На осколках или подмена - Галина БризЪ

захватило обоих и выплеснулось на целый мир.

Оно не походило на то спешное, по-звериному алчное насыщение, как было с Глебом. Сегодня счастье было тягучим и нежным. Они не торопились, впитывали и наслаждались каждым поцелуем, как глотком дорогого вина, запоминали пьяные от ощущений глаза друг друга.

— Люблю, Полина... Люблю тебя...

Голос был сбившимся, с лёгкой хрипотцой. Сандро, похоже, ждал реакции. Полина не знала, что сказать и надо ли отвечать. Спрятала лицо на его груди и прикрыла глаза. Было так уютно!

Ещё никто не говорил ей этих слов. Вообще никто и никогда, сколько она себя помнила.

— Полюшка, ты мне дороже всего на свете. Нравилась всегда, ещё с той поры, когда ты была ребёнком. Сейчас... просто люблю. И я ничего не сделаю против твоей воли.

В кармане брюк Сандро завибрировал и пронзительно заверещал телефон. Оба вздрогнули и невольно отпрянули друг от друга.

— Сейчас... Секунду, я сброшу вызов. Это Аня, — взглянув на экран, шепнул мужчина.

Небрежно провёл пальцем по поверхности и промахнулся, нажав на зелёную трубочку — вызов принят.

Поморщился с досадой, поднёс аппарат к уху.

Истеричные крики тёти Ани было слышно и без громкой связи. Глаза Сандро изумлённо расширились. Вероятно, до сегодняшнего дня он не подозревал, что его интеллигентная и кроткая жена способна на производство такого ультразвука. Волей-неволей пришлось сосредоточиться, заодно ослабить объятия.

Магия сумасшедшего момента, объединившая их с Полиной, отступила. Реальность вломилась со всей присущей ей беспардонностью.

— Ань, успокойся. Сбавь тон, не кричи. Да, она со мной.

Анна, понизив голос, зудела неразборчиво, но эмоционально и долго. Дядя нахмурился:

— Что? Какие через полчаса? Нет, торопиться не надо. Ещё не меньше полутора-двух часов, это точно. Но не гарантирую, всё же лучше... э-э... Что-что? Да, правильно. Понял.

Он снова замолчал, давая высказаться собеседнице. Досадливо цокнул:

— Что ты мелешь, Ань? Никто тебя не выпинывает. Мы же обсуждали — я тебя не брошу.

Первая фраза прошила Полину, как раскалённая игла: Сандро сейчас в открытую согласовал период, отведённый на неё, со своей женой? Или как назвать, кто ему тётя Аня? Хотя всё верно — жена. Пусть не по документам, но гражданской она быть не перестала.

И он, не стесняясь, нагло просит ту не торопиться в квартиру, дать ему ещё время? Надеется успеть обработать Полину? Какой цинизм!

Значит, Сандро всё распланировал заранее и, как выяснилось, не собирается расставаться со своей супругой. И даже не скрывает этого.

Он тоже считает племянницу подстилкой.

Рванулась из греховных объятий.

Влетев в комнату, с силой захлопнула дверь, повернула замок.

Проклинала свою наивность — ведь уже не раз зарекалась связываться с ушлыми москвичами, и всё равно неймётся! Снова на те же грабли. Жизнь её ничему не научила: сначала прыгнула в кровать к чужому жениху, теперь вовсю лобызается с мужем родной тёти.

— Полина, открой! — требовательный стук, потом мощный толчок в дверь. — По-ли-на!

— Нет! — Она забилась на кровать, поджала ноги к подбородку и что есть силы обняла себя за плечи.

— Поленька, моя девочка, что стряслось? Открой, не бойся. Неужели ты думаешь, что я могу тебя обидеть?

— Нет! Пожалуйста, уйди, Сандро.

— Поля, открой, — голос звучал растерянно. — Я не понял, почему ты убежала. Если жалеешь о том, что произошло, то больше не прикоснусь к тебе. Давай поговорим, и я уйду.

