Спор не по правилам - Екатерина Юрьевна Васина
Зато завтракаем мы весело. Илья сказал, что сегодня готовит он. Что, кстати, редкость. Нет, он может сделать простые блюда, но не фанат. Хотя уверяет, что лучшие повара — это мужчины.
— Ну как тебе? — о да, еще Илье нравится, когда его хвалят. В смысле не льстят, а искренне хвалят.
Задумчиво и с долей умиления разглядываю слегка подгорелую яичницу с зеленью, помидорами, перцем и ветчиной.
— Она… яркая и утренняя. — откусываю и слегка наклоняю голову к плечу. — И вкусная. Так, можно я уже ее нормально съем, потому что капец какая голодная!
Заодно, под запах кофе и еды, договариваемся после обеду встретиться с Евой и Тимом на… классе керамики. Это Ева позвонила почему-то по видео-мессенджеру и заявила, что хочет сделать кружки для всей семьи. Илья сначала скривился, но Тим за спиной Евы умолояюще одними губами прошептал: “Спасайте”.
— Так, у нас есть час. — Илья бросает быстрый взгляд на часы. — Пошли целоваться!
Вот как перед ним устоять? Так что сдаюсь без сожалений.
Правда, спустя этот самый час, я осторожно ощупываю губы и понимаю, что все прекрасно поймут чем мы занимались. Капец, Ева забросает меня сообщениями как белка — орехами.
О, кстати! Я не знаю какая связь, но после мысли о белках я вспоминаю и про вчерашние фото со свадьбы. Тим в ванной комнате, решил принять по его словам “холодный душ” после поцелуев. Вода и правда шумит. А еще дверь не закрыта.
Можно, конечно, подождать пока он выйдет…
Но я осторожно приоткрываю дверь, залипаю на подкачанное мужское тело, виднеющееся в слегка запотевшей душевой кабине.
— Дарья, ты решила присоединиться?
Я понимаю, что стою с восторженным видом уже пару минут. И меня только что засекли.
— А… что… нет! Я хотела спросить… когда выйдешь, то скачаешь мне фото со свадьбы.
— Скачай сама. — вижу как Илья пожимает плечами. — Ты же помнишь как мой телефон разблокировать? Выбери какие нравится и отправь себе, чтобы я не слал все сразу.
Я и правда знаю фигуру, которая стоит на блоке телефона, так что открываю его и нахожу папку с фотографиями.
Только собираюсь перейти к ней, как цепляю взглядом всплывшее окошко.
Я замираю.
Читать чужие сообщения нельзя. Но мой палец точно сам по себе кликает на окно. И оно разворачивается на весь экран.
“Соколов, ты там куда-то не туда свернул походу. Залип в свою студенточку? Ты ж себя кулаком в грудь бил, что с малолетками не встречаешься. И Дашуня тебе только для того, чтобы доказать, что я — мудак. Давай колись — байк забираешь или скромная овечка показала хищную пасть?”
Экран гаснет.
Только ядовитые слова остаются внутри меня. Они точно выжжены сейчас в сознании, отравляют, мешают дышать.
Нет… нет, нет, нет. Я сплю. Это просто один из кошмаров.
Илья не такой. Он не может…
А что он может? Как я могу говорить с уверенностью, на что он способен, а на что нет?
Я сижу и продолжаю тупо смотреть на темный экран телефона. У меня онемели губы, а руки ледяные и, кажется, немного трясутся.
Зачем-то щипаю себя за руку. Резкая боль только подтверждает, что все — реальность.
И розовые очки, которые зачем-то очутились на моем лице, сейчас разбиваются с хрустом и больно впиваются в самую душу.
Даже дышать больно. Осколки раздирают меня изнутри.
Онемение проходит, а на смену является дикая боль. Такая, что впору свернуться клубком и скулить как побитая дворняжка.
Самое время заплакать. Но у меня не выходит. Глаза жжет, а слез нет. Горло то и дело перехватывает, но все, на что я способна — сухие всхлипы.
Я всегда старалась придерживаться логики. Почему сейчас не получается?!
Самое страшное не в самом тексте, который насквозь пропитан цинизмом.
Самое страшное, что Тристан не выдумывает. Вряд ли он знал, что я возьму телефон именно в тот момент, когда придет сообщение.
Значит — спор был.
Я медленно выдыхаю. Воздух выходит рвано, точно легкие разучились работать.
В ванной шумит вода.
Илья любит долго принимать душ. Сейчас это как нельзя кстати.
Сколько у меня минут? Пять? Семь? Меньше?
Тело двигается само по себе. Пока в голове на повторе прокручиваются слова из сообщения, я натягиваю джинсы, свитер, скручиваю волосы в пучок.
Вещи… вещи я бросаю первые, какие нащупываю. Пофиг. Это просто одежда и всякие мелочи, которыми успела обрасти за то время, пока живу здесь.
Слышу как в ванной прекращает течь вода.
И бегу в прихожую.
— Простите. — шепчу котам, которые просто поворачивают головы следом за моими перемещениями.
На столе наши чашки из которых мы буквально час назад пили кофе.
Почему-то это усиливает внутренний раздрай.
Замираю на миг, когда слышу как открывается дверь ванной, затем раздается не музыкальный свист.
На миг колет внутри: может, остаться? Поговорить?
Но прошлое оскаливается. Напоминает, что если останусь — то поддамся уговорам, поверю, дам шанс.
А мне сначала надо пережить все это.
— Даш, — ты где?
Выскальзываю за дверь и бегу к лестнице. Не хочу ждать лифт, я могу передумать. Могу вернуться и… и что?
Ступени мелькают под ногами. Я едва не падаю, но успеваю ухватиться за перила и судорожно вздыхаю.
“Она тебе только для того, чтобы доказать, что я — мудак”
На улице все еще дождь, поэтому я прячусь на детской площадке, в каком-то розовом-голубом домике. Там сухо, но холодно и пахнет сыростью.
В подъезде оставаться не рискую. Илья может побежать следом. Он и так без перерыва названивает мне, хорошо еще у меня беззвучный режим.
Смотрю на него, долго смотрю.
Илья упорный и не сдается. Телефон так и названивает. И я решаюсь.
— Да. — голос у меня такой же как и все внутри: сухой, безжизненный.
— Ты где?! — зато Илья оживлен как никогда. — Дарья?
— За байком поехала. — сообщаю опять онемевшими губами.
— Что? За каким еще нафиг байком?
— Который тебе Тристан обещал, если в споре выиграешь. — выпаливаю и замираю.
На том конце телефона, кажется, даже на миг дышать перестают.
— Что бы тебе не наплел этот…
— Он не наплел. — перебиваю все так же безэмоционально. — Он тебе сообщение прислал. Забирай байк, Илья, хорошо? Выиграл же.
— Блять! Даша, стой… Дарья!
Внутренним чутьем угадываю — сейчас выскочит меня искать. Так что дожидаться такси не буду. Выскакиваю под дождь и буквально бегу
