Папа в прокате - Ольга Дашкова

переписывалась. Она пишет, что в Сингапуре очень напряженный график, а из-за разницы во времени мы никак не можем созвониться. Горе, конечно, считает, что это отговорки, – Кира вздохнула. – Но вы же знаете взрослых, они любят все усложнять.

Она провела пальцем по треснувшему экрану телефона, словно что-то обдумывая.

– Послушайте, а что, если… – Кира внезапно выпрямилась, словно ее осенило. – Что, если я попробую вернуть маму домой? Вдруг, если она увидит, что Горе уже почти нашел себе другую… ну, вы понимаете… она решит вернуться?

Глаза Киры загорелись энтузиазмом.

– О, это мог бы быть гениальный план! Я бы рассказала ей про Анечку, про все эти переглядывания и улыбки, свидания… И, может быть, мама поняла бы, что пора возвращаться к дочери к ее биологическому отцу, к той любви, что была между ними. Ну, я надеюсь, что она была, и я появилась только благодаря этому. Я, конечно, знаю, откуда берутся дети, но эмоциональная составляющая в этом плане важна. А вдруг мы заживем нормальной семьей?

Пушок снова принялся грызть морковку, а Кира уже представляла, как воссоединится их семья.

– Но я должна действовать осторожно, – Кира понизила голос. – Если я просто позвоню и начну рассказывать про Анечку, мама может подумать, что я преувеличиваю. Мне нужны доказательства. Фотографии, видео, что-то в этом роде… Хм, но как это сделать, если у меня отобрали хороший телефон?

Она задумчиво почесала подбородок, а затем щелкнула пальцами.

– А что, если… Что, если попросить Тимоху? У него наверняка есть запасной гаджет! А может, даже удастся «одолжить» профессиональную камеру… Да, это может сработать!

В коридоре послышались шаги. Кира мгновенно нырнула под одеяло, спрятав телефон под подушку.

– Так, друзья, мне пора заканчивать, – быстро прошептала она. – В следующем выпуске я расскажу о развитии моего гениального плана по воссоединению мамы и Игоря. А пока у меня к вам вопрос: как вы думаете, получится ли у Горя и Анечки что-то? Пишите свои прогнозы в комментариях! А я буду внимательно следить за развитием событий и сообщать вам обо всех новостях с поля боя за сердце моего папы.

В дверь тихо постучали.

– Кира? Ты еще не спишь? – раздался приглушенный голос Игоря.

– Я уже почти сплю! – отозвалась она, стараясь, чтобы голос звучал сонно.

– Ладно. Просто хотел пожелать тебе спокойной ночи.

– Спокойной ночи! – Кира усмехнулась про себя. – Кстати, у тебя завтра выходной?

– Да, а что?

– Просто спросила. Спокойной ночи!

В голове Киры начал формироваться план, яркий и четкий.

«Что там говорила мама? «Если хочешь чего-то добиться, нужен четкий план и немного смекалки»? Что ж, теперь у меня есть и то, и другое», – подумала Кира, пряча телефон в потайном кармане плюшевого мишки.

Она выключила ночник и, натянув одеяло до подбородка, закрыла глаза. Перед сном Кира представляла, как однажды утром дверь в квартиру откроется, и на пороге появится мама – с чемоданами, улыбкой и обещанием больше никуда не уезжать. И они станут настоящей семьей. Только теперь – с Горем.

А Кира в роли милого купидона соединит любящие сердца.

С этой приятной мыслью девочка наконец заснула, а Пушок, дожевав морковку, тоже свернулся клубочком в своей клетке, словно одобряя план своей маленькой хозяйки.

За окном мелкий октябрьский дождь рисовал на стекле замысловатые узоры, а где-то далеко, за тысячи километров, в Сингапуре, мама Киры работала над важным проектом, не подозревая о коварном плане дочери вернуть ее.

Глава 17 Лилии для королевы

Василий Васильевич Крылов, профессор истории на пенсии, 68 лет, вдовец, кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством» и почетный член Российской исторической академии, стоял перед зеркалом и придирчиво оценивал свой внешний вид.

Он уже в третий раз за утро менял бабочку: сначала бордовая показалась ему слишком мрачной, синяя в горошек – слишком легкомысленной, а теперь он сомневался и в классической черной.

– Ты превращаешься в сентиментального старого дурака, – пробормотал он своему отражению, но в его глазах плясали задорные искорки. – В твоем возрасте волноваться перед свиданием просто неприлично.

Мужчина поправил бабочку, расправил лацканы своего лучшего твидового пиджака и вздохнул. Со стены в массивной деревянной раме на него смотрела фотография женщины с мягкой, интеллигентной улыбкой.

– Знаю, Маргарита, знаю, – сказал Василий Васильевич портрету покойной жены. – Пятнадцать лет прошло, и ты всегда говорила, что не хочешь, чтобы я остался один. Но… – он замолчал и усмехнулся. – Но вряд ли ты представляла, что я буду ухаживать за женщиной, которая держит в страхе всю семью и называет свою собаку именем французского короля.

В глубине души Василий Васильевич знал, что жена одобрила бы его выбор. Маргарита Петровна, доцент кафедры зарубежной литературы, всегда ценила сильных женщин – и в жизни, и в книгах.

«За каждым великим мужчиной стоит великая женщина, – любила повторять она. – А за каждым счастливым мужчиной – женщина, которая не стоит за ним, а идет рядом».

Ванесса Витольдовна определенно не была женщиной, которая за кем-то следует. Она шла впереди, как генерал, ведущий армию, и нужно было обладать особой смелостью, чтобы идти рядом с ней. Или особым безрассудством.

Василий Васильевич вздрогнул, заметив, что стрелки часов неумолимо приближаются к пяти. Он обещал заехать за Ванессой Витольдовной в половине шестого, а до этого нужно было успеть в цветочный магазин.

Лилии. Он решил, что это будут лилии.

Не банальные розы, не скучные хризантемы, а именно лилии – изысканные, благородные цветы с пьянящим ароматом. Как и женщина, которой они предназначались. Королевские цветы для королевы.

Василий Васильевич еще раз взглянул на свое отражение, достал из комода духи – те самые, французские, которые он приберег для особых случаев, – и направился к входной двери.

Проходя мимо книжного шкафа, он взял с полки потрепанный томик Чехова. «Дама с собачкой» – идеальное чтение для дамы с… шпицем.

Выйдя из квартиры, Василий Васильевич чуть не столкнулся со своим соседом Игорем, который торопливо запирал свою дверь.

– А-а-а, Василий Васильевич! – Игорь улыбнулся, окинув взглядом элегантный костюм соседа. – Вы сегодня просто… франт!

– Добрый день, Игорь, – чопорно кивнул профессор, но тут же смягчился. – Иду в театр. «Вишневый сад» в новой постановке.

– Как интересно, – Игорь явно спешил, но из вежливости продолжил разговор. – И с кем, если не секрет?

Василий Васильевич на мгновение замялся. Отношения между Ванессой Витольдовной и Игорем были, мягко говоря, напряженными. Хотя после того случая в ресторане, когда Кира и ее друг устроили свою «шпионскую миссию», бабушка, казалось, немного смягчилась по отношению к «нерадивому отцу» своей внучки.

– С… одной знакомой дамой, – уклончиво ответил профессор.