Волк в овчарне - Макс Мах

- Что же нам теперь делать? – спросила Беллатрикс уже после выяснения отношений.

Вообще-то, она прежняя наверняка не стала бы задавать такой детский вопрос, но Эрвин не впервые и не только на чужом опыте видел, как физиология рулит психологией. Он ведь и сам порой делал совершенно детские глупости и задавал дурацкие вопросы.

- Наверное, продолжать жить так, как жили до сих пор, - сказал он вслух.

- Ну, уж нет! – «хищно» улыбнулась ему Белла. – Если ты взрослый, то я могу не волноваться по поводу растления несовершеннолетних.

- Ты, впрочем, тоже, - мило улыбнулась вдогон.

- Вальбурга позволит мне остаться на ночь? – не без скепсиса спросил Эрвин.

- Можем снять номер в какой-нибудь небольшой приличной гостинице, - пожала она плечиками. – Несколько Конфундусов, и все будут думать, что мы совершеннолетние.

- То есть, на ночь Вальбурга тебя отпустит?

- Меня отпустит.

- И не спросит, зачем и с кем?

- Думаю, что я смогу это провернуть, - решила Белла и оказалась права.

Эрвин, разумеется, не знал, что именно Белла сказала своей «бабушке», но, в итоге, Вальбурга ее отпустила. Правда, взгляд у нее при этом был такой, что Эрвина даже передернуло. С таким взглядом убивают, и, наверное, если бы не Белла, участь его была бы решена. Блэки известные бойцы. Даже женщины, а про матриарха рода и вовсе рассказывали страшные вещи. Однако у матриарха на Беллу были большие надежды, и она не смогла отказать «внучке», которая явно соскучилась по сладенькому. Впрочем, это не означает, что она допустила бы разврат в собственном доме. Другое дело где-то там. Про то, о чем она не ведает, нет причины переживать. Целку же, как недавно узнал Эрвин, вполне реально восстановить. Правда не зельем, а чарами, и может это сделать только дипломированный целитель, но за деньги все продается и покупается. Ну, может быть, не все, но точно многое.

Честно сказать, Эрвин от себя такого не ожидал. Ну, ладно, когда первый раз в этом мире и в этом теле пошел по блядям, но сейчас-то что?! Однако же волновался, как мальчик, и когда раздевал Беллу, едва не опозорился, кончив в трусы. Слава богу, вовремя спохватился и применил разученную уже под конец службы боевым магом мантру Успокоения. Долбануло не по-детски, но не снаружи, а только внутри, так что девочка ничего не заметила, а его словно ведром ледяной воды попотчевали. Разом сбросил обороты, и дальше все шло, как по маслу. Вошел, к слову, тоже достаточно легко, и это при том, что член, хвала всевышнему, за прошедший год несколько прибавил в длине и порядком окреп. Однако Белла хотела не меньше, чем Эрвин, и пока дошло до дела была уже настолько мокрая, что никакой особой смазки не потребовалось. Момент, и он уже в ней. Правда, побочных эффектов лишения девственности удалось избежать не только по этой причине. Флакончик сваренного Эрвином коктейля «Первая брачная ночь», содержащего Обезболивающие, Расслабляющие и Противозачаточные снадобья с добавлением пары капель «Радости жизни», решил все возможные проблемы первого раза. Так что первый их секс получился даже лучше, чем можно было ожидать, и Белла это вполне оценила, тем более что прежний опыт был у нее так себе.

- Научишь потом варить, - шепнула девушка, разорвав поцелуй благодарности, последовавший за неожиданно бурным оргазмом. Кульминация получилась гораздо более впечатляющей, чем можно было ожидать от первого раза в этом юном еще не полностью созревшем теле.

- Научу, разумеется, - улыбнулся ей Эрвин, с удовольствием ощущая приятную тяжесть лежащей на нем девушки. – Есть еще всякое-разное… Мне когда-то… Еще там… досталась по случаю одна чисто женская книжка. Называется «Руководство для глупых девиц». Правда, она на русском языке, но я тебе все, что требуется, переведу.

Говоря это, он ласкал кончиками пальцев ее крестец, временами спускаясь чуть ниже, - к копчику и анусу, - или поднимаясь чуть выше, но недалеко. Наиболее чувствительными у Беллы были именно крестец и копчик.

- Если это намек на анальный секс, то перетопчешься, - хмыкнула девочка, уткнувшись лицом куда-то в изгиб его шеи и плеча.

- Никогда не говори никогда.

Он убрал руки с ее гладких, покрытых шелковистой прохладной кожей ягодиц и, приподняв ладонями голову Беллы, повернул ее лицом к себе, заглядывая в огромные серые глаза.

- Ты нечто!

Так, собственно, все и обстояло. Если не брать в расчет ум и талант Беллатрикс, ее непростой характер и стальную волю, внешность красивой девочки-подростка могла не только ввести в заблуждение, но и соблазнить, искушая хрупкой юностью и видимостью непорочности. Увы, но, как понимал теперь Эрвин, склонность к педофилии искусно прячется у взрослых за зарослями норм морали и культурной традиции, и в этом смысле весьма похожа на склонность к полигамии, доминированию и садизму. Обо всех этих «отклонениях» принято думать, как о девиантном поведении, патологии и мерзости. Однако правда заключается в том, что в той или иной мере все это, скрытое и отрицаемое, живет в подсознании, а иногда и в сознании многих мужчин и женщин. Ни одна нормальная женщина не может относиться к изнасилованию иначе, как со страхом и омерзением, и в то же время многие из них фантазируют на эту тему и не без удовольствия участвуют в соответствующих ролевых играх. Так же и с педофилией. Она, как показывает история, еще совсем недавно была широко распространена, - да и сейчас процветает тут и там, - практически во всех социальных группах, приобретая порой весьма неприглядный характер. Секс с дочерями, внучками и племянницами не так редок, как хотелось бы думать прогрессивной общественности, узнающей о такого рода преступлениях только в тех редких случаях, когда они становятся известны прессе и правоохранительным органам. То же самое можно сказать и о связях учитель-ученица. Впрочем, вспомнил Эрвин об этом несколько позже, предаваясь по обычной своей привычке «разбору полетов» и «формулировке выводов». И вспомнил не просто так, а в контексте анализа своих чувств. Оказалось, что ему понравилось иметь во всех позах нимфетку Блэк, но, похоже, и Беллатрикс, спрятавшейся силой магии в юном теле девушки-подростка, понравилось трахаться с «молоденьким мальчиком» Бойдом, разрешая ему то, что вряд ли позволила бы, будь они взрослыми любовниками. Во всяком случае, не сразу, не в первую ночь.

- Ты нечто! – сказал