Брат мужа. Сожженная в его любви - Иман Кальби
Когда услышала звук открывающихся ворот и рев автомобиля, внутри снова все сжалось в тягучий узел предвкушения.
Я подошла к вазочке в комнате, провела по крохотным бело-бархатным лепесточкам эдельвейса, что он подарил мне, а я пересадила в горшочек… Такой хрупкий и прекрасный… Такой изысканный… Смогу лия прижиться в горах с любовью, распустившейся в сердце… Любовью? Произнесла это слово про себя и внутри все екнуло…
Когда мы с Разият уже сидели за столом, накрыв его сами, так как Зулайхат сегодня отпросилась на вечер, предварительно сварив шурпу и испекши хлеб.
— Девочки, привет! — услышала голос Шахбана и внутри все воспарило.
Настроение у него было высокое и приподнятое.
Он ласково прошелся по мне глазами, сел в центре стола.
Настроение беседы было легким и непринужденным, правда, в основном общение строилось между нами двумя, Рази опять витала в облаках.
До того момента, пока вдруг не ошарашила отца вопросом.
— Дадашка, мне бабуля звонила. Они очень ждут меня на летние каникулы.
Настроение за столом буквально за мгновение стало напряженным, похожим на ситуацию перед грозой.
Я увидела, как помрачнел взгляд Шахбана. Как все черты его лица вмиг стали острыми и хищными.
— Мы это уже обсуждали, Разият. Я не отпускаю тебя на лето к чужим людям!
— Они не чужие! — она плаксиво попыталась возразить, хоть было видно, что дается это ей не просто, — они тоже мои родственники и сильно по мне скучают! К тому же я хочу в Москву!
— В Москву мы можем поехать вместе с тобой, если так хочешь.
— Ты вечно берешь меня в свои скучные командировки и словно бы отбываешь наказание, таская по историческим местам! Я хочу пожить в Москве, пообщаться со сверстниками!
— Ты не будешь жить в Москве и общаться со сверстниками! В этом общении нет ничего полезного! Мы закрываем эту тему! Правда, перед этим ты скажешь мне, кто надоумил тебя на такие фриваольные глупости! Как бабушка вышла с тобой на связь?
Нет, если минуту назад это общение казалось мне напряженным, то сейчас это наэлектризованное пространство норовило взорваться.
Рази уткнулась носом в тарелку, закусив губу обиженно, молчала.
Шахбан давил на нее своим авторитетом.
— Это тетка твоя посредником выступила? Телефон передала?
Рази молчала. А в какой-то момент и вовсе резко вскочила из-за стола и выскочила.
Я даже не дышала, боясь посмотреть в его сторону…
Любое слово сейчас казалось неправильным и излишним…
— Я против ее общения с родственниками жены, — он начал первым, — это не те люди, кто благотворно повлияет на нрав Разият, который и так слишком вольнолюбивый и резвый, если ты заметила…
Я молчала. Мне было трудно судить…
— Мне кажется, ей не хватает женского общения… И вообще… В ее возрасте хочется больше легкости, а не контроля…
— Легкости, которая приведет к тому, что кто-то раньше времени ее заметит, захочет и возьмет, не спрашивая? — резко полоснул по мне глазами.
Он не намекал даже. Он прямо сейчас бросал в мой адрес претензию…
Да… Всецело понимая мою ситуацию, Шахбан все равно, как подобает кавказскому мужчине, не снимал и с меня ответственности за то, что произошло между мной и Мусой…
Я нервно сглотнула. Он был не в духе…
— Я тоже пойду, наверное… — встала было из-за стола, но он осек.
— Стой, Элиза.
Я замерла…
Выдохнула шумно…
Руки сжали деревянную спику стула до белых костяшек.
Шахбан тоже встал и обошел меня. Остановился прямо у меня за спиной.
— Я не это хотел сказать… Не хотел тебя обидеть… Разият умеет меня выводить. Ты многого не знаешь о той семье, поэтому мои слова могут показаться авторитарными.
Да, черт возьми, я вообще ничего по сути не знаю о его прошлой жене… Одни скелеты в шкафу…
Он откинул мои волосы назад и коснулся губами шеи. Я вздрогнула…
— Мое напряжение, Элиза, связано не только с тем, что дочь надавила на мозоли… — губы собрали мурашки по коже, язык облизал косточки на шее, поднявшись к ямочке у основания черепа.
Рука нежно массировала, а потом спустилась к шее и оттуда по ключице в груди, сжала…
— Я напряжен как мужчина, который изнывает от желания… Как мальчишка в порыве первой дикой страсти… Стоит мне только подумать о тебе, и… — он толкнулся в меня бедрами и я почувствовала каменное возбуждение…
Низ живота моментально охватил жар…
— Знаешь, чем я занимался весь день? — вторая рука легла на талию так, чтобы не дать мне разорвать это расстояние даже на сантиметр. Чтобы он говорил, а я продолжала чувствовать это возбуждение…
— Все время уходил мыслями в нашу ночь, вместо того, чтобы работать… И предвкушал, Эли. Предвкушал, что я сделаю с тобой сегодня… как возьму… В каких позах… Вспоминал твои стоны… Твое дыхание на моей коже, твою робкую, но такую горячую страсть… Твое тепло и узость… Пойдем? — развернул меня, заглядывая в глаза, — хочу изучить каждую родинку на твоем теле… Нам обоим это нужно, расслабиться…
Он взял ладонями мое лицо и накрыл губы поцелуем. Властным и глубоким, тоже не оставляя ни миллиметра зазора…
В момент, когда моя рука метнулась к нему и тоже его встречно обняла, дверь в гостиную резко распахнулась.
На пороге застыла Разият, шокированно смотря на нас. Мы успели резко отпрянуть друг от друга, но сомнений в том, что она все видела, не было… Как минимум потому, что она схватилась за рот, а потом молниеносно, как юла, развернулась и унеслась прочь.
— Рази! — закричал Шахбан и побежал за ней. Я тоже…
Глава 30
Пульс клокотал в горле.
Сердце не на месте...
Маленькая, эмоциональная девочка... Дорогая моя Рази...
Что она себе накрутила? Почему так отреагировала? Мне казалось, что она, наоборот, хотела бы, чтобы мы были вместе...
Еще и этот разговор на повышенных тонах про Москву...
Поиски дочери Шахбана длились уже второй час, а ни следа. Прислуга и охрана десятки раз облазила весь дом, каждый закоулок сада, подсобных помещений и даже соседские дома- тишина.
Ну, не могла же она так быстро сбежать в горы... Да и зачем? Рази были умной девочкой... Сознательной, рассудительной.
От холодящего вены ужаса немели конечности.
Я привидением слонялась по дому, заламывая руки, чувствую всполохи вины...
Если бы мы только были более осторожными...
Если бы мы только успели поговорить заранее...
Шахбан занимался поисками дочери вместе с другими мужчинами из села, который тут же к нему примкнули, стоило только дать клич, стоило только новости разлететься
