Искушать плейбоя (ЛП) - Наташа Мэдисон
— Приветствую, мистер Ной, — к нему подходит невысокий лысый мужчина, широко раскинув руки, чтобы обнять его. Ной наклоняется, чтобы принять объятия. — Что это за запах? — тот отступает, морща нос.
— Джузеппе, это козья слюна и, вероятно, дерьмо, — Ной поворачивает голову, чтобы понюхать собственную футболку, потом наклоняется, чтобы понюхать меня, его нос слегка касается моей шеи, заставляя моё тело почти дрожать. — А от тебя не пахнет козами.
— Ты сидишь на улице, — Джузеппе кивает на стол. — Да, ладно. Я принесу хлеб.
Ной выдвигает стул и садится первым, вынуждая меня усесться напротив.
— Вы часто приходите сюда, мистер Ной? — любопытствую я, откидываясь на спинку стула, складывая ноги и расслабляясь.
— Только когда я хочу попробовать лучшую итальянскую кухню в городе. «Mi Amore» — это как еда в Италии. Тут чувствуется дух, — он собирается сказать что-то ещё, когда на улицу выходит парнишка, чтобы налить немного воды в наши стаканы.
Я тянусь ближе, говорю «спасибо», беру воду и выпиваю почти всё одним глотком.
Ной просто кивает мальчику.
Джузеппе возвращается на улицу, хватая мальчика за плечо.
— Ной, знакомься с Джованни. Он мой нипоте.
— Я его внук, — Джованни улыбается нам, возвращаясь внутрь.
Джузеппе хлопает в ладоши:
— Так что же вы собираетесь есть на этот раз?
— Есть ли меню? — спрашиваю я его, но Джузеппе просто улыбается мне.
— Беллисима, ты скажи мне, что ты хочешь съесть, и я приготовлю это для тебя.
— Я буду есть оссобуко с пастой на гарнир, — говорит Ной, попивая воду.
— Это мясо? — интересуюсь я, пока он кивает. — Я не ем мясо, — я смотрю на Джузеппе. — Я веган.
Джузеппе смущённо косится на меня, а затем смотрит на Ноя в поисках помощи.
— Хм, — говорит тот, пытаясь объяснить, что такое веган. — Просто овощи, — наконец выдаёт он.
— Также никакого сливочного масла, сыра, — когда я вижу, что Джузеппе не понимает, я улыбаюсь ему. — Я возьму салат только с оливковым маслом и бальзамическим уксусом. И все овощи, которые вы пожелаете в него бросить.
Он хлопает в ладоши.
— Я приготовлю вам лучший салат в этом месте, — и он поворачивается, заходя внутрь.
— Твоя улыбка полностью выбила его из колеи, — Ной улыбается мне, поднося стакан к губам.
Я пожимаю плечами, как будто не знаю, что делаю. Мы оба смотрим друг на друга, каждый из нас пытается выяснить, какой будет следующая пьеса и кто её сыграет.
Когда Джузеппе возвращается на улицу с хлебом и маслом, он шокирует меня, добавляя тарелку, наливая сверху немного оливкового масла и бальзамического уксуса.
— Для тебя, беллиссима.
— Grazie, — удивляю их обоих итальянским словом. — Это единственное слово, которое я знаю кроме «si» и «ciao».
Он запрокидывает голову назад и смеётся.
— Ной, это хорошая девушка. Si?
— Мы всего лишь друзья, — говорит он ему, и эти слова заставляют моё сердце немного затрепетать, а боль приближается.
— Ага, как я и моя Мария? — Джузеппе вскидывает руки вверх. — Мы вместе ходили в школу в Италии, — начинает он рассказ. — Потом я отправился в Америку, и она писала мне письма.
Я сажусь удобнее, наклоняюсь и кладу локти на стол, вслушиваясь в его историю.
— Потом моя мама позвонила мне и сказала, что Мария выходит замуж. Моё сердце остановилось, — он кладёт руку на сердце. — Я вернулся и сказал ей, что ты поедешь со мной в Америку, — заканчивает он с улыбкой.
— Значит, она поехала с вами в Америку? — спрашиваю я его, с нетерпением ожидая продолжения его истории.
Он качает головой.
— Эта Мария, она никогда не делает того, что я говорю, — он складывает руки вместе, как будто молится. — Dio mi, я влюбился в testa durа[16], — его голова стучит о пальцы при движении. — Она говорит мне: «Джузеппе, я хочу детей». Я говорю ей, что дам тебе всех детей, которых ты хочешь. Она хочет троих, — он показывает нам три пальца. — Я даю ей пять.
— Итак, она приехала в Америку вместе с вами. Она уехала из Италии ради вас, — мысль о том, чтобы оставить всё, что я знаю, ранит моё сердце.
— Она сказала «нет». Я сказал «да». Тогда я пошёл к её отцу и сказал, что хочу, чтобы Мария поехала со мной в Америку. Он ответил: «Хорошо», — и она поехала. Она была не очень-то довольна, — он вскидывает руки к голове. — Мадонна, она была arrabiata[17]. Она отказывалась разговаривать со мной в течение недели. Я думаю, что это была лучшая неделя в моей жизни, потому что теперь она никогда не замолкает.
Мы оба смеёмся, видя, как эта маленькая фурия с тёмно-каштановыми волосами, собранными в пучок, выходит на улицу, держа руки на бёдрах, на белом фартуке виднеется что-то похожее на томатный соус.
— Джузеппе, иди и возьми тарелки, — громко говорит она. Всё, что он делает, это кивает и следует за ней.
— Видишь, — отмечает Ной. — Ты можешь дружить с противоположным полом.
Я качаю головой.
— Он вообще-то делал всё, что хотел.
— Это то же самое, — он пожимает плечами. — В конце концов он понял, что она была тем, чего он хотел, и не принял «нет» в качестве ответа.
Я больше ничего не говорю, потому что Джузеппе и Джованни возвращаются с нашей едой. Передо мной ставят салат — смесь зелени, с луком, перцем, оливками, сельдереем, огурцами, кабачками, тёртой морковью и маленькими кусочками брокколи.
— Это выглядит потрясающе, Джузеппе, — хвалю я, но больше всего меня поражает аромат блюда Ноя. Паста лежит в том, что кажется простым томатным соусом. У меня текут слюнки, и я не замечаю, как Джузеппе ставит тарелку рядом с моим салатом.
— Вот это Мария сделала для тебя. Она проверила Google с Джованни.
Я смотрю вниз.
— Это Пармиджана ди Меланзане, баклажаны. Она приготовила их в оливковом масле, без сливочного, а затем положила сверху соус, — он подносит пальцы ко рту. — Deliscio.
— Большое спасибо, что учли все эти сложности, — улыбаясь ему, желая немедленно попробовать это на вкус.
Он кланяется и уходит. Я не смотрю на Ноя. Я просто беру вилку, разрезаю нежный баклажан, накалываю кусочек и подношу ко рту. Ароматы ударяют по моему языку одновременно, заставив меня закрыть глаза и застонать. Острота соуса со сладостью баклажанов… Я открываю глаза, продолжая жевать. Глаза Ноя почти вылезли из орбит, его руки сжимают вилку
