Папа в прокате - Ольга Дашкова

Все начинается с идеи, превращается в слова на бумаге, а затем оживает на экране. И самое прекрасное в моей профессии – это то, что я могу создавать миры, в которые люди хотят возвращаться снова и снова.

Аплодисменты были громче, чем он ожидал. Дети явно оценили его выступление, особенно мини-спектакль. Игорь поклонился и, собрав вещи, спустился со сцены. Кира смотрела на него с таким выражением лица, что сердце Игоря переполнилось гордостью: в глазах дочери читалось не просто одобрение, а настоящее восхищение.

– Это было великолепно, – шепнула Анна Сергеевна, когда он проходил мимо нее. – Лучшее выступление за все годы проведения Дня профессий.

– Спасибо, – так же шепотом ответил Игорь. – Я старался.

– Оно того стоило, – улыбнулась она. – И, кстати, я думаю, что мы могли бы продолжить общение… за ужином?

– С удовольствием, – Игорь почувствовал, как его сердце забилось чаще. – Сегодня?

– Сегодня, – кивнула Анна Сергеевна. – В семь? Я напишу вам адрес.

– Буду ждать с нетерпением.

Игорь сел на свое место, чувствуя себя так, словно находится в невесомости. Он только что успешно выступил перед классом своей дочери, заставил ее гордиться им и договорился о свидании с Анечкой. Не так уж плохо для холостяка, который еще неделю назад даже не знал о существовании своей дочери.

После окончания всех выступлений, когда дети и родители начали расходиться, Кира подбежала к нему.

– Ты был великолепен! – воскликнула она. – Даже Маша Петрова сказала, что это было круто, а она никогда никого не хвалит!

– Правда? – Игорь не смог сдержать улыбку. – Я рад, что тебе понравилось.

– Понравилось? Теперь мне все завидуют! – Кира буквально светилась от гордости. – А Мишка просил передать, что хочет стать сценаристом, как ты, когда вырастет.

– Вот это да, – Игорь был искренне тронут. – Я не ожидал такой реакции.

– А еще я видела, как вы с Анной Сергеевной шептались, – лукаво заметила Кира. – И у нее было такое же лицо, как у Лизы, когда она смотрит на Диму из 4 «А».

– И что это значит? – поинтересовался Игорь, хотя уже догадывался, каким будет ответ.

– Очевидно, что она в тебя влюблена, – закатила глаза Кира. – И, судя по твоему глупому выражению лица, это взаимно.

– У меня не глупое выражение лица, – возмутился Игорь.

– Еще какое, – настаивала Кира. – Но я не против. Она хорошая. И умная. Она заставляет тебя стремиться стать лучше.

– А откуда ты… – начал Игорь.

– Я все вижу, – перебила его Кира.

– От твоего внимания ничто не ускользает, да?

– Ничего, – подтвердила Кира. – Особенно когда дело касается моего отца.

Игорь почувствовал, как к горлу подступает ком. «Моего отца» – это прозвучало так просто, так естественно, как будто она всегда так его называла.

– Тогда ты не против, если я сегодня вечером… пойду поужинать? – осторожно спросил он.

– Конечно, нет, – пожала плечами Кира. – У меня все равно много дел, нужно записывать новый подкаст.

– Знаешь, – сказал он, обнимая Киру за плечи, – я начинаю думать, что посылка, которую оставили у моей двери неделю назад, была лучшим, что случалось со мной в жизни.

– Конечно, – кивнула Кира. – Но не забывай, что ты все еще Горе.

Глава 14 Операция «Ужин под наблюдением»

Игорь крутился перед зеркалом уже двадцать минут, и Кира начинала подозревать, что ее отец окончательно сошел с ума.

– Ты собираешься на ужин с Анечкой или на кастинг в группу «Руки Вверх» образца 1998 года? – язвительно поинтересовалась она, оценивающе глядя на его попытки привести в порядок волосы.

– Очень смешно, – пробормотал Игорь, в четвертый раз меняя рубашку. – Просто хочу выглядеть… презентабельно.

– С момента, как ты начал готовиться, ты сменил три рубашки, дважды побрился, использовал одеколон, который, я предполагаю, завалялся у тебя с прошлого века, – Кира считала на пальцах, – и даже почистил туфли. Горе, это же просто ужин, а не королевский прием или собеседование в аппарат президента.

– Это важно, – возразил Игорь, безуспешно пытаясь укротить взъерошенный вихор. – Анна Сергеевна… она особенная.

– Ага, особенная, – кивнула Кира с таким видом, словно планировала что-то грандиозное. – Кстати, а где вы ужинаете?

– В том новом ресторане рядом с парком. «Ля Белль», кажется, называется, – Игорь наконец сдался в борьбе с волосами и потянулся за гелем. – Почему спрашиваешь?

– Просто интересно, – невинно ответила Кира, доставая телефон. – А то вдруг мне срочно понадобится знать, где искать твои останки после того, как ты умрешь от смущения. Или куда вызывать скорую, когда ты подавишься оливкой от нервов.

– Очень мило с твоей стороны заботиться о моей безопасности, – буркнул Игорь, пытаясь справиться с непослушной прядью.

– Это называется «забота о репутации семьи». Если ты опозоришься, мне потом в школе будет неудобно.

Как только за Игорем закрылась дверь, Кира тут же набрала номер.

– Тимоха? Это я. Помнишь, ты говорил, что у твоего дедушки есть бинокль? Такой, военный, с которым он ходил на охоту?

– Ага, – донесся из трубки удивленный голос одноклассника. – Здоровенный такой, тяжелый. А зачем он тебе?

– Секретная миссия. Сбор важной информации о моем отце и Анечке. Точнее – слежка в стиле лучших шпионских фильмов.

– Серьезно? – голос Тимохи воодушевился. – Это как в тех боевиках, которые мой папа смотрит?

– Именно. Только без стрельбы и взрывов. Встречаемся через двадцать минут у входа в парк. И захвати дедушкин бинокль. Да, и деньги на попкорн – шоу обещает быть зрелищным. А еще возьми термос с чаем, мы можем проголодаться.

– А твой отец точно пойдет именно туда?

– Он сказал «Ля Белль», и это единственный ресторан рядом с парком, который пытается выглядеть французским. Горе же романтик, хоть и неуклюжий.

***

Ресторан «Ля Белль» оказался именно таким заведением, которое пытается выглядеть французским, но выдает свою провинциальность каждой деталью – от пластиковых цветов в позолоченных вазах до официанта, произносящего «мерси» с отчетливым местным акцентом и картавящего не в тех местах.

Кира с Тимохой обустроились в кустах сирени в сорока метрах от ресторана. Место оказалось идеальным: достаточно близко, чтобы видеть все происходящее через окна, но достаточно далеко и скрыто, чтобы их никто не заметил.

– Блин, этот бинокль весит как чугунная сковородка, – пожаловался Тимоха, передавая массивную оптику Кире. – Дедушка говорит, что с ним еще на войне служил.

– Зато качественный, – Кира настроила фокус и направила бинокль на окна ресторана. – О! Вижу Горе! Он сидит за столиком у окна с Анечкой. Ого, он даже цветы принес!

– Какие?

– Розы. Красные. Банально, но романтично. Анечка выглядит довольной. Она что-то говорит… смеется… О нет, папа начинает рассказывать историю!

– Откуда ты знаешь?

– По жестам!