на деревянную доску. Дом наполнился таким ароматом, что даже у проходящих мимо их квартиры соседей потекли слюнки.
А у Мирона дома все было совсем по-другому. Ни тебе пирогов, ни болтовни на кухне, ни вопросов вроде «Как прошел день?». Только он подошел к двери, как та тут же распахнулась, и на пороге возникла бабушка – Ясмина Родионовна, как всегда величественная, в длинной серой шали с кисточками, которые она закручивала в узелки во время длинных телефонных разговоров. Ясмина Родионовна собиралась к себе, в квартиру напротив.
– Я к тебе заходила, – сказала она. – Завтра в четыре у тебя лекция по истории блюза.
Все записала, адрес пришлю тебе в мессенджер. Не забудь.
Мирон застыл в дверях. Он понимал, что бабушка не шутит. Если она сказала, что будет лекция, значит, будет. Если сказала в четыре, значит, ровно в 15:59 ты уже должен сидеть в зале, с блокнотом, ручкой и глазами, полными жажды знаний. Даже если внутри этой жажды бурчит подростковый протест.
– А зачем мне блюз? – спросил он, стараясь придать голосу доброжелательно-любознательную интонацию, которой обычно пользовался, когда хотел что-нибудь выторговать.
Бабушка прищурилась.
– Ну как зачем? – строго отозвалась она. – Широта кругозора – вот что формирует личность.
В этот момент к двери вышел его отец. Он вытирал руки о полотенце и, глядя на сына, добавил веско:
– Не спорь. Конечно, пойдешь. Бабушка плохого не посоветует.
– Да я и так сегодня многое узнал, – с попыткой интонации «не надо меня недооценивать» пробурчал Мирон. – Мы вообще-то на настоящей экскурсии были.
– Ну уж что ты там мог узнать, – отмахнулся отец. – Прогулка с одноклассниками – это тебе не семинар по истории. Вот пойдем сейчас с мамой посмотрим документальный фильм про Бородинское сражение – вот где настоящая история! Без всяких выдумок.
Мирон вздохнул и пошел, чувствуя, что Бородино ему сегодня сниться будет с кольцом и сапфиром, и Ян на коне мчится по полю, а Полина командует артиллерией.
Вечером, когда небо за окнами потемнело окончательно и даже самые упорные облака отступили перед бархатной тьмой сентября, в домах, где жили участники сегодняшнего невероятного дня, один за другим включились ночники. Все истории были рассказаны, все ужины съедены, даже гитара брата Яна наконец притихла.
И именно в эту спокойную, уютную, почти сонную тишину у Мирона, Полины и Марины одновременно раздался короткий звук: пришло сообщение.
Полина лежала на кровати, завернувшись в клетчатый плед, с книгой на животе и полусонной кошкой у ног. Она сонно потянулась к телефону, взглянула – и резко села. На экране ярко светилось:
«Вас добавили в чат: „Экскурсоводы-сыщики“».
Сразу следом пришло сообщение от Яна:
«Может, завтра съездим на ВДНХ?»
Полина засмеялась. Где-то на другом конце города Ян уставился в экран телефона с видом организатора-заговорщика. Мирон уже открывал карту метро, чтобы посчитать, сколько времени займет путь. А у Марины, сидящей на кухне с дедушкой и чашкой чая, на лице появилась едва заметная, но очень довольная улыбка.
