Тень против света. - Сира Грин
***
Около десяти вечера мы покинули стены отеля. Город замер, медленно погружаясь в вязкую ночную тишину, и это безмятежное спокойствие разрезал лишь терпкий, металлический аромат моих сородичей. Те двое, что держались парой, по моим ощущениям, обладали куда более внушительной мощью, чем все, с кем нам доводилось сталкиваться прежде. Третий же казался слабым, почти фоновым отголоском — о нём можно было не беспокоиться и оставить «на десерт».
Чутьё безошибочно привело нас к бетонному скелету заброшенного здания. Я не рискнула подходить вплотную — скрывать свою ауру сейчас было труднее, чем обычно, — поэтому отправила Идо на разведку. Он вернулся спустя несколько минут, и сообщил, что внутри обосновались двое парней. На первый взгляд — обычные люди, поглощенные какими-то рутинными делами: ни подозрительных разговоров, ни тёмных ритуалов. Но на всякий случай Идо закрепил на них «маячок» — тонкое следящее заклинание.
Это было удобно. Из-за разницы в магической природе демоны не могли засечь пульсацию его светлой энергии, так что поводов для тревоги не осталось. Если ситуация изменится, мы узнаем об этом мгновенно. А пока… пока можно было позволить себе роскошь простой прогулки.
Этот город уступал в масштабах тому, где мы «обитали», но казался во сто крат уютнее. Аккуратные, вылизанные улочки, невысокие дома с резными карнизами, засыпающие парки и притихшие скверы. Мы дошли до набережной и устроились на уединённой скамье. Я долго всматривалась в чёрную зеркальную гладь озера, ловя взглядом далёкие огни и едва различимые, тусклые искры звезд.
В нашем мире они горят яростнее и ярче. Я обожала их в детстве. Помню, как любила лежать в высокой траве, всматриваясь в бездонную ночную бездну и пытаясь отыскать знакомые созвездия — это было моим единственным спасением в те светлые годы жизни с Ночниками.
— Здесь так спокойно… — негромко произнес Идо, нарушая затянувшееся молчание.
Я повернулась к нему. Он закинул голову, безотрывно глядя в небо, и в его глазах отражалась вся пустота вышины.
— Тебе здесь нравится? — спросил он.
Я лишь коротко кивнула, не желая разрушать момент словами.
— Мне тоже, — отозвался он почти шёпотом, и в этом признании проскользнула странная, щемящая грусть.
Больше мы не проронили ни слова. Просто сидели плечом к плечу, чувствуя тепло друг друга, и смотрели в бесконечную высь, где за слоями облаков скрывались иные миры. Когда ночной холод начал настойчиво пробираться под кожу, я поднялась, и мы в полном, молчании вернулись в отель.
Глава 15
Этим утром я открыла глаза раньше него. Золотистые нити солнца едва пробивались сквозь плотные шторы, наполняя комнату призрачным, едва уловимым светом; воздух в номере застыл — прохладный, неподвижный и удивительно тихий.
Идо спал беспробудно, «как убитый». Смотреть на него, такого беззащитного, было странно. Я попыталась разбудить его осторожно: сперва лишь коснулась плеча, затем слегка встряхнула, проверяя реакцию. Тщетно. В какой-то момент я отбросила церемонии и начала трясти его уже всерьёз, но мой «герой» лишь невнятно пробурчал что-то в подушку и, не открывая глаз, демонстративно отвернулся на другой бок.
В груди шевельнулось некое подобие стыда — чувство, прежде мне почти незнакомое. Он вымотался до предела, спасая мою шкуру, и заслужил этот отдых. Решив дать ему ещё немного времени, я юркнула обратно под одеяло, намереваясь провалиться в короткую дрему. Но стоило мне закрыть глаза, как постель рядом протяжно зашуршала — почувствовав холод одиночества или просто уловив мой взгляд, Идо всё-таки соизволил вернуться в мир живых.
Сборы были недолгими и тихими. Мы направились к бетонному скелету здания, который теперь служил логовом для гостей из моего мира. Магические отголоски подтверждали: те двое всё ещё там, затаились в своей серой крепости. Это принесло странное облегчение. По крайней мере, не пришлось срываться посреди ночи и нестись по улицам, вырывая случайных прохожих из пастей тварей.
Теперь я больше не заботилась о маскировке. Прятаться не было смысла: если они учуют нас — что ж, тем лучше. Это не помеха, а лишь приглашение к танцу, который мы с Идо обязаны закончить вместе.
Чем ближе мы подходили к цели, тем отчётливее я осязала их присутствие. Для этого хрупкого мира их аура была слишком вязкой, избыточно тяжёлой и безнадёжно чужеродной. Но помимо магического давления, я кожей чувствовала их ярость. Сомнений не осталось: мы имеем дело с «одичавшими», а в схватке с ними осторожность нужно возводить в абсолют.
Меня на мгновение пробрала мелкая, предательская дрожь. Иронично: я сама — демон, но с подобными изгоями мне сталкиваться не доводилось. Неизвестность пугала, заставляя воображение рисовать самые мрачные сценарии, но показать свою слабость Идо я не имела права. Не сейчас.
Впереди, словно серый надгробный камень, выросло пятиэтажное здание. Время не пощадило этот бетонный скелет: местами кладка осыпалась, обнажая ржавую арматуру, а по трещинам в фундаменте лениво полз мох. Идо решительно выступил вперед, сокращая дистанцию.
— Ты ведь помнишь? Наша цель — не убийство, — негромко напомнила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Нужно измотать их, лишить маневра и загнать в кольцо.
— Помню, — бросил он, даже не обернувшись.
Вокруг его плеч уже начали плясать капризные золотистые искры; магия Идо нетерпеливо рвалась наружу, точно цепной хищник, учуявший долгожданную волю.
— Не переживай. Расправимся с этим быстро.
— Твоими бы устами… — вздохнула я, ощущая, как внутри тугой, болезненной спиралью закручивается предбоевое напряжение.
В недра здания мы скользнули почти бесшумно. Внутри царило запустение: полы под ногами предательски поскрипывали, со стен осыпалась мелкая известковая пыль, а застоявшийся воздух, казалось, можно было резать ножом. Со стороны могло показаться, что наше вторжение осталось незамеченным, но я не строила иллюзий. Они почуяли нас в ту же секунду, как мы пересекли порог. Они просто ждали, позволяя нам зайти поглубже в их логово.
На четвертый этаж мы поднялись рывком, единым дыханием. Там нас и встретили.
Двое мужчин, пугающе похожих друг на друга — очевидно, братья, различавшиеся лишь ростом. Но человеческого в них осталось мало: глаза горели лихорадочным, неестественным блеском, а губы кривились в хищных, ломаных улыбках. Одичавшие больше не считали нужным прятать свою истинную сущность под личиной обывателей.
— Ну что ж… — Идо внезапно усмехнулся. В этой улыбке, в блеске его глаз промелькнуло нечто пугающее — слишком много опасного,
