Босс не по плану - Эва Бондарь
Юрист. Прекрасно.
Я кивнула и погрузилась в таблицы.
К семи вечера офис начал пустеть.
К восьми — опустел совсем.К девяти я поняла, что домой раньше десяти не попаду.
Вышла в коридор и набрала Таню.
— Танечка, пожалуйста… Мне нужно задержаться. До десяти, может, чуть позже. Останься со Стёпой?
— Конечно, — ответила она спокойно. — Не переживай.
Я вернулась к столу.
В кабинете Платона всё ещё горел свет.
Через стеклянную перегородку было видно, как он стоит, склонившись над экраном. Рукава рубашки закатаны. Пиджак аккуратно висит на спинке кресла.
Он вдруг повернулся — будто почувствовал, что на него смотрят.
И я резко отвела взгляд, сделав вид, что меня интересует исключительно папка в руках. Слишком поспешно. Слишком заметно.
Через минуту раздалось:
— Виктория.
Я вошла.
— Да?
— Садитесь. Нужно пересчитать маржинальность по второму блоку. Здесь не сходится.
Я села рядом. Слишком рядом.
Экран светился холодным голубым светом. Его плечо почти касалось моего. От него пахло чем-то свежим, чистым — и едва уловимой усталостью.
Мы работали молча. Только щёлканье клавиш и тихий шум вентиляции.
В какой-то момент мы одновременно потянулись к мышке.
Пальцы коснулись.
Совсем слегка.
Я резко убрала руку. Он тоже.
— Извините, — сказали мы одновременно.
И почему-то это прозвучало громче, чем должно было.
Я сосредоточилась на цифрах, но тело отреагировало раньше разума — внизу живота разлилось неожиданное тепло. Непрошенное. Нелогичное.
— Вы всегда так задерживаетесь? — спросил он, не отрывая взгляда от экрана.
— Нет. Только когда работа требует.
— Работа требует часто.
— Значит, буду соответствовать.
Он чуть повернул голову.
— Вы всегда так отвечаете?
— Как?
— Будто это вызов.
Я посмотрела на него.
— А вы всегда так ставите задачи? Будто это проверка на прочность?
На секунду в его глазах мелькнуло что-то похожее на интерес.
— Я просто привык работать быстро.
— Я тоже.
Пауза.
— Вам не сложно? — спросил он тише.
— Что именно?
— Темп. Ответственность. Объём.
Я выдержала его взгляд.
— Я пришла не за лёгкой жизнью. А вы? — неожиданно для самой себя спросила я. — Вы всегда работаете без выходных?
— Почти.
— И не устаёте?
Он чуть наклонился ближе, чтобы посмотреть на таблицу, но его голос прозвучал прямо рядом с моим ухом:
— Усталость — это вопрос приоритетов.
Я сглотнула.
— Интересная теория.
— Рабочая.
Наши взгляды снова встретились.
В кабинете было тепло. Слишком тихо. Слишком поздно.
— Виктория, — он чуть снизил голос, — если вам нужно уйти, скажите.
— Нужно. Но я останусь.
Он внимательно посмотрел на меня.
— Почему?
И я поняла, что отвечаю честно:
— Потому что я должна.
Он медленно кивнул.
— Хороший мотиватор.
— А у вас какой?
Пауза.
— Контроль, — сказал он.
И в этой паузе впервые не было холода.
Глава 7 Платон
Блядь.
Как же меня выматывает, когда Фёдор Сергеевич уезжает и всё ложится на мои плечи.
Этот подрядчик, который третью неделю не может привезти плитку.
Этот юрист со своей «нужно уточнить формулировки». Эти инвесторы с их вечным «давайте пересчитаем».Какого хрена никто не может просто работать нормально?
Я откидываюсь в кресле, провожу ладонью по лицу. Так. Спокойно. Контроль. Нужно кофе.
Я выхожу в общую зону и замираю.
Она стоит у стола и разговаривает с юристом.
Блядь. Что этот клоун делает рядом с ней?
Я вижу их уже не первый раз. Он слишком близко наклоняется, что-то ей объясняет. Она кивает.
Кнопка.
Маленькая, собранная, с этим своим спокойным выражением лица.
Сегодня в чёрных скинни и бежевом свитере в мелкий цветок. Ничего особенного. Всё закрыто. Скромно.
Но задница… зачётная.
Я стискиваю зубы.
Не беси.
Я подхожу.
Юрист поднимает глаза.
— Платон Олегович.
Я молча протягиваю ему документ.
— Переделать. Формулировку в третьем пункте.
Он начинает что-то говорить.
— Потом обсудим, — обрываю я.
Перевожу взгляд на неё.
— Виктория, за мной в кабинет.
Юрист замолкает.
Она спокойно кивает.
— Да.
И идёт за мной.
Кнопка.
Почему меня так бесит эта кнопка?
Мы заходим в кабинет.
Она закрывает дверь и смотрит на меня своим карим взглядом с лёгким прищуром.
Этот взгляд меня раздражает.
Будто она меня оценивает.
Я машинально перевожу взгляд выше — на её лоб.
И это тоже раздражает.
Что за хрень со мной?
— Вы что-то хотели? — спрашивает она спокойно.
Я стою. И понимаю, что… нет. Ничего я не хотел.
Я просто не хотел видеть её рядом с этим юристом.
Бред.
— Принесите мне кофе, — говорю я, первое, что приходит в голову.
Она чуть приподнимает бровь.
— Это можно было сказать по внутреннему телефону.
Тон ровный. Без вызова.
Но с иглой внутри.
И выходит.
Я остаюсь один.
С какого хрена она вообще так со мной разговаривает?
Через пару минут возвращается. Ставит чашку на стол.
— Ваш кофе, Платон Олегович. Надеюсь, температура соответствует внутреннему регламенту.
Голос спокойный. Чуть-чуть с сарказмом.
Я поднимаю взгляд.
И застреваю.
Чёрные джинсы подчёркивают бёдра. Свитер мягко ложится по фигуре. Ничего вызывающего. Всё закрыто.
Но взгляд не могу отвести.
В груди становится теснее.
И ниже — тоже.
Чёрт.
Я сжимаю челюсть.
Она замечает.
— Я, кажется, сказала лишнее. Извините.
— Виктория.
— Платон Олегович.
Пауза.
Я отвожу взгляд.
— Всё. Можете идти.
Она выходит. Дверь закрывается.
Я остаюсь один.
И пытаюсь понять.
Что это сейчас было? И почему она вообще мне не подчиняется?
Глава 8 Платон
С самого утра — объекты.
Пробки. Пыль. Подрядчики. Бесконечные вопросы, за которые никто не хочет брать ответственность.
Я не был в офисе ни минуты.
К вечеру голова гудела от цифр, звонков и чужой некомпетентности. Было уже за десять, когда я наконец направился обратно — нужно забрать документы и спокойно поработать дома.
Пустое здание, полуприглушённый свет в коридорах, гул вентиляции.
Я выхожу из лифта на этаж — и замираю. Свет в приёмной горит. Виктория сидит за столом.
Серьёзно?
— Вы что здесь делаете? — спрашиваю я, не скрывая удивления.
Она поднимает взгляд, усталая, но спокойная.
— Вы после обеда написали дождаться вас.
Я останавливаюсь.
Блядь.
Я действительно писал. И совершенно забыл.
— Я… — горло пересыхает. — Да. Точно.
Чёрт. Главное — не показать,
