Любовь Сурового - Валерия Ангелос
Последнее, что успеваю почувствовать. Айдаров подхватывает мое враз ослабевшее тело на руки.
Прихожу себя уже в номере отеля.
Виски болезненно пульсируют. Во рту пересохло. Медленно открываю глаза. Взгляд упирается в потолок. Поворачиваю голову. Осматриваюсь.
— Аня? — зовёт Айдаров.
Тяжелая ладонь опускается на мой живот. Мягко. Едва дотрагиваясь.
— Ты как?
Замечаю пластырь на сгибе локтя.
— Что это? — хмурюсь.
— Врач приходил, — говорит Айдаров. — Осматривал тебя. Взял кровь на анализ.
Растираю руку.
Чувствую, как тошнота возвращается. И стараюсь отвлечься, переключиться на что-нибудь. Может если не буду думать о том, как мне дурно, то станет хоть немного лучше.
— Ты ничего не ела сегодня, — замечает Айдаров. — Давай закажу что-нибудь в номер?
При мысли о еде становится хуже. Но я вспоминаю, как на яхте это иногда помогало.
Вообще может, меня уже от голода мутит?
— Хорошо, — говорю.
— Посмотришь меню?
— Не надо. Давай просто что-то легкое. Салат. Не знаю. А я пока… мне нужно в уборную.
— Могу помочь, — выдает Айдаров.
И похоже, пробует снова взять меня на руки.
— Нет, не надо. Спасибо, — отвожу его кисть в сторону от себя.
Поднимаюсь. Чувствую, что мне становится лучше. Но это чувство обманчиво. Едва успеваю дойти до уборной как меня буквально выворачивает наизнанку.
Ну теперь и правда лучше.
Открываю воду, склоняюсь над раковиной. Тщательно прополаскиваю рот, умываюсь.
Взгляд падает немного в сторону. Вижу полный набор косметических средств. На автомате отмечаю везде гравировку отеля.
Отлично, есть зубная щетка. Свою искать не надо. Как и разбирать чемодан специально для этого.
На меня такая усталость накатывает. Нет сил совсем. Хочется спать.
Уже почистив зубы, замечаю в отражении зеркала Айдарова. Вероятно, он давно так стоит. Привалился боком к дверному косяку. Наблюдает за мной. Вид у него напряженный. Во взгляде горит беспокойство.
Промокаю лицо полотенцем. Откладываю его в сторону, поворачиваюсь к Айдарову.
— Тебе лучше? — спрашивает он.
— Да, нормально, — отвечаю. — Врач что-нибудь сказал? Что это может быть?
— Пока ничего определенного. Результаты анализа крови будут только завтра.
Он хмурится.
— Что-то не так? — напрягаюсь.
— Долго ждать, — бросает он с недовольством. — У нас бы за пару часов все основное проверили. А тут… ну короче, я и так их подогнал. Это, сука, максимум.
Понятно.
— Прости, — добавляет он. — Знаю, тебе не нравится, когда выражаюсь.
Ну сейчас он почти «не выразился», если учитывать то, как обычно говорит. Совсем за языком не следит.
С чего вдруг такие резкие перемены? Даже подозрительно. Его действительно беспокоит, что мне все время плохо? Так после всей этой безумной истории на яхте всего ждать можно. Наверное, ничего странного в моем состоянии нет, если учесть все эти нервы.
Пока я привожу себя в порядок, Айдаров успевает сделать заказ и нам его быстро доставляют в номер. Вот только это не обычный салат. Целая тележка, заставленная различными блюдами с едой и напитками. На любой вкус.
Подхожу ближе. Выбираю то, на что первым падает взгляд. Похоже на круассан. Только более слоенный и как будто бы карамелизированный сверху.
Мне хочется сладкого, но стоит укусить, понимаю, что ошиблась. Это соленая выпечка. С сыром. Тоже очень вкусно. Необычно.
— Нравится? — спрашивает Айдаров.
— Угу.
— Сок будешь?
Киваю. И он наливает мне свежевыжатый апельсиновый сок.
Балкон приоткрыт. Занавески развеваются от порывов морского ветра. И до нас доносится музыка.
