На один укус - Амалия Мо
Люди охотнее откликаются, когда к ним обращаются по имени. Это ломает дистанцию. Стирает грань между «одним из» и «конкретным». А мне нужна была конкретика. Хоть какая-нибудь.
– Нинэль…
– Прекрасно, Нинэль! У меня есть пара вопросов, как раз относительно моего состояния. После этого укуса… начало происходить нечто… необычное. – Если выведать информацию напрямую не получится, я должна попытаться действовать другими способами.
Доктор нахмурилась, но уходить не спешила. Она глубоко вдохнула, поставила чемодан у двери и кивнула на стулья, предлагая занять их.
– Обещаю, Нинэль, что не буду расспрашивать вас о том, что может повлечь неприятные последствия. Но мне нужно знать, что вообще за донорство и что это значит конкретно для меня. – Врать приходилось на ходу.
Если я даже не буду задавать прямые вопросы, это не значит, что не попытаюсь пойти другим путём. Выражение на лице женщины смягчилось, и она коротко кивнула.
– О каких конкретно странностях вы говорите, мисс Деваль?
Об этих самых «странностях» говорить хотелось меньше всего, но мне нужно оставаться искренней, чтобы она поверила.
– Клыка… то есть господин Морвель объяснил мне кое-что о способностях, которые приобретает донор. Долголетие и невосприимчивость к внушению. Я уже поняла, что моё тело регенерирует быстрее, чтобы подстраиваться под его потребности.
На каждое моё утверждение Нинэль едва заметно поддакивала.
– Только… после укуса мне снился странный сон. Я вообще не уверена, что это был сон. Всё происходящее было слишком реально, но сознание будто не принадлежало мне.
– Расскажите подробнее, что вы имеете в виду? – Нинэль чуть приблизилась, внимательно вслушиваясь.
Чего-чего, а подробностей я бы хотела избежать, но, понимая, что других вариантов нет, выложила всё как есть. Намеренно умолчав лишь о том, что та, другая я из сна, желала его, не боялась и даже хотела быть укушенной.
– Сталкивались ли вы в своей практике с подобным у доноров?
– Да я даже доноров никогда не видела! Вы первая на моей практике и, подозреваю, последняя, – искренне ответила Нинэль.
– Но ведь кто-то знает о том, что доноры – это избранники богов? Значит, есть те, кто мог бы мне рассказать обо всём чуть больше.
Женщина пристально взглянула на меня, наверняка понимая, куда я клоню.
– Поймите правильно, я оказалась в ситуации, в которой моя жизнь перевернулась с ног на голову, и единственное, что я слышу: «Боги благословили тебя». Вот только правда в том, что благословение получила не я, а существо, которое зовётся первокровным. Это всё незаконно, но я готова закрывать глаза на происходящее в обмен на знания, – серьёзно взглянув на Нинэль, я задала главный вопрос: – Что значит «донор»?
Нинэль словно взвешивала, сколько правды я выдержу. Потом медленно провела пальцами по переносице и убрала руку, будто ставя точку в своих размышлениях.
– Существует литература, недоступная обыкновенным обывателям, – тихо начала она, опасливо оглянувшись на закрытую дверь. – Не берусь утверждать, но, возможно, написанное в ней не более чем вымысел…
– И что там написано?
– По большей части история появления богов и того, как появились люди…
– Это и в школе рассказывают. Что удивительного?
– Да, рассказывают. Но не ту версию. Вы помните историю богов?
В ответ я только кивнула, собирая в памяти остатки школьной программы.
Вначале появилась Аркха – богиня порядка. Она держала мир в ледяной симметрии: без движения, без дыхания. Пустота была совершенной. Пока Ваар, бог стихий, не нарушил молчание – из его ярости родились пламя, буря, море, камень. Порядок дрогнул, и тогда Аркха заключила с ним договор – мир должен оставаться устойчивым, но живым.
Затем пришла Мивея, богиня времени, с каждым её шёпотом материя начинала двигаться: расцветать, стареть, рассыпаться в прах. Без неё жизнь была бы вечным застывшим мгновением.
Следом явилась Касея, несущая свет. Там, где она ступала, всё оживало. Она дышала и это дыхание становилось исцелением.
И последним пришёл Сирх – бог плоти и крови. Он создал людей, населивших земли.
– Мы все знаем, что произошли с подачи одного бога, но есть и другая версия: в ней люди появились от всех богов, с их позволения, так сказать. И так было много веков, пока Сирх не устал от того, что люди слишком слабы: болезни, смертность… Он желал усовершенствовать вид, сделать его сильнее и выносливее. Смешав кровь всех богов, он начал экспериментировать. Вскоре появились первокровные, носители божественной крови. Они действительно отличались от людей, но главным отличием стало то, что для проявления их способностей требовалась человеческая кровь. Хотя они могли питаться и обычной пищей.
С замиранием я вслушивалась в каждое слово, стараясь уложить это в голове. Из рассказа Нинэль следовало, что первокровные – полубоги.
Это не помогало мне разобраться в происходящем, но уже несло хоть что-то новое…
– И всё, казалось, идёт идеально. Более сильный вид создан, цель достигнута. Только проблема заключалась в том, что определённые действия приводили к созданию существ, питающихся только кровью…
– Вампиров?
– В источниках их называли акти́ры. Но да, в нашем мире есть и другое обозначение.
– И я всё равно не понимаю, причём тут доноры?
Нинэль понимающе кивнула и слегка улыбнулась, осознав, что начала слишком издалека.
– Да… Аркха понимала, что подобные существа грозятся уничтожить весь привычный мир. Поэтому с её подачи начали появляться люди, которые взяли на себя ответственность контролировать поведение первокровных, а тем более актиров. Так, как только первокровные могли породить созданий, питающихся кровью, это стало запретным и каралось по всей строгости закона.
Женщина прервалась, чтобы вновь взглянуть на дверь, но мне её бдительность была непонятна. Всё равно она пока не сказала ничего опасного или того, что могло бы кардинально изменить моё положение.
– В одних случаях нарушение каралось пытками, в других смертью, – продолжила Нинэль. – Но так сложилось, что в истории этот период ознаменовали кровавой войной. Одним не нравился тотальный контроль, другим своевольность более сильных. Аркха упорядочила и это. При создании актиров первокровный проклинал свою кровь и был вынужден умирать в муках, без возможности насыщаться обычной пищей или кровью.
Я подняла на неё глаза, ощущая, что мы почти дошли до сути.
– Сирх вмешался, боясь за тех, кого он создал. Он вновь использовал божественную кровь и породил доноров, которые способны исцелять
