Нечто иное - Александр Науменко
Её слова резко оборвались, и она сжала крепче руку дочери.
—Тогда мы и побежали. А потом наткнулись на вас.
Я слушал её сбивчивый рассказ, но не мог заставить себя поверить в такое. Да, место жуткое, туман плотный, да и кладбище — не самое спокойное место в последнее время, всё из-за тех же собак. Но чтобы такое… Существо? Может, ей показалось? Может, это был просто какой-нибудь бомж или животное, которое они приняли за нечто ужасное.
— Понимаю, — сказал я, хотя на самом деле ничего такого не понимал. — Возможно, это был просто… ну, кто-то посторонний. Или вы испугались чего-то… туман ведь всё искажает.
Лариса не отвечала, но её лицо говорило о том, что она не собирается спорить. Она была уверена в том, что видела.
И вдруг до моих ушей донёсся странный ухающий звук. Нечто между шепотом и рычанием, как если бы ветер пронёсся по трубам. Лариса вскрикнула, прижимая дочь к себе. Я тут же обернулся, пытаясь понять, откуда это доносится.
То, что я увидел, заставило меня застыть на месте от изумления и страха. В нескольких метрах позади, стоя возле одной из могил, неподвижно возвышалась фигура. Туман обволакивал её, пряча детали, но я отчётливо видел его очертания. Существо было невероятно худым, около двух метров, с длинными руками, свисающими почти до земли. Его лицо, бледное и вытянутое, казалось, было лишено всякого выражения, как у манекена или мертвеца. Но самое ужасное — это его ноги. Колени были вывернуты назад, как у животного, а само оно стояло в неестественной позе, готовое сорваться с места.
«Господи ты боже мой».
Моё сердце застучало как бешеное. Это не могло быть реальностью. Я моргнул, надеясь, что туман просто играет со мной злую шутку, но существо не исчезло. Оно стояло там, неподвижное, но напряжённое, как хищник, готовый к прыжку. И тут оно издало тот самый жуткий звук, приглушённый, хриплый, будто оно пыталось имитировать человеческий голос.
— Быстрее! — только и смог выкрикнуть я, схватив Ларису за локоть, подхватывая Женю на руки.
Существо вдруг сорвалось с места. Оно двигалось довольно быстро, словно было лишено костей, и его длинные руки касались земли, когда оно бежало на четвереньках. Эти его движения были такими неправильными, такими чуждыми человеческому телу, что меня охватил леденящий ужас. Оно неслось к нам, и каждый звук, который оно издавало, отдавался эхом в моей голове, забивая в неё раскалённые гвозди страха.
Мы побежали, стараясь не оглядываться. Вдали уже смутно вырисовывались ограждения кладбища. Моя машина была припаркована совсем рядом. Мне казалось, что времени не хватит, что оно вот-вот схватит нас.
Мы по-прежнему мчались со всех ног, огибая ряды могил, и я чувствовал, как кровь стучит в висках. Туман окутывал нас, словно пытаясь затянуть в свои липкие сети, но впереди уже почти приблизилась граница кладбища.
Существо преследовало нас, но я старался не оглядываться. Если бы я снова увидел его, возможно, ноги просто отказались бы двигаться. Лицо рядом бежавшей Ларисы, хоть я и не видел его полностью, было искажённым от ужаса.
Вот она, машина. Я достал из кармана куртки ключи и дрожащими руками разблокировал дверцы, нажав кнопку. Лариса с дочкой буквально ввалились на заднее сиденье, а я сам сел за руль, быстро захлопывая дверь. Мотор завёлся не сразу, и я уже почувствовал, как страх парализует мои движения, но в последний момент двигатель взревел, и я резко надавил на газ.
Колеса зацепили асфальт, и мы понеслись прочь. На прощанье существо, издавая пронзительный визг, ударило лапами по боковому стеклу со стороны пассажира, оставив на нем паутину трещин и грязную полосу. Через мгновение оно исчезло в тумане, растворившись во мгле, словно никогда и не существовало.
Мы мчались сквозь пустую улицу, оставив позади этот кошмар. Сердце колотилось, а в голове крутились мысли о том, что же это было. Больше я этого монстра никогда не видел. Оно осталось лишь в моих кошмарных воспоминаниях, холодящим душу по ночам. Правда, в памяти всплывали жалобы зоозащитников, которые утверждали, что кто-то на кладбище убивает бездомных животных. Их трупы находили в достаточном количестве, и многие списывали это на бомжей или охотников на собак. Но я подозреваю, что дело тут совсем в другом.
Со временем Лариса и я начали видеться чаще. Может быть, страх и пережитое вместе скрепили нас, но как-то так получилось, что наши встречи стали регулярными. А потом мы и вовсе начали жить вместе, и эта странная глава жизни осталась далеко позади. Мы особо не говорили о том, что видели на кладбище в тот день, хотя и никогда не забывали о пережитом.
