Жестокий брак по-кавказски - Александра Салиева
Сумасшедший!
Глава 20
— …и тогда Мурад как схватит его за штанину…
— А Сабит?
— А он не успел их придержать и оказался без штанов перед той девчонкой.
Мой мальчик заливисто рассмеялся, а я, качнув головой, мысленно посочувствовала Сабиту. Неприятная ситуация. А уж как он наверняка переживал. Такой позор испытал перед понравившейся девочкой. Бедный мальчишка.
Зато Фархату было очень весело. Шестилетний шалопай ещё не понимал, как это обидно — оказаться в такой нелепой ситуации. Будем надеяться, что и не узнает никогда.
Да и недолго я о том думала.
— А вы что делали без меня? Где были? — поинтересовался сын.
И я даже как-то не нашлась так сразу, что ему ответить. В отличие от Нияза.
— Думали над тем, кого тебе лучше подарить: брата или сестру.
Я как вдохнула, так и не выдохнула, уставившись на него в шоке.
Что он только что сказал?!
— Брата! Хочу брата! Можно? — тут же подхватил Фархат.
— Нужно, — ухмыльнулся Нияз.
Честное слово, не будь он за рулём, я бы его стукнула, а так пришлось терпеть и давить в себе убийственные наклонности.
Хотя не сказать, что этот демон неправ. Он же одним разом не ограничился, зараза! А я, видимо, окончательно поехала мозгами, раз позволила всё это. Но он буквально утопил меня в романтике. Не только цветами задобрил, закаты под вино и фрукты организовал, и был таким милым и обходительным, что я сама не заметила, как снова оказалась с ним в одной постели.
Дура! Идиотка махровая!
Зато, после того, как я вынужденно капитулировала, мы сразу покинули домик в горах. Собственно, только ради этого и сдалась. И без того две ночи там провели. Сколько можно злоупотреблять гостеприимством дядюшки и остальных?
В общем, мой муж коварный мерзавец, чего он сам же не отрицал.
«На войне и в любви все средства хороши», — передразнила его про себя.
Хотя тут дело больше в том, что он пообещал, что ни сестра, ни мать больше никогда не влезут в нашу с ним жизнь. А ещё припомнил, что я могу оказаться беременна. И у Фархата должно быть два родителя рядом. И он точно не будет воскресным папой.
Короче, со всех сторон обложил, зараза.
Да и сколько можно воевать? Свободы мне это точно не принесёт. Хотя самому Ниязу вот очень нравилось со мной бороться. Ничем иным я его вечные подначки оправдать не могла.
— Ну как только твою маму на это уговорим. Она пока против, — продолжал издеваться надо мной этот шайтан сутулый.
— Мам, а почему ты против? Ты не хочешь ещё одного ребёнка? — озадачился в свою очередь Фархат.
Простодушный вопрос застал в ещё больший расплох. Потому что я бы хотела, если честно. Ещё одного мальчика, а затем и девочку. Чтобы у моей принцессы были старшие братья и защитники. И я бы непременно научила их, что нельзя отказываться от семьи, чтобы ни случилось. Как тот же папа от меня.
В груди до сих пор свербело из-за этого. Что бы я ни говорила и ни думала, в душе я всё равно желала примирения с ними. Хотя бы чтобы можно было если не прийти к ним, то позвонить. Чтобы просто спросить, как у них дела.
— Мам? — дёрнул меня за рукав сын, возвращая к настоящему.
И его раннему вопросу.
— Зачем мне другой ребёнок, когда есть ты? — ушла от ответа, щёлкнув его по носу.
Фархат смешно насупился и вернулся обратно на своё место.
— Одному дома скучно, — погладил спящего рядом щенка между ушей.
— А как же Мурад? — кивнула на него.
— Вдвоём с Мурадом интереснее играть, — выдал мой мальчик после недолгих раздумий.
— Так братик или сестра ещё нескоро дорастут до ваших игр. Только лет через пять. А там уже вам с Мурадом они совсем не нужны станут, — привела я новым аргументом.
— Это почему? — возмутился уже Нияз. — Не слушай маму, Фархат. Она не ведает, что говорит.
— Будто ты прям ведаешь, — съехидничала. — Или скажешь, играл с младшей сестрой?
Я вообще сомневалась, что Фазийя хоть когда-то играла. Воображение пасовало.
— Не играл, — признался муж. — Но у нас и разница в возрасте куда больше.
— Всего на пять лет, — парировала.
— И это много. Поэтому всегда считал, что дети должны быть если не погодками, то с совсем небольшой разницей. Года два или три, не больше.
— Видишь, — зацепилась я за его слова. — А Фархату тоже уже пять. Всё, поезд ушёл, мы на него опоздали.
За спиной недовольно фыркнул сам Фархат, обиженно сложив руки на груди. А вот сидящий рядом Нияз непонятно чему заулыбался. Причину осознала, когда он переспросил:
— Мы?
И я мысленно побилась головой о стекло дверцы. Чтоб этот мой язык, который летит вперёд мозга.
— Рад, что ты больше нас не разделяешь, — довольным тоном заявил муж, не забыв одарить ласковой улыбкой.
Теперь уже я недовольно пыхтела, как ещё недавно сын. На что он только шире ухмылялся.
— Сын, заканчивай брать пример с мамы и пыхтеть. Так только девочки делают, — заявил вдруг нагло.
Меня аж подбросило на месте.
— Чего? — возмутилась тут же.
Вышло громче положенного, но да ладно. Что за чушь он только что сказал?
— Мужики не обижаются и не пыхтят, — пояснил Нияз спокойно. — Они придумывают другой способ получить своё, — подмигнул сыну в зеркало заднего вида и вновь сосредоточился на дороге.
— Нияз Караев, ты меня жутко бесишь в последнее время, не знаешь, почему? — вновь запыхтела я зло.
— Знаю, — весело отозвался он. — Потому что я тебе нравлюсь, но ты боишься в этом признаться.
— Чего? — повторила, опешив от такой наглости. — Причём здесь вообще это?
Оказывается, очень даже причём.
— Ладно, перефразирую. Просто не хотел при ребенке. Но раз ты настаиваешь, скажу. Ты меня хочешь, но внушила себе, что так нельзя. Вот и бесишься.
И пусть мне ещё кто-нибудь потом скажет, что я слишком ярко реагировала на его подначки. Как тут вообще можно такое проигнорировать? Нет, может кто-то и способен, но не я. Я шесть лет молчала, в конце концов! Правда со словами всё равно так и не нашлась.
— Да ты!.. — единственное, что смогла выдавить из себя.
И то не до конца.
— Тоже хочу тебя, — перебил он меня, обжигая горячим взглядом.
Да чтоб его!
Отвернулась от него от греха подальше. Заодно таким образом скрыла вспыхнувшие щеки.
Ну до чего бесячий! Каким был, таким и
