Инсайдер. Во власти мажора - Ника Княжина

надо?

Оборачиваюсь и пронзаю её взглядом.

Тушуется. Останавливается. Опускает глаза в пол.

Я жду, но она молчит.

Толкаю дверь и вхожу внутрь. Иван сидит на подоконнике, при моём появлении выпрямляется во весь свой рост. Напрягается весь.

Светлана всё-таки входит следом.

Обвожу взглядом помещение. Девушка сидит в кресле, закутавшись в какой-то плед. Её трясёт, и смотрит она в одну точку. На моё появление никак не реагирует. Я опоздал? Как же я мог так просчитаться?

Делаю шаг к ней. Наклоняюсь и зависаю перед её лицом. Щёлкаю пальцами перед носом.

Она отмирает и смотрит на меня. Зрачки удивлённо расширяются. Реагирует.

Значит, успел всё-таки вовремя.

— Ты как?

Просто смотрит и хлопает длинными ресницами. Ясно. Разговора не получится.

Обхватываю её за плечо и дёргаю вверх. Она испуганно смотрит на меня. Кажется, начинает ещё больше дрожать. Но молчит. Ни звука не произносит.

В шоке? Обычная реакция на неожиданные жизненные перипетии.

— Идём.

Подталкиваю её к выходу за талию. Механически переставляет ноги, не спорит со мной, не сопротивляется. Слишком уж… никакая.

Может отец что-то сделал ей?

— Никита Леонидович… Куда вы ведёте девушку? Князь приказал… — начинает Иван.

— Я её забираю. Моя будет.

— Но я не могу её отпустить. Никаких новых распоряжений насчёт девушки не поступало.

— И не поступит, — спокойно заявляю. — Это моё личное желание.

Иван замолкает. В его голове явно начинают быстрее крутиться шестерёнки. Но… увы, никакого заключения он сделать не может. Нарушение установленного порядка. Это сложно осознать, понимаю.

Никто не перечит Князю. Никогда. А все, кто выступал против… Их уже нет.

Я иду дальше. Нина всё так же покорно хромает шаг в шаг со мной.

— Никита Леонидович, — выходит вперёд Светлана. — Князь… будет в гневе... Не надо так. Позвольте, я с ним договорюсь. Спрошу…

— Ничего не надо, Светлана. Я сам разберусь с отцом. Позже. Эта девушка будет моя. Я всё сказал.

Открываю дверь и выхожу в коридор.

Естественно, никто меня не останавливает. Все, кто встречаются на пути, если и удивлены, то засовывают своё мнение куда подальше. Но через пару минут доложат. Поэтому нам следует поторапливаться.

Мы выходим на порог.

Дождь хлещет по лицу. Нина на миг прикрывает глаза.

Тяну её по ступенькам за собой, останавливаемся перед байком.

Окидываю её взглядом. Нет, так дело не пойдёт.

Срываю с неё плед и бросаю его на землю. Заменяю никчёмную ткань на свою куртку. Запахиваю и дёргаю молнию вверх. Всё. Экипирована. Шлема только нет. Но его отдать не могу девушке, иначе лицо заляпаю и точно куда-нибудь не туда впишемся.

— Держись крепко, обхватишь меня за талию. Лицо постарайся спрятать на моей спине, — даю инструкцию девушке. — Поняла?

Кивает.

Садимся, заводимся. Подъезжаем к воротам.

Пара секунд, и мы вырываемся за пределы дома.

Всё. Теперь назад пути нет. Каким будет финал этого противостояния с отцом? Впервые я не осознаю до конца какой вариант развития событий меня ожидает.

Но ясно одно: наши с ним отношения не останутся прежними.

Глава 9. Наедине в лесу

— Идём, — выдаёт очередную команду этот странный парень.

Он вот так просто взял и увёл меня из страшного дворца зла, в котором я оказалась. Забрал меня от Князя, который жаждал сделать меня своей игрушкой. Но… этот парень сказал, что теперь я его. Вот прямо так и сказал.

«Моя будет».

Значит, я просто сменила декорации. Но так и осталась в клетке.

Мы пролетели через весь город и вылетели на трассу, долго ехали, а потом завернули на лесную дорогу. Несколько километров по ухабам, и теперь мы в какой-то дикой глуши. На улице глубокая ночь, и только рёв мотора мотоцикла разрушал идиллию природных звуков.

Но вот мы остановились.

В сознание начал проникать новый шум. Стрекотание сверчков, пение каких-то лесных птиц, шебуршание ёжиков, а может и каких-то диких зверей…

Но их я не так боюсь, как этого парня.

Кругом ни души. Вообще ни одного человеческого строения на несколько километров вокруг. Ощущение, будто единственный дом, который я вижу — это сторожка какого-то лесника.

Может это она и есть?

Небольшое одноэтажное строение с мансардой похоже на избушку из фильмов ужасов. Выглядит пугающе. Кажется, я понимаю, зачем мы здесь. Он сделает своё грязное дело, а потом прикопает меня где-то на задворках этой территории. И меня никто не найдёт.

Тем более родственников-то у меня нет. Никому я не нужна.

Внутри дома темно. Значит, там никого нет. Или, возможно, уже все спят. Хотя… должны были проснуться от такого дикого грохота, что стоял парой минут, распугивая всех зверюшек в окрестности.

Что это за место? Очередное логово таких… бандитов?

Парень смотрит на меня. Не отводит взгляд. Пронзает меня холодными безразличными глазами цвета грозового неба. Сейчас… в темноте они кажется именно такими. А там в доме Князя я видела, что они намного светлее.

Скорее, туман над озером в предрассветное время.

Я стою на месте и не шевелюсь.

Я не хочу никуда идти. Внутри меня только одно желание.

Попасть домой и вымыться. Стереть следы чужих рук с себя.

И я знаю, что это по сути не поможет. Я вся… будто пропахла чем-то мерзким. И это уже не смыть. Я уже грязная. Настолько грязная, что с этим ничего не сделать.

Меня будто клеймили.

А теперь ещё и этот… Тоже сделает со мной нечто подобное. Только зайдёт дальше. Уверена, что он желает того же самого. Для чего я ему ещё нужна? Другие причины просто не лезут в голову.

Если это сын Князя, то впереди меня ничего хорошего не может ждать.

Сверху лупит дождь, парень же всё так же спокойно смотрит на меня. Только приподнимает брови.

— Нина, идём в дом.

Надо же. Он знает моё имя. Впрочем, чему я удивляюсь? Они все знают, кто я. Где живу, где работаю, на кого учусь. Собрали досье на меня. Вот так быстро. От них ведь уже не скрыться.

Я просто не смогу больше вернуться к своей прежней жизни.

Парень делает шаг ко мне, но я отшатываюсь. Колено опухло, посинело, но я не обращаю на него никакого внимания. Даже привыкла как-то. Эта боль меня возвращает в реальность. Напоминает обо всём случившемся…

— Я не сделаю тебе больно, — снова говорит и настойчиво смотрит на меня.

Снова как-то без эмоций. Просто констатация факта. Но я не верю ему.

Я теперь никогда никому не поверю. Как оказалось… мир вовсе не так добр, как можно