Завоеватель. Кровные драконы - Анна Левин
Высокая фигура у окна. Знакомый силуэт, но почему сейчас, когда я решила ненавидеть всю его семью до конца дней?!
— Ты нарушил закон.
— Знаю.
— Не имел права приходить в наш дом без приглашения.
— Знаю.
Вот и как общаться с этим драконом?
— Уходи.
— Хорошо.
Вместо этого он подвинул кресло ближе к кровати, и уселся самым непринужденным образом. Допустим, в ночной сорочке он меня уже видел, но это не повод лезть в мою спальню ночью через окно! Что обо мне подумают, если узнают? Проклятые Хорсы, мало того, что родителей убили, так еще и репутацию рушат!
Казимир сощурился, глядя так проницательно, что захотелось сбежать из комнаты с воплями. Да что это со мной, как у него это получается?
— Каридад, что происходит?
— Это я хочу у тебя спросить!
— Ты в ярости.
— Да неужели? Думаешь, без причины?
— Дело не в моем визите. Я беспокоился о тебе, но не мог отлучиться: слишком много забот свалилось после речи отца на площади. Ты не поправлялась, вот я решил рискнуть, прийти.
— Мог не напрягаться, если был так занят.
— Нервный срыв слишком сильный, – моя грубость его не обескуражила. – То, что тебя гложет, не связано с предстоящим отплытием.
— Тебе откуда знать?
— Я же чувствую.
Дритт его побери, чувствует он!
А ведь действительно, его проницательность всегда поражала меня. У каждого драконьего рода есть какая-нибудь тайная способность, вдруг наследники Солнечного Ореола способны чувствовать мысли окружающих, или, точнее, их эмоции? Как тогда скрыть от него и Алеса планы мести?
Смогу ли я причинить вред Казимиру, лишь бы причинить боль его отцу?
Глава 17. Безумие в ночи
Глава 17. Безумие в ночи
Каридад
Нет, глядя в его серые глаза, освещенные звездным светом, я поняла, что не смогу использовать Казимира Хорса в качестве пешки. У меня счеты с Алесом, он и будет расплачиваться.
— Казимир, мы с тобой не друзья, чтобы ты беспокоился обо мне, и приходил ночью в мой дом. Уходи, и больше так не делай.
Красивое лицо будто заледенело, но потом дракон жестко рассмеялся.
— Прости, я злюсь на себя, не на тебя. Вулко предупреждал еще тогда, а я был глупцом, неопытным мальчишкой, и сам вырыл себе яму. Хотел бы я вернуться в те годы, чтобы исправить свои ошибки, но мне это не под силу. Все, что я могу сделать, это повлиять на будущее.
Неужели пытается признаться в чувствах ко мне? Только не это! Я не хочу покидать Южный материк, не хочу плыть в неведанные края, не хочу сближаться с сыном убийцы. Если открою сердце Казимиру – не смогу совершить акт возмездия, и как потом жить с этим грузом?
— Сколько еще нужно повторить, что я не желаю тебя видеть?
В серых глазах появились вкрапления солнца.
— Твой гнев направлен против меня. Интересно! – произнес он совершенно спокойно, будто не в его взгляде разгоралась буря. – Но дело не в обидах двенадцатилетней давности, верно? Возможно, плохое мнение обо мне и сформировалась в юношеские годы, но ты не злилась на меня с такой силой, когда я вернулся из Норгратера. Что произошло?
На секунду застыла, смакуя название того самого континента, где драконам предстоит построить новый дом. Норгратер, какое странное название! Что оно значит, и есть у этого слова значение?
— Каридад, мне нужны ответы.
Стоило отвлечься на секунду, как он потерял терпение. Теперь зрачки почти полностью покрылись золотой радужкой, что выглядело страшно, но в то же время притягательно. Таким я Казимира еще не видела, даже в юности; когда мы ссорились, он все равно держал себя в руках.
— Хорошо, меня раздражает твоя наглость, доволен?!
— Нет, потому что это ложь. Тебя кто-то обидел? Кто с тобой это сделал?
— Никто! Оставь меня! – закричала во весь голос.
Дракон оглянулся, и приблизился ко мне, почти прикасаясь губами моих губ. Запах трав и арвонской кожи вновь окутал, путая мысли.
— Ладно, я сам все выясню.
Когда дядя с тетей прибежали, я плакала, уткнувшись лицом в колени.
— Детка, что такое?
— Ничего, кошмар приснился.
Они переглянулись.
— Ты кричала, просила оставить тебя.
— В кошмарах меня преследовали зараженные драконы из провинции Мар, вот я и кричала.
— Может, отправим слуг за лекарем?
— Прошу, оставьте меня, никого не зовите! Неужели так сложно оставить меня в покое, дать время?
Их забота становилась удушающей, тяжелой. Я жаждала тишины и спасительного сна, а не ежесекундных вопросов о моем самочувствии. Мне нужно справиться с тем, что уничтожает меня изнутри, и никто не поможет в этом, лишь я сама.
Видимо, тетушка поняла, что дальнейшие уговоры только усложнят ситуацию, и оставила меня, предварительно приказав служанке принести успокаивающий отвар. Душистые травы подействовали, и до самого утра я не видела сновидений. Правда, когда открыла глаза, обнаружила на прикроватном столике виноградный лист.
— Откуда он тут взялся? – удивилась тетя, когда пришла с завтраком.
— Самой интересно, – спокойно пожала плечами, хотя внутри все кипело от негодования.
Значит, Казимир вернулся, и оставил странный подарок. Что это значит? Почему не букет цветов, не нечто ценное, дорогое, а обычный лист, сорванный в нашем винограднике? Неужели за годы, проведенные на чужбине, Хорс разучился ухаживать за девушками? Или в его подарке заключается важный посыл? Чего он хотел этим добиться?
Глупая я, видимо, из-за нервного потрясения разучилась мыслить логически. Окажись здесь букет или украшение, тетушка поняла бы, что кто-то ночью проник в мою комнату. Этот лист – знак того, что он не отступит, что он знает все о моей жизни, привычках, предпочтениях, любви к винограднику, где мы с семьей проводили много времени.
Опасный противник, нельзя его недооценивать! Пока он здесь – я не смогу отомстить Алесу Хорсу. Нужно дождаться отбытия колонистов в Норгратер, лишь тогда появится возможность.
Странно, но мысль о предстоящей расправе над врагом вызвала счастливую улыбку, и уже к обеду я сумела самостоятельно подняться с постели. Еще несколько дней, и слабость уйдет, главное –
