Одержимы - Оля Перчик

была не та наглая улыбка, что раньше, а мягкая, теплая, полная понимания и, возможно, надежды.а

Я только начала формулировать мысль, что-то вроде:

'Как думаешь...' — а дальше меня накрыли его губы. Леша целовал мои щеки, нос, он прижал меня к себе так крепко, будто не верил, что это происходит на самом деле, будто боялся, что я исчезну.

— Леш? — выдохнула я, когда он чуть отстранился, но все еще держал меня в своих объятиях.

— Да, моя деревня? — прошептал он, и в этом прозвище было столько нежности, что сердце сжалось.

— Столько людей против нас... — слова сами вырвались, тяжелые, как камень.

Он посмотрел мне прямо в глаза, и в его взгляде не было ни тени сомнения, только решимость.

— Пусть идут к черту!