Там, где живет истина - Миа Шеридан
Аксель оглядел остальных, прикованных к стульям, его взгляд метался между Майло и Сабриной, которые, похоже, находились на разных стадиях прихода в сознание. Затем обратился к Чарльзу.
— Они понимают зло. — Парень подошел к Лизе и провел пальцем по ее щеке. Она отпрянула назад и застонала. — Этот ангел боится темноты, потому что отец запирал ее в подвале одну на несколько дней.
Что-то в лице Чарльза изменилось, когда он наблюдал за ней. И Лиза отвела взгляд.
Аксель подошел к Майло и положил руку ему на плечо.
— Этот ангел, одурманивает себя, чтобы не допустить видений, воспоминаний о том, что сделали с ним те люди. — Он подошел к Сабрине, убирая волосы с ее лица, хотя они тут же упали обратно на то место, где были, когда она наклонила голову. — Она пытается изгнать демонов с помощью красок, выплескивая на холст воспоминания о каждой пощечине, каждом пинке, каждом злобном слове и каждой сломанной кости, которая так и не зажила до конца. — Он вздохнул. — Наш дед еще не начал наши... уроки, когда мы с Эвереттом встретились с вами в лагере «Радость», но позже я вспомнил. — Он оглядел всех присутствующих. — Я вспомнил вас, когда сидел один в нашей комнате, читал комиксы Эверетта, слушая, как он умоляет и как те женщины часами кричат в агонии. — Он остановился, лицо на мгновение стало безучастным, плечи подались вперед. — Я вспомнил и понял, кто мы на самом деле.
Аксель повернулся, его взгляд остановился на Чарльзе, выражение его лица было пустым, как у человека, которого на самом деле здесь не было.
— А мой демон? Ну, ты уже знаешь нашего с братом демона. Ты хотел узнать о нашем деде? Он не просто причинил нам боль, он решил создать еще одну версию себя. Думал, что у него есть идеальный рецепт.
— Что ж, — выдохнул Чарльз. — Его рецепт был немного неправильным, потому что тебе не хватает нескольких палочек корицы для яблочного пирога, друг мой. Ты ведь понимаешь это, правда?
— Думаешь, что ты смешной? — Аксель доброжелательно улыбнулся. — Думаешь, это шутка? Конечно, потому что ты такой же, как и он. Ты не так умен, как тебе кажется, Чарли, потому что я поймал тебя, не так ли? Он заставил нас изучать тебя, знаешь ли. Тебя и таких, как ты. Мотивация, — сказал он. — Вот откуда я знаю все твои секреты.
Майло начал приподнимать голову, но затем она снова упала набок. Он не проснулся.
— Я знаю, вы считаете меня сумасшедшим, и, возможно, так оно и есть, — сказал Аксель, повернувшись к ним спиной. Он пожал плечами. — Но, возможно, безумие само по себе — это своего рода прозрение. — Он сделал паузу. — То, что я видел... то, что с ними делали... — Он кивнул в сторону Лизы, Майло и Сабрины. — Все эти так называемые эксперты могут называть это как угодно, оправдывать, обвинять в чем угодно, пытаться лечить, давать лекарства, сажать в тюрьму, если захотят, но они никогда не смогут убедить меня, что зла не существует. А зло. Должно. Быть. Уничтожено. Никто из нас не должен был быть... здесь. И все, чего я хочу, все, чего когда-либо хотел, это вернуться домой. — Он прислонился спиной к стене, откинув голову назад, и резко вдохнул.
— Ты не сможешь вернуться домой, Аксель, — сказал Чарльз. И хотя за мгновение до этого он говорил почти беззаботно, Лиза была застигнута врасплох искренностью его голоса. И гадала, была ли она настоящей или притворной. — Поверь мне. Сколько бы людей ты ни убил, сколько бы справедливость ни добился, ты никогда не сможешь вернуться домой.
Аксель выпрямился, открыв рот, чтобы обратиться к Чарльзу, но тут его внимание привлекло что-то на полке рядом с местом, где он стоял — ожившая картинка на мониторе.
— Датчики движения, — пробормотал он, придвигаясь ближе.
Лиза напряглась, чтобы разглядеть фигуру на экране, и лед застыл в ее жилах. Рид. О, боже, Рид. Он нашел их. Как он их нашел? Она хотела закричать, чтобы позвать его, но он был слишком далеко, а она — в яме под землей.
Аксель положил монитор обратно.
— Детектив Дэвис не помешает нам, — сказал он и посмотрел на Чарльза. — По периметру участка, у самого края забора, установлены растяжки. Взрывчатка. Я же говорил, что все спланировал. Я не мог рисковать, что кто-то застанет нас врасплох. Потому что это моя ночь. Ангелы на моей стороне. Все небеса болеют за нас. Но... нам ведь не нужно смотреть, как взрывается детектив? Это было бы... неприятно. Я не жестокий человек. Но я должен был обезопасить нас всех. Это нужно было сделать.
У Лизы свело живот.
Она посмотрела на Чарльза, и его челюсть была сжата от чего-то, похожего на ярость, когда он отвел взгляд от монитора, за которым все еще наблюдал Аксель. Его внимание было сосредоточено на том, как Рид обходит машину и смотрит на ворота. Как далеко он находился от периметра участка? От края забора? О, боже.
— Как не вовремя, Калеб, — как ей показалось, пробормотал Чарльз.
Она уставилась на биологического отца Рида, когда его взгляд переместился на трех других людей, сидящих на стульях напротив них, а затем, наконец, на нее. Он впился в нее взглядом.
Ее взгляд переместился, когда мужчина медленно поднял ноги, его мышцы живота напряглись. Она моргнула и увидела, что на его руках содрана кожа, так как он держал свой вес исключительно на руках.
Ее взгляд метнулся к Акселю. Тот по-прежнему стоял к ним спиной.
Глаза Лизы расширились, и она снова уставилась на Чарльза, в замешательстве и ужасе наблюдая за тем, как он медленно поднимает ноги. Присмотревшись внимательнее, девушка заметила маленький металлический предмет, засунутый в его ботинок сбоку. Она снова посмотрела мужчине в глаза, и он кивнул на видеоэкран, который Аксель начал опускать.
— Вперед, — сказал он одними губами и резким движением поднес свои ноги к ее закованным в кандалы рукам.
Лиза выдернула инструмент из его ботинка, а Чарльз опустил ноги на пол за секунду до того, как Аксель выключил монитор и повернулся обратно.
По лицу Лизы стекали бисеринки пота. Чарльз Хартсман дал
