Письма к жене: Невидимая сторона гения - Федор Михайлович Достоевский
К письму от 28 мая 1872 г.
78.Румянцев был настоятелем Георгиевской (Благовещенской) церкви г. Старой Руссы; в его доме Достоевские снимали себе на лето дачу в 1872 г. и с семьей этого священника были дружны долгие годы. Екатерина Петровна — жена Румянцева. После смерти Ф. М. Румянцев оказывал Анне Григорьевне помощь в деле устройства школы для девушек имени Федора Михайловича, открытой 30 октября 1883 г. В следующие годы он взял на себя хлопоты по постройке здания этой школы. Подробная история создания этой школы имени Ф. М. Достоевского, отношение к ней Победоносцева, исходатайствовавшего субсидию в 4.000 р., благожелательное отношение города и жителей к школе — рассказана В. Пылаевым в составленном им географическом очерке «Старая Русса», ч. 1-я, Сергиев Посад 1916 г., стр. 146–147.
80. Продолжение романа «Бесы», печатавшегося в «Русском Вестнике» 1871 г., 4 №№1–2, 4, 7, 9–12 и 1872 г., №№11–12. Ф. М., очевидно, в это время готовил материал (главы романа) для XI кн. журнала за 1872 год.
К письму от 30 мая 1872 г.
83. В своих воспоминаниях Анна Григорьевна о Павле Григорьевиче Сватковском дополнительно сообщила, что в 1866–1867 гг. он состоял цензором.
К письму от 3 июня 1872 г.
84.Александра Михайловна Голеновская— самая младшая дочь в семействе отца Достоевских.
К письму от 8 июня 1872 г.
87. В своих воспоминаниях Анна Григорьевна о семье Мих. Ник. Сниткина рассказывает следующее: «Как-то зимой 1871 года я была у моего двоюродного брата доктора Михаила Николаевича Сниткина. Весною того же года он женился на Екатерине Ипполитовне, сестре г-жи Сент-Илер. Услышав о моих злоключениях по поводу вещей, Екатерина Ипполитовна сказала мне: "Я слышала от сестры Саши (Александры Ипполитовны Сент-Илер), что на чердаке ее дома хранится какая-то корзина с бумагами, принадлежащая вашему мужу. Я стала расспрашивать, и оказалось, что года три назад Федор Михайлович "младший" просил у г-жи Сент-Илер позволения поставить у нее на время плетеную корзину с бумагами его дяди. Сам он куда-то уехал, а корзина хранится у них". Я на другой же день послала за корзиной. Мне привезли большую плетеную корзину для платьев, битком набитую бумагами и тетрадями, не запертую на замок, а лишь обвязанную тонкой бичевой.
Можно себе представить мое восхищение когда, рассматривая содержимое корзины я нашла несколько записных книжек Ф. М., несколько книг по ведению журналов "Время" и "Эпоха", доставшихся от Михаила Михайловича, и массу самой разнообразной корреспонденции. Эти найденные бумаги не раз сослужили мне службу в дальнейшей нашей жизни, когда приходилось доказывать или отвергать какие-либо факты из неизвестной для меня жизни Ф. М. до 1867 г. Как потом выяснилось, эту корзину с письмами и тетрадями по нашем отъезде взял к себе Павел Алекс.; переезжая от Эмилии Ф., он оставил ей корзину; та не знала, что с нею делать, передала ее сыну, а Ф. М. младший поставил ее на хранение в дружественный дом. И все о судьбе этой корзины забыли. Я тогда же припомнила, что у Ф. М. могли быть тетради и рукописи более раннего времени, наприм., относившиеся к ром: "Униженные" или "Записки". И вот, думается мне, что была и другая корзина с бумагами и рукописями, тоже взятая Павл. Алекс., перешедшая от него через несколько рук и лежащая на чьем-нибудь чердаке, всеми забытая, пока о ней не позаботились мыши. Но разъяснить об этом мне не удалось, несмотря на все старания» (цитируем по рукописи).
К письму от 12 июня 1872 г.
90.Брат Коля — Николай Мих. Достоевский, отличавшийся болезненным состоянием здоровья. Ф. М. и раньше помогал ему. Николай Михайлович страдал наследственным предрасположением к запою. Л. Ф. Достоевская отмечает в воспоминаниях эту болезнь своего дяди: «Мой дядя Михаил, хотя и пил, однако, мог все-таки работать. Но несчастный дядя Николай, блестяще окончивший курс, никогда ничего не делал и всю жизнь был в тягость братьям и сестрам» («Достоевский в изображении его дочери»… Пт. 1922, стр 19). — О постоянной денежной помощи, оказываемой Ник. Мих. братом-писателем, много говорит в воспоминаниях сама Анна Григорьевна (см. «Ф. М. Достоевский. Статьи и материалы». Под ред. Л. С. Долинина. П. 1922).
К письму 14 июня 1872 г.
91. В это время Ф. М. должен был дать в «Р. Вестник» окончание романа «Бесы». Но Ф. М. задержался в работе, и очень значительно. Поехав в Москву в октябре того года, Ф. М. путем личных переговоров с Любимовым уладил этот тяжелый для него вопрос, и ему было отсрочено напечатание конца романа до ноябрьской и декабрьской книжки, чем он спешил в свое время (см. письмо №35–9 окт. 1872 г.) уведомить и Анну Григорьевну.
К письму от 9 октября 1872 г.
93. Так, действительно, и было: в ноябрьской и декабрьской книжках «Русского Вестника» 1872 г. Достоевский допечатал «Бесы», успев к сроку написать последние главы.
95.Перов, Василий Григорьевич (1833–1882), известный живописец, создавший ряд жанрового и исторического характера полотен, оставил несколько портретов деятелей русского искусства и литературы, как то: Ф. М. Достоевского, Писемского, Рубинштейна и др. Достоевский, выступавший противником реализма в искусстве, высоко ставил талант Перова и весьма ценил его бытовую картину «Охотники». (См. «Дневник писателя» 1872 г., март.) В своих воспоминаниях Анна Григорьевна сообщает точно время и обстоятельства, сблизившие Федора Михайловича с художником Перовым и Третьяковым. В ту же зиму
