Любящая королева - Саффрон Брукс
— Господи, мать твою! — вырывается у меня.
Эта теснота, этот жар — почти невыносимо.
— Ты моя, — шепчу я низким рыком. — Каждая часть тебя принадлежит мне.
Я не могу пошевелиться, я слишком близко к краю. Ее стоны и вздохи — это слишком для меня. Этот момент, эта связь — это все.
— Я чувствую себя такой наполненной, Кинг. Боже, как же хорошо, — вскрикивает она и начинает двигаться, сжимая меня еще сильнее, чем прежде. Святые угодники.
— Детка, милая, остановись...arrête.38 Не двигайся, — предупреждаю я.
— Почему? Мне так хорошо, s'il te plait,39 — хнычет она и продолжает двигаться, словно я только что не велел ей остановиться.
— Потому что ты ощущаешься слишком хорошо. Если не остановишься, я кончу раньше времени, — говорю я, вцепляясь в ее талию, чтобы остановить.
Но я не знаю, ослаб ли я за несколько дней разлуки или она приобрела сверхчеловеческую силу, потому что, несмотря на мою хватку, Инес двигается жестко и быстро. Настолько жестко и быстро, что наша кожа начинает громко шлепаться друг о друга.
— Инес, putain. Черт возьми, я… — Я не могу закончить предложение, когда теряю контроль, отвечая на ее движения более жесткими и кончая в нее так сильно, что начинаю видеть звезды.
Я падаю рядом с ней на кровать, тяжело дыша. Что только что произошло? Такого со мной еще никогда не случалось.
Затем Инес начинает смеяться — вслух, по-настоящему смеяться, и я тоже не могу сдержать смех. Я перекатываюсь на нее и начинаю безжалостно щекотать ее.
— Что смешного? — спрашиваю я, продолжая щекотать ее.
— Я просто... не думала, что смогу заставить тебя кончить меньше чем за минуту. Мне это очень нравится, — говорит она, улыбаясь с такой огромной любовью в глазах.
— Да? Что ж, ты за это заплатишь.
— Обещаешь? — спрашивает она, и я целую ее.
— До конца своей жизни, Королева, — шепчу я, касаясь ее губ нежным поцелуем.
Мягкость ее кожи, вкус ее губ — это как возвращение домой после того, как был потерян. Я так скучал по ней; я не думаю, что смогу когда-либо снова быть вдали от нее. Только не так. Это может просто убить меня.
Мы лежим, наши тела все еще гудят после близости, обнявшись. Она идеально подходит мне, ее голова покоится у меня на груди, она слушает мое сердцебиение.
— Два миллиона долларов, значит? — говорю я дразняще, когда туман нашей страсти начинает рассеиваться. Она шевелится в моих руках, поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня с легким, виноватым нахмуренным взглядом. — Во столько мне обходится твоя злость?
Ее нижняя губа выпячивается, и я не могу не находить это очаровательным.
— Прости... Я не подумала. Я была расстроена, но мне также очень хотелось сделать пожертвование...
— Эй, все в порядке, — мягко перебиваю я, поглаживая ее по спине. — Честно, я не злюсь. На самом деле, я рад, что ты это сделала. Это дало мне надежду... невеста, — дразню я с усмешкой, заставляя ее застонать и закатить глаза.
— Тебе об этом рассказали? — бормочет она мне в грудь.
— Еще как рассказали. — Я посмеиваюсь. — Может, нам стоит просто сделать это официально... знаешь, раз уж ты уже начала называть себя моей невестой, — полушутя говорю я, но какая-то часть меня в восторге от этой идеи.
— Даже не думай об этом, — предупреждает она, легонько шлепая меня по груди. — Я сказала это только для того, чтобы они не сочли меня подозрительной.
Мы погружаемся в уютную тишину, ее рука лениво вычерчивает круги на моей коже. Но через несколько мгновений она снова поднимает на меня взгляд, ее глаза становятся мягкими и задумчивыми.
— Спроси меня через пять лет, — шепчет она.
Я удивленно приподнимаю бровь.
— Пять лет?
— По моим расчетам, к тому времени я закончу первый год ординатуры, — объясняет она, и ее голос полон мечтаний. — И, хотя впереди будет еще несколько лет, думаю, я буду готова. Сказать «да».
— Пять лет, — повторяю я, мое сердце переполняется при этой мысли. — Через пять лет ты будешь носить мое кольцо.
— И я буду носить его с гордостью, — отвечает она. Ее глаза сияют.
Я притягиваю ее ближе, наши тела сплетаются, пока мы снова устраиваемся на подушках, чувствуя себя более связанными, чем когда-либо.
В комнате тепло и безопасно, словно ничто больше не сможет встать, между нами. Ее дыхание мягко касается моей кожи, и я не могу удержаться, чтобы не прижаться губами к ее лбу, наслаждаясь сладостью этого момента.
— Пять лет, — снова шепчу я, скорее себе, чем ей, уже представляя день, когда она станет моей навсегда.
Она издает довольный вздох, и я думаю, что она вот-вот уснет. Но затем, с озорным блеском в глазах, она приподнимается и снова целует меня, медленно и нежно. Мое сердце замирает, и не успеваю я опомниться, как этот простой поцелуй возвращает меня к жизни.
Я стону, снова чувствуя прилив желания: мое тело инстинктивно реагирует на ее прикосновение. Она ухмыляется прямо в мои губы, явно замечая, какой эффект производит на меня.
— Серьезно? — дразнит она, отстраняясь ровно настолько, чтобы посмотреть на меня.
— Что я могу сказать? — усмехаюсь я, снова притягивая ее ближе. — Я всегда готов к тебе.
Она тихо смеется — звук, похожий на музыку, — и в этот момент я понимаю, как мне повезло, как я никогда не перестану хотеть ее, нуждаться в ней.
36. Инес
Доверяй чутью, когда чувствуешь, что что-то не так
Я быстро поднимаюсь по лестнице к своей квартире, и знакомый скрип ступеней эхом разносится под ногами. Странно снова быть здесь после всего, что случилось — будто я вхожу в воспоминание, которое больше не совпадает с реальностью.
Все выглядит так же безупречно, как и до того, как моя жизнь перевернулась с ног на голову. Кинг вызвал клининговую службу, как только полиция дала разрешение, и я ему за это благодарна. Без них я не уверена, что вообще решилась бы снова переступить этот порог.
Прошло пару дней с тех пор, как мы вернулись из Миннесоты, и я приехала сюда, чтобы забрать кое-какие вещи перед свиданием с Кингом. Я не сказала ему, потому что он стал бы настаивать на том, чтобы поехать со мной, а это казалось лишним. Я все равно была в кампусе на занятиях, и у меня была машина. В тот