Кажется, это гитара.
Выхожу на балкон. Жую на ходу. Делаю еще несколько глотков сока.
Вдыхаю солоноватый аромат моря.
Сейчас мне и правда становится лучше.
Смотрю вверх. На чаек, которые с протяжными звонкими криками кружат над балконом.
Ого. Сколько их.
Айдаров тоже выходит на балкон следом за мной. Слышу его шаги. Не поворачиваюсь. Чувствую, как он подступает все ближе.
Невольно отхожу к перилам.
Он снова шагает вперед.
— Будешь? — поворачиваюсь к нему. — Мне уже не хочется.
— Ты этим наелась? — слегка приподнимает бровь.
— Да.
Забирает у меня «круассан», а я допиваю сок и смотрю на заходящее солнце. Красиво, конечно. И номер эффектный. Ничего не скажешь. Королевский размах.
Но я очень хочу домой.
А пока…
Наверное, было бы неплохо пройтись.
Внизу много людей прогуливается. И я ловлю себя на том, что хочется туда. В открытое пространство, где все свободно ходят. Там ты не ограничен пределами яхты. Нет чувства замкнутости.
Оборачиваюсь и перехватываю взгляд Айдарова.
— Хочешь выйти? — спрашивает он, будто мысли считывает. — Можем пройтись. Посмотреть центр.
— Идем, — соглашаюсь.
Атмосфера здесь праздничная. Люди веселые, счастливые. Все улыбаются. Много уличных музыкантов. Много киосков с традиционной едой.
— Интересно попробовать? — интересуется Айдаров.
А мои мысли далеко. Даже не сразу понимаю, о чем он спрашивает.
— Еда, — говорит Айдаров. — Много необычного.
— Ну наверное сейчас не лучший момент, — нервная улыбка растягивает мои губы, и я невольно пожимаю плечами. — Пробовать что-то.
— Да, точно, прости. Прое… хм, короче, понял, — выдает.
Хотя пахнет вкусно. Чеснок.
Но мне же этот запах не нравится.
— Давай просто посмотрим, — замечаю.
Подходим к одному из киосков. Продавец с широкой улыбкой тут же начинает нам предлагать разные блюда по-английски, коротко поясняя, что именно скрывается за экзотическим названием.
— Бэббуш — улитки тушеные с чесноком. Кавлата — овощной суп со свининой. Алджотта — рыбный суп с помидорами.
Желудок опять нехорошо сжимается.
— Осьминог, — добавляет продавец.
И когда вижу осьминога, понимаю, что никак не готова к такой экзотике. Может это и вкусно. Может в другой обстановке мне бы понравилось. Но только не теперь.
Айдаров мягко приобнимает меня. Отводит в сторону.
— Опять тошнит? — хмуро спрашивает он.
— Да, — отвечаю, качнув головой. — Давай вернемся в номер.
К счастью, меня больше не выворачивает наизнанку.
Однако это спокойствие длится до утра. А утром… уже будто по графику.
Нет, ну так не дело. Может у меня что-то с желудком?
Айдаров по моей просьбе заказывает овсяную кашу. Тут она есть, прямо как у нас. Не просто хлопья. Вероятно, отголоски английской кухни, которая здесь тоже популярна.
— Когда мы вылетаем? — спрашиваю.
— А когда ты хочешь?
— Подожди, — медленно качаю головой, стараюсь сосредоточиться. — А разве мы не сегодня уезжаем отсюда?
— Тебе надо отдохнуть, — замечает Айдаров. — Как ты полетишь в таком состоянии?
— Нет, нет, все прекрасно, — заверяю его. — Ну то есть я прекрасно могу лететь. Хоть прямо сейчас.
— Аня…
— Что?
— Я думал, ты захочешь задержаться, — пожимает плечами. — Побыть на море. Смотри, какая здесь хорошая погода.
— Знаешь, моря мне хватило.
— Тут солнечно, а у нас сейчас погода так себе.
— Ничего, мне нормально.
— Ты уверена, что хочешь лететь сегодня?
— Как никогда.
Вид у Айдарова помрачневший. Похоже, у него тут свои планы
