смех. — Обоих!

— Это же... это же...

— Это победа!

Рыжик пустился в пляс. Эльфы прыгали вокруг. Я стояла с письмом в руках и чувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы.

— Корнелий? — мысленно позвала я.

— Я здесь, — отозвался лич. — И я горжусь тобой.

— Она признала меня.

— Ты это заслужила.

— Спасибо.

— Не за что.

Дверь открылась. Вошёл Рейнар.

— Что за шум? — начал он и замер, увидев меня с письмом. — Что случилось?

— Прочти.

Я протянула ему письмо. Он прочитал. Побледнел. Потом покраснел. Потом улыбнулся.

— Она... она...

— Да.

— Ты...

— Да.

— Агата!

Он подхватил меня на руки и закружил по кухне. Эльфы завизжали. Рыжик захлопал.

— Мы едем в гости к моей матери! — кричал Рейнар. — И она не будет тебя убивать!

— Это уже прогресс!

— Это победа!

Мы смеялись и кружились, пока не упали на скамью.

— Агата, — сказал Рейнар, глядя на меня. — Ты невероятна.

— Я знаю.

— Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

— Ну вот, опять, — вздохнул Корнелий. — Сейчас начнут целоваться.

— Завидуй молча.

— Уже завидую.

---

Весь день мы готовились к празднику.

В академии должен был состояться День основания — большой праздник с гостями, танцами, угощением. Агата отвечала за кухню.

Эльфы носились как угорелые.

— Пирожков должно быть много! — командовал Бинго. — Очень много! Тысячи!

— Тысячи не надо, — остановила я. — Сотни.

— Сотни тысяч?

— Сотни.

— Мало! — возмутился Финго. — Гости будут голодные!

— Пусть тогда студенты не жрут как не в себя, — буркнул Глимбо.

— Глимбо!

— Я ничего.

Рыжик старательно мыл посуду и делал вид, что ему это нравится. На самом деле ему нравилось — он просто стеснялся признаться.

— Рыжик, — позвала я. — Ты как?

— Нормально, — улыбнулся он. — Агата, а правда, что вы теперь почти родственница леди Элеоноры?

— Почти, — усмехнулась я. — Но лучше не напоминай.

— Почему?

— Она страшная.

— В смысле?

— В смысле — внушает ужас.

— А вы её не боитесь?

— Уже нет. Съела мои пирожки — теперь не страшно.

Рыжик засмеялся.

— Агата, — вдруг сказал он. — А можно я останусь здесь? Навсегда?

— В смысле?

— Ну, работать.