Душа любовью пленена… Полное собрание стихотворений - Боккаччо Джованни

Песнь XIV

Лишь миг, и на скалу она взлетела, $$Трубила в рог, собак своих звала, $$По лесу разбежавшихся без дела, И криками на тура их гнала: $$«Ату его, Кусок, ату, Кусака, $$Ату, Дракон!» И свора подняла Истошный лай, и каждая собака $$Металась, норовя схватить – кто бок, $$Кто круп, кто ухо, – но вотще, однако; А тур в них сеял страх насколько мог, $$Грозя ударить гибельным копытом $$Иль насадить на смертоносный рог; Бодаясь и лягаясь, псам несытым $$Он не давал приблизиться, и так $$Полдня бесились понапрасну псы там. Танцелла лишь кричала на собак $$И гибкий лук свой вхолостую гнула, $$Но ранить зверя не могла никак. Свое копье подруге протянула $$Тучелла Серизале, и она $$Что только было сил его метнула. Столь глубоко – лишь рукоять видна! — $$Вошло копье в межрожье, что всецело $$Обмякла туша, жизни лишена. И, вырвав сердце из нее, Танцелла $$Сказала: «Тур убит, а я жива, $$Теперь могу идти с тобой, Тучелла». Тучелла отвечала: «Ты права, $$Ведь в схватке победила ты»; и снова $$Пустились дамы не без торжества Петлять средь скал, ища для целей лова $$Добычу взглядом; также Катерина $$Карафа к ним пристроилась, и, слово За словом, потекла беседа чинно $$О случаях охоты и о том, $$Что служит невезению причиной. Вдруг тихий звон раздался за кустом, $$И дикобраз потешил всю ватагу, $$Представ пред ними с иглами торчком; Но, не опешив и не сбавив шагу, $$Тучелла вскинула свой лук тугой $$И поразила насмерть бедолагу. Тем часом Катерина гон другой $$Затеяла, и вслед за нею свора $$Помчалась за косулей молодой; Но псы Ковеллы ту спугнули скоро, $$И Катерины яростный удар $$Ее убил у кромки косогора. Событий, здесь описанных, в разгар $$Катрина Сигинольфи отдыхала $$У ручейка, что вьется через яр. Она плесканье гидры услыхала $$И, сеть сплетя из травяных стеблей, $$Тихонько ею воду колыхала, Но кверху дернула, как только к ней $$Попал в ловушку гад смешной и жалкий, $$И доннам уникум явила сей, И все дивились этакой смекалке.

Песнь XV

Ковелла д’Арко и Берита тоже $$Гальота затаились в тростнике $$На низком берегу ручья того же. Держала арфу каждая в руке, $$И звук напевный эти арфы лили, $$Лаская слух вблизи и вдалеке. И, музыкой влекомые, подплыли $$Два белоснежных лебедя туда, $$Откуда ноты негу им сулили. Звучит мелодия, журчит вода, $$Большие птицы шею гнут блаженно, $$Покачивась в такт туда-сюда. Но лишь они приблизились – мгновенно $$Попали в сети, и усладу враз $$Сменила боль нечаемого плена. Охотницы схватили их тотчас $$Без всякой жалости; другие птицы $$Взвились с воды, курлыча и мечась. Но ястребок сорвался с рукавицы $$У Митолы Караччиолы вдруг $$И взмыл под небеса быстрей зарницы; С ней Циццола д’Аланья шла сам-друг $$И на цимбалах ладно и красиво $$Играла, услаждая слух подруг. Как раз тогда взлетели торопливо $$Испуганные утки, оборвав $$Звучание прекрасного мотива, И Митола для новых злых забав $$Пустила ястребка, который с ходу $$Одну сбил наземь, насмерть заклевав; Другая замертво упала в воду, $$Когда удар нанес он влет, дугу $$Крутую прочертив по небосводу. А Циццола ждала на берегу, $$Пока трофеи Митола добыла $$И ястреба поймала на бегу. Ковелла д’Анна устремилась было $$За страусом, что задал стрекача, $$Едва охота к долу подступила. Погоня быстро стала горяча, $$Бежал он всё быстрей, кружил и часто $$Оглядывался, крыльями стуча. Чащоба, непролазна и сучкаста, $$Одежду на Ковелле в клочья рвет, $$Но не на шутку гоном увлеклась та: От бега сердце выскочит вот-вот, $$Лицо пылает, и одно стремленье — $$Убить добычу – в ней сейчас живет. Еще рывок в кипучем исступленье, $$Еще усилье; кто-то лук ей дал, $$Узрев такую страсть и озлобленье; И наконец меж двух высоких скал $$Пал страус от стрелы, пронзившей спину, $$И вздох последний в муках испускал. Ковелла подбежала и дичину $$Ударила нещадно раз, другой, $$И шею ей свернула, и в долину Поволокла недрогнувшей рукой.

Песнь XVI

Когда к полудню близилось светило $$И жаркий воздух стал невыносим $$Для нежных тел, Диана обратила Такое слово к спутницам своим: $$«Пора на свежий луг, где псам усталым $$И птицам ловчим отдыха дадим. Довольно же бродить по перевалам, $$Не время для охоты нынче нам, $$Зовите тех, разбредшихся по скалам». На гору, что вздымалась к небесам, $$Одной из них взойти она велела $$И звать всех поименно дев и дам. На крутизну взошла та дама смело, $$Оттуда всех по именам подруг $$Покликала она и преуспела: Призыв ее услышали вокруг, $$Хоть доходил до них он издалече, $$И каждая из призванных на луг Готовилась сойти для общей встречи; $$Собрали сети, луки, резвых псов, $$Взвалили снаряжение на плечи С добычею большой без лишних слов: $$Те к шее прицепили, эти рьяно $$По травам волочили свой улов. И вот спустились. Циццола де Анна $$Пришла последней, ибо там одна $$Охотилась, не будучи призванна. Добычей многою отягчена, $$Поскольку метко поражала цели, $$Отстала сильно от подруг она. Там на лугу красавицы сидели, $$Трофеи наподобие горы $$Сложив, Диане угодить сумели. Диана поднялась, глаза остры, $$И молвила: «О донны, все вы, к счастью, $$Проворны, ловки, смелы и быстры. Благодаря лишь моему участью, $$Моим искусством брали вы зверей, $$Хочу, чтоб их пожертвовали частью Юпитеру, что выше всех царей, $$А частью мне, поскольку все должны вы $$Меня богиней почитать своей. Я вас прошу, и шлю я к вам призывы, $$Не медлите, раз вы пришли сюда, $$Со мною круг образовав счастливый». На это донна, что мила, горда, $$Взволнованно расправив плечи, встала $$И отвечала: «Нет. О, никогда! Шли за тобой, как ты повелевала, $$И по призыву все собрались здесь, $$Той воли не ослушавшись нимало. Теперь же не хотим, путь пройден весь, $$Не чтим твою божественность, иное $$Палит нам пламя грудь и душу днесь». Тогда Диана, выслушав такое, $$Смутилась, поднялась, как бы со зла, $$И удалилась на небо святое, Откуда этим утром к ним сошла.