— Нет. Оставь меня в покое! Нам не о чем разговаривать.

— Полина, я люблю тебя.

«Вы все меня любите, — зажимая рот ладонями, всхлипнула она, не отвечая вслух. — Но во вторую очередь. После обожаемых жён и невест».

Снова громкий стук в дверь и в ответ — упрямое молчание Полины.

Следом — грозное требование, в котором уже ничего нет от просьбы. Это приказ, который мозг, с детства приученный подчиняться старшим, невольно рвался выполнить.

— Предупреждаю, ещё минута, и я выбью дверь.

Полина похолодела: вот тебе и добрый дядюшка.

Тоже скинул маску? Всё милосердие было до поры до времени? А когда взыграли животные инстинкты, он стал таким же, как Глеб? Наглым, бесцеремонным, грубым.

— Что тебе надо от меня, Сандро? Считаешь, время пришло, мой долг растёт и растёт, и теперь я должна расплатиться натурой за подарки? Ведь ты для этого привёз меня в квартиру?

Ответа не последовало. И вообще, мгновенно стало тихо.

Полина напряжённо вслушивалась, ловила каждый шорох, но ничего не происходило.

Он просто молча ушёл.

Глава 59. Прощай

В середине ночи, как выстрел, раздался громкий звук захлопнувшейся двери.

Полина, с бешено колотящимся сердцем, привстала на локте — Сандро ушёл? Куда? К кому?

Секунды через три послышалось какое-то копошение в прихожей, его перемежевал буксующий топот. Потом глухой удар — с небольшой высоты свалилось что-то тяжёлое. Создалось впечатление — это нечто соскальзывало постепенно, будто его что-то удерживало. Манёвры продолжило невнятное бухтение и снова возня. Спустя минуту всё сменили странные шаги — урывками и шлепками! Очевидно, кто-то передвигался с большим трудом, если только не на четвереньках.

Шумы стихли возле комнаты дяди.

Перепуганная девушка подкралась к двери, приложила ухо. Дико хотелось выглянуть, но было страшно.

— Сашенька... Са-а-аш... Открой, милый, — Полина с трудом узнала голос тёти. Женщина была пьяна вусмерть и еле двигала языком. — Саш, впусти, я соскучилась... Давай сделаю тебе... А-а, поняла, ты там не один? Да? Ты с Полькой?

Ответа не последовало. Субтильная тётушка несколько раз довольно увесисто двинула по двери кулаком. Потом, судя по изменившемуся звуку — ногой.

— И как она — хороша в постели? Конечно, тело-то молодое, — кое-какие интонации вяло, но варьировали в монотонной речи, чуть взбодряя её живыми эмоциями. — У-у, змеюка подлая... Лучше твоей прилипалы Инки? Кстати, про ресторан... Ты прав, зря нас там торопили. Насвистели, что всего полчаса до закрытия осталось. Оказалось, аренда до часа ночи была. Чего-то они перепутали в графике, эти обслуживающие твари. Даже не два часа, а целых три можно было ещё пировать. Глебушка всё разрулил. М-ммм... Такой сладкий мальчик... Ох, мы и погудели! Са-а-аш... Слышишь?

Ещё несколько ударов.

— Сашенька, милый, что хочу сказать-то — три дня на сборы мне мало. Давай хотя бы через неделю, а? Са-а-аш... Не молчи! — тётушка звонко икнула. Посопев, добавила: — Ладно, утром поговорим.

Пошатываясь и, похоже, опираясь о стену, женщина переместилась к спальне Полины. Пару раз толкнув закрытую дверь, громыхнула кулаком. Удивилась:

— А что, Полька тут? Разве вы не вместе спите? Или уже всё... наудовлетворялись. Что-то быстро выдохлись. Ненадолго вам запала хватило. Стареет Сашка, — прыснула: — Или молодёжь