Ковбой и зубная фея - Хелена Хейл

и кивнул, так как клавиши вступали первыми. Я заиграла, а после в мелодию ударными влился Элайджа. Когда Коул запел, я чуть не уронила стойку с синтезатором.

– «Мы с тобой оба жертвы, потому что сыграли неправильно…»

Я подняла на него глаза и тут же зажмурилась от яркого света софитов. Боже мой, он смотрел на меня. Я думала, в жизни не испытаю подобного. Катание на сноуборде даже с самой высокой горы уже никогда не переплюнет торнадо, разбушевавшийся в моей груди от взгляда Берна.

– «Я буду сражаться вместе с тобой,

Пока ты не станешь моей,

Я умру вместе с тобой…»

Я снова уставилась на клавиши. Это всего лишь песня. Они исполняют ее не первый раз.

Успокойся, Прю, тебе нужно отыграть еще пять песен как минимум.

Когда песня закончилась, Коул снова обратился к зрителям:

– Прошу у вас минутку внимания, один парень попросил нас помочь ему в очень важном деле.

На сцену поднялся Майлз. Вот черт, неужели договорился об этом с Дугом?! Эва просто умрет! Я попыталась найти ее среди толпы, и тогда мою грудь снова сковал страх.

Нет. Отвернись. Не смотри на толпу.

– Я бы хотел пригласить на сцену мою девушку, Эву.

– Майлз, черт подери! – послышался радостный и взволнованный крик моей подруги. Зрители захохотали.

Эве помогли взобраться на сцену, Майлз с широкой улыбкой присел на колено и достал заветную коробочку. Коул заботливо протянул ему микрофон.

– Эва Кейтлин Роудс, не буду отнимать много времени у публики и просто спрошу: выйдешь ли ты за меня?

Толпа оглушительно завопила, я едва успевала смахивать нахлынувшие слезы. Эва посмотрела на меня, и я быстро-быстро закивала. Ей не нужен был совет – ей хотелось убедиться, что все происходит взаправду.

– Естественно, Майлз Роберт Гроув! Я выйду за тебя!

Ее ответ сопроводили свистом, улюлюканьем, хлопками, воплями – мы хохотали от счастья. Эва подбежала ко мне, и я стиснула ее в самых крепких объятиях, на какие только была способна.

– Поздравляю, милая! Будьте счастливы!

– Ты знала, да? – укоризненно цокнула Эва, смахивая слезы.

– Девушки, нам пора продолжать, – прервал нас Элайджа. Эва извинилась и, захватив Майлза, унеслась со сцены.

Слезы счастья катились по щекам, но ничуть не мешали – я продолжала концерт. Да, я была счастлива за подругу. Но что-то снова загрызло внутри, вцепилось, как пес в любимую игрушку. Я поняла, что, как только сойду со сцены, отправлюсь в бар и выпью добрую порцию виски. А может, и не одну.

Глава 6

Лишний шот и полный провал

– Это какая по счету, Прю? – недовольно спросила Эва.

– Пятая или шестая.

– Восьмая, – подсказал бармен.

Я закатила глаза.

– Прю! Мы уже отметили помолвку! Может, хватит? – Эва развернула меня к себе. – Никогда не видела, чтобы ты столько пила!

– У меня стресс, Эва. Моя подруга выходит замуж, я выступила перед огромным количеством людей, а мой парень… где он? – обреченно спросила я.

– Милая моя, может, Фин успеет приехать к ночи! Не нужно так себя угнетать! И да, ты действительно блистала на сцене!

– Спасибо, Эва, не переживай, со мной все в порядке.

– Эва, время подходит, – Майлз осторожно отвлек невесту, показывая на часы. Полночь. – Прости, Прю, я заранее забронировал нам ночь в спа.

– Идите! Даже не думайте оставаться! Все хорошо. Я напишу Дугу, немного посижу с ним и пойду спать. Еще раз поздравляю!

– Ты была очень крута! – подмигнул Майлз.

Я ответила улыбкой, а Эва, хмурясь и ворча, все же взяла Майлза за руку.

– Смотри у меня.

– Идите! Отметьте как следует и отдохните. – Я улыбнулась как можно беззаботнее, чтобы успокоить подругу. – Жду от вас полный отчет о том, какой кайф вы получите! Ну, во время массажа, а не после…

Конечно, никакому Дугу я писать не собиралась, решив провести вечер с подружкой-текилой.

– Может, все-таки хватит? У вас что-то случилось? – спросил бармен.

– А эт-то к-ка-кая?

– Не помню, могу посмотреть счет, – вздохнул бармен. Похоже, у него был опыт общения на заплетающемся языке.

– П-пратисте, дав-вай финал… послед… финишн… – я была уверена, что говорю четко, но выражение лица бармена убедило меня в обратном.

– Последнюю. Я не хочу вас отсюда выносить, знаете ли.

– Ок! – я подняла большие пальцы вверх.

Шот я выпила залпом. И в ту же секунду осознала, что он был лишним. Если говорить совсем откровенно, лишними были последние четыре. Я попыталась добежать до туалета, но поплелась, цепляясь за стены, спотыкаясь и извиняясь перед посетителями, в которых врезалась.

Просидев над унитазом добрых двадцать минут, я поняла, что в желудке ничего не осталось, но опьянение никуда не ушло. Мне стало в десять раз хуже.

– Боже, какая же я дура… – хватаясь за голову, шептала я себе под нос. – И из-за чего?! Черт… день-то не… неплохой… Все, домой!

Переступив порог бара, я тут же споткнулась и угодила лицом в снег. Холод немного отрезвил. Я не торопилась убирать его с лица, но потом вспомнила про тушь. Пальцы я ощущала плохо, как будто они жили своей жизнью, вроде руки из «Семейки Аддамс».

Я могла бы восхититься бескрайним синим небом, которое в Джексоне казалось таким низким, словно можно подняться по стремянке и коснуться облаков. Звезды здесь рассыпались яркими точками, заполняя собой каждый дюйм, – мечта астронома. В другой вечер я бы с замиранием сердца выжидала падающую звезду, но в этот раз небо казалось мне штормовым морем, а звезды кружились калейдоскопом. Меня снова затошнило.

Я не замечала людей, не могла понять, какие передо мной дома. По памяти я прошла знакомой дорожкой в шале и распахнула дверь, удивившись тому, что не заперла ее перед выходом. Мне было настолько плохо, что комната казалась зеркально отраженной. Все переместилось на другую сторону. В ванной я умылась, ничего не замечая, забыв про тушь, которая уже после снега, должно быть, выглядела плачевно.

По пути в постель я скинула с себя всю одежду, сбросив ее прямо под ноги. Скорее бы лечь! Юркнув под одеяло, я поразилась теплу. Даже жару. Развернувшись, я во что-то врезалась носом. Поморгав несколько раз, я пришла в себя и рассмотрела мужское тело, умиротворенно дышащее рядом.

– Фин! Боже, ты приехал! – воскликнула я.

Так как мой разум и тело до сих пор конфликтовали между собой, руки потянулись к Фину, хотя разум наполовину блуждал в царстве Морфея.

– Боже, ты такой теплый… Если бы я знала, что ты приехал, я бы… Черт, почему ты не предупредил?! – От такой неожиданности я немного протрезвела и стала поглаживать знакомую спину.

Правда, под воздействием алкоголя она казалась чужой. Более широкой, более теплой, даже более нежной. Точно! Я не