Душа любовью пленена… Полное собрание стихотворений - Боккаччо Джованни

LXXVII

Цветок, увядший в поле, Поникнув долу, не воспрянет боле. Так я с красою ясной Утратила навек свой прежний цвет, Надеяться напрасно: Не наверстать растраченных мне лет; Ведь не весна я, нет, Что каждый год приходит, как дотоле. Кляну себя в печали, Зачем я время отдала юнцу! Девица, знать могла ли, Что вскоре опостылю наглецу? Всё счастие к концу, И первоцвет любви не вспрянет боле. Баллата, так тоскую, Мне не под силу петь тебя сейчас; Я скорбь ношу такую, Что мне стонать и слезы лить из глаз, Покуда не угас Сей жизни пламень от безмерной боли.

LXXVIII

Риччо-брадобрей мессеру Боккаччо Будь я самой Карменты искушенней, Вещай я гласом Феба или муз, Светило, отрешась привычных уз, Не раз бы укрывалось в орионе, Пока бы воспевал я всесторонне Ученость вашу, утонченный вкус; Но здесь как ученик я – вот конфуз! — Немею пред учителем в поклоне. Пред светочем ума я как в затменье, Мне страх и робость света не дадут, Так туча мглой накрывает поле. Порой незнаемое любят, чтут, А как узнают, так не любят боле, Что почерпнул я в вашем сочиненье, И жду от вас на деле разъясненья. Ответ Риччо-брадобрею Когда услышит эфиоп сторонне, Что на Родопах тает снежный груз, Когда воспрянет каждый гад и гнус, Восходит тот, по чьей вине Дидоне, Как знаешь ты, пришлось в плачевном стоне Страдать и испытать любви искус; Ни Гней Помпей, ни Юба и ни Друз Не видели другого в небосклоне. И если вникнешь в это утвержденье, То ощутишь, как жалом слепни жгут За тот вопрос, мне заданный дотоле. И ты уверишься: тосканский люд Подчас язвить умеет и до боли, И сей сонет получишь в подтвержденье, В тебе ума ведь больше, чем уменья.

LXXIX

Сонет сера Чекко ди Мелетто деи Росси, посланный из Форли мессеру Франческо Петрарке, мессеру Ланчилотто Ангвиссоле, маэстро Антонио Феррарскому и мессеру Джованни Боккаччо Так небеса хотят, чье указанье Распределило сферы над землей: Вращаются одна вслед за другой Вкруг центра, где стихий всех пребыванье; Ждут исстари от смертных почитанья, Когда перун метнет Юпитер злой Или затмит кромешной пеленой Луны иль солнца чистые сиянья. И ныне, не иначе, жала пик Отравленные шлются небосклоном На беззащитных смертных-горемык, Чтоб разумом, ничем не замутненным, Творца и кару всяк из нас постиг; Дан темный смысл словам неизреченным. До нас нет дела ни одной звезде, И власть светил не держит нас в узде. Ответ Петрарки Сей движитель машины мирозданья, Дав ход планете и звезде любой, Распределил по сферам звездный рой — Египетского мужа толкованья — Так, чтоб от Феба жаркого пыланья Звезды не пострадало ни одной, Когда к сестре, зовущейся Луной, Идет навстречу он в небесном стане. Никто без воли Божьей не постиг Стремимым взглядом, в выси возведенным, Грядущее хотя бы и на миг. И только духом стойким, непреклонным Возможно устоять противу иг Судьбы в сем мире хрупком, извращенном. Коль разум смел и крепок в чистоте, Вредить не станут звезды в высоте. Ответ мессера Ланчилотто Ангвиссолы Стремятся к небесам людские знанья, Дабы постичь природы вечный строй, Светила затмеваются порой, И шлет Господь народам испытанья. У неба есть законы, предписанья, Что не враждебны людям; Бог благой Не станет нарушать порядок свой, Как было встарь Египту в наказанье. Людское стадо, в коем страх возник, Умом не обладает просветленным, Чтоб от пороков отойти своих, Но только видит небо прогневленным, Так сразу прозревает, словно в них Заговорила благость чистым звоном. Так тьма и свет житейской суете Несут покой и горести в скуде. Ответ маэстро Антонио Феррарского Есть у небес свое предначертанье. Блюдут они, чтоб должной колеей Колеса шли и не сходили с той Дороги, где их вечное скитанье. Но ежели порядок мирозданья Нарушен будет солнцем иль луной, Когда они вдруг бег задержат свой, Придут в наш мир ужасные терзанья. В своих поступках мы зашли в тупик, Ни благости, ни вежества канонам Не прилежим, все обещанья – пшик, Мы оскорбляем, не внемля резонам, Творца и тварей, грех в нас так проник, Что вечных мук избегнуть не дано нам. Пред звездами на горней их черте Склонимся, грешные, в земной тщете.