После развода. Шанс вне расписания - Марьяна Карпова
— И что, по этой схеме, — она указала на второй лист, — мы становимся партнёрами? А если я воспользуюсь правом вето прямо сейчас? — спросила она, поднимая на него взгляд.
— Это твоё право, — даже не моргнул Артём. — Я внесу корректировки в проект и представлю его повторно- через неделю, месяц, год… Пока ты не согласишься.
Вероника улыбнулась, взяла ручку и начала писать. Он следил за движением её руки. Когда закончила, то прочитала вслух:
— Никакой публичной церемонии. Только мы, свидетель — Виктор. Кольцо невесты — только не с бриллиантами. Что-то… живое. Дерево, камень, чтобы можно было ощущать фактуру. У жениха такое же. Этот документ хранится в дубовом боксе. Как часть архива.
— Согласен, — облегчённо выдохнув, сказал Артём.
Вероника вдруг поняла, что всё это время, пока он рассказывал, показывал на схемах, Артём был напряжён до запределки. Он опасался, Вероника не поймёт, обидится…
— А любовь? — вдруг спросила она, уже зная ответ.
— Любовь, — сказал он, откладывая бумаги и глядя на неё с такой нежностью и любовью, что у Вероники дыхание перехватило, — это не условие контракта, это его причина. Без неё все эти схемы не имеют смысла. Я не предлагаю тебе контракт из-за любви. Я предлагаю его потому, что люблю. И хочу, чтобы у нашего чувства была самая надёжная в мире юридическая и финансовая броня, чтобы ни один пожар, ни одна афера, ни одно дурацкое стечение обстоятельств не могло его разрушить. Как инженерные расчёты для небоскрёба. Фундамент — это чувство, но стальной каркас, амортизаторы, система пожаротушения — это уже работа. Моя работа. Наша.
Она встала, обошла стол, села к нему на колени. Обвила его шею руками. Прижалась лбом к его виску.
— Ты самый безумный, самый прагматичный и самый лучший человек на свете.
— Это комплимент? — он обнял её за талию.
— Это констатация факта. Принимаю твоё предложение. На условиях дополнительного соглашения.
Он прижал её к себе так крепко, что казалось ещё немного и рёбра затрещат. Вероника почувствовала, как сильно бьётся его сердце.
— Завтра мои юристы пришлют тебе окончательную версию для ознакомления, — сказал он ей в волосы. — А сейчас… сейчас у нас нерабочее время. И я намерен потратить его на романтический бонус.
— Артём, ты невыносим! Педант, сухарь и романтик, но этого никто не знает.
— Кроме тебя, любимая моя!
— И как это в тебе сочетается?
— Сейчас узнаем, — подхватив Веронику на руки, Артём понёс её в спальню для хозяев дома.
Она рассмеялась, и он заглушил её смех поцелуем.
Глава 23
Их свадьба прошла в доме, что они построили. Никаких гостей, только они, свидетель Виктор и дама из ЗАГСа.
Тихо, без понтов и журналистов. Это был их день, их решение.
Виктор, выступавший свидетелем, спросил у Артёма перед началом церемонии:
— Ты точно уверен? Последний шанс сбежать.
Артём посмотрел на Веронику, которая в ответ лишь подняла бровь, и сказал:
— Я уже сбегал. Вернулся. Мне пришлось начинать всё с минуса, а даже не с нуля. Я хочу одного, сделать всё, чтоб Вероника была счастлива и не боялась будущего. Никто не застрахован от ошибок, но лично я свой лимит исчерпал.
Свадьбой это можно было назвать только в юридическом смысле. Никаких платьев, фотографов, разве что Виктор несколько раз щёлкнул молодожёнов для истории и тут же переслал им фото
Счастливые лица Вероники и Артёма говорили о многом, что было между ними, но это принадлежало только им двоим.
И только дубовый бокс в библиотеке пополнился двумя новыми документами: свидетельством о браке и их рукописным «допсоглашением». Это было их пространство, и они его защитили так, как считали нужным.
Виктор, понял, что молодожёны хотят остаться одни, поэтому сослался на работу, мол, выбрался всего на несколько часов, и после небольшого застолья уехал. Он увидел главное — его сестра и Артём любят друг друга, понимая с полуслова. Да, они решили так объясниться, пожениться, а кто им судья? Это их жизнь и их правила.
Можно же было устроить образцово показательную свадьбу, а перед этим грандиозное мероприятие — помолвку. Кому это надо? Им — нет, а остальных их жизнь не касается.
Больше того, его поразило желание Артёма не просто защищать Веронику, пока он рядом, но и тогда, если вдруг что-то случится.
Однако мир не собирался оставлять их в покое. Конфликт с Алёной вышел на финишную прямую. Она, понимая, что проигрывает в большой игре за активы, пошла ва-банк. Через подконтрольные ей СМИ была запущена волна публикаций о «сомнительных сделках» Артёма, о «давлении на мелких акционеров», о его «нестабильном личном состоянии», намекая на скоропалительный брак как на попытку укрыть активы. Цель была ясна: сорвать сделку с азиатскими инвесторами, обрушив доверие.
Артём действовал молниеносно и жёстко, потому что Вероника была надёжно прикрыта. Он не стал оправдываться или подавать в суд за клевету. Он обнародовал часть финансовых отчётов Алёны за последние три года, с пометками своего финансового аналитика. Там, где проходили многомиллионные транши от её нынешнего покровителя на её личные счета, а оттуда на счета её проектов, не имевших ничего общего с декларируемой благотворительностью. Информация была выложена не в бульварные издания, а на авторитетный деловой портал.
Эффект был управляемым взрывом.
Покровитель Алёны, человек, крайне дороживший репутацией, оказался в центре скандала о выводе средств.
Артём лично позвонил ему. Разговор был коротким.
— Вы убираете её из игры. Полностью. И я закрываю тему. Ваше имя больше не всплывёт.
— Угрожаете, Волков?
— Констатирую. У вас есть сорок восемь часов. Иначе следующая порция