Под шорох наших дизелей - Сергей Вячеславович Апрелев
Наконец, журнал «Итоги» (№ 35, 08.05.2003 г.) в заметке «Все ненужное — на продажу» рассказал и об официальных распродажах государственного имущества в России… «Российский фонд федерального имущества продолжает успешно торговать «высвобождаемым военным имуществом». В основном это номерные изделия, превращенные в лом цветных и черных металлов, однако попадаются и почти целые подводные лодки. Например, неразделанную лодку проекта 651 можно купить всего за 280 тысяч рублей (есть и подешевле — за 180 тысяч). В гарнизоне Видяево продается передвижная кухня-столовая, а в поселке Росляково можно купить дозиметрические приборы (по 232 рубля за штуку), приборы химразведки и кипятильники (по 114 рублей за штуку)…»
Кому же не известно, что вся планета заставлена бывшими советскими подлодками, играющими роль ресторанов, а в лучшем случае музейных экспонатов? Одна из бывших видяевских лодок («К-77»), успев послужить финнам рестораном и сняться в роли «К-19» в одноименном голливудском триллере, получила последний приют в музее американского города Провиденс. Однотипная «К-24»(Б-24), поначалу попав в Копенгаген, затем перекочевала в Морской музей германского Пеенемюнде, где, отдадим должное немцам, ей вернули божеский вид. Узнав о гибели «Курска» и его командира, руководитель музея Томас Ламла организовал сбор средств в помощь семьям погибших подводников. Весной 2001-го 50 000 немецких марок, собранных сотрудниками музея, были переданы по назначению. Господин Ламла с группой своих единомышленников специально приехал в Мурманск, чтобы почтить память «Курска». Они вышли в Баренцево море, чтобы опустить на воду живые цветы и венок. Затем германские гости организовали за свой счет отдых двух десятков детей погибших подводников в живописной местности на берегу Балтийского моря. По приглашению туристической фирмы «Музендис турз» 28 человек отправились в Грецию. В декабре 2001 года еще две группы посетили Германию и Австрию. Все расходы, связанные с этими поездками, взяли на себя Росзарубеж центр в Германии, Фонд западноевропейских встреч и фирма «Олимпия райзен». Надо отметить, что не только сердобольные иноземцы проявили заботу о своих восточных соседях, вечно ходящих в пасынках у собственной власти. В данном случае власть похвально усердствует. Однако есть подозрение, что вышеперечисленные реляции о широкомасштабной отечественной помощи нередко оказываются традиционной выдачей желаемого за действительное. Цитируя бывшего видяевца Алексея Баранова, автора интернет-сайта «Видяево — оно моё», судьба семей погибших на «Курске» складывается далеко не безоблачно. «…Люди вынуждены отсуживать средства, собранные для них всем миром. Им говорят, что на эти средства ремонтируют поселок. Врут? По слухам ремонт заключается в навешивании новых дверей с кодовыми замками на подъезды. И даже фирму, которая эти двери навешивает, вроде бы возглавляет жена какого-то начальника…» (12.06.2002 г.) Согласитесь, что если это правда, то она вряд ли кого-то удивит!
В любом случае за счет трагедии «Курска» Видяево получило определенные преимущества перед десятком других, подобных ему, подводных гарнизонов и тысяч военных городков по всей территории России. В местной школе даже появился компьютерный класс. А совсем недавно вырос крупнейший на Севере аквапарк, который обошелся казне не в одну сотню миллионов. Многие недоумевали, что же подвигло власти на невиданные щедроты семьям погибших подводников. Это ведь совершенно нетипично, особенно если вспомнить, что вдова командира погибшего «Комсомольца» была вынуждена подрабатывать уборщицей, а семьи тысяч погибших в «горячих точках» отнюдь не обласканы жизнью… И вот, девочка Яна из Полярного в отчаянии пишет Президенту В.В. Путину письмо «Хочу быть дочерью погибшего подводника с «Курска»… После надлежащей проверки — уж не хитроумные ли взрослые надоумили? — Президент помог Яне и ее маме, вдове бывшего подводника, выехать из Полярного и обзавестись квартирой. Ну а как же остальным? Всем миром сесть за сочинение прочувствованных писем? Вряд ли это возможно. Вот и зияют пустыми глазницами окон дома в камчатском Вилючинске и кольской Гремихе, как знамение продолжающейся разрухи. Скитаются по российским просторам семьи 170 000 бездомных офицеров, зачастую сохраняющих свой ничем не подкрепленный оптимизм. Самое интересное, что никому из них и в голову не придет винить в своих мытарствах армию или флот, необходимость которых для России становится все более очевидной даже для воинствующих пацифистов. Впрочем, в нашей истории такое уже случалось, и не раз. Традиция, однако! Вот грянет гром, тогда и перекрестимся.
ДИД
Видяевские истории
Рулевого Дидыка звали Василием, но на лодке все без исключения величали его Дид. Росту он был высокого, слегка сутуловат. По краям туловища топорщились длиннющие руки-грабли, а венчала его круглая конопатая физиономия со вздернутым носом. Родом он был из Западной Украины, оказался картинно набожен и, несмотря на законченное среднее образование, частенько выдавал перлы, ставившее этот факт под сомнение. Как-то проводя с рулевыми занятие по штурманским приборам, я завел речь о гироскопах, для пояснения принципа действия которых начертал земной шар, векторы сил и т. п. Завершил все, как и повелось, традиционным вопросом «Все ли понятно?»
И тут с загадочным видом поднялся Дид.
— Вот вы тут, товарыщ старший лейтэнант, тильки шо казали, шо Зэмля шар, так?
— Ну, — внутренне готовясь к подвоху, утвердительно ответил я.
— И на двэ трэти покритый водой?
— Совершенно верно, Дидык.
— Так почэму жэ уся вода униз нэ стэкае? — торжествующим тоном знатока, срезавшего невежду, произнес Дид. Раздался взрыв хохота, на который не замедлил пожаловать старпом, проверявший занятие в соседнем отсеке. Он и стал свидетелем восполнения пробелов в дидыковских познаниях.
Стоит отметить, что в ту пору, общеобразовательный уровень матросов был достаточно высок. Даже на дизельных лодках подавляющее число моряков срочной службы имели за плечами десятилетки и техникумы. Про атомоходы и говорить не приходится. Причем, в отличие от Российского императорского флота, куда направляли исключительно славян и прибалтов, у нас можно было встретить представителя, практически, любой национальности, что свидетельствует лишь о том, что вопрос о народном образовании решался масштабно и без ущемления интересов какой-либо нации.
Возвращаясь к Дидыку, хочу отметить, что со временем он стал отличным командиром отделения, и наш минный офицер Коля Гришин, впоследствии командир лодки на ЧФ, нахвалиться на него не мог. Кто на него жаловался, так это флагманский штурман Бориска по кличке Винни-Пух, о котором подробнее речь пойдет чуть дальше.
— Мне твой Дидык всю печень проел своей религиозной агитацией. Стоит только дать слово, как через пару минут уже вещает про заповеди божьи. А переходы какие! Упомянул как-то, что в магнитном компасе спирт разбавленный не только картушку поддерживает, но и, помимо прочего,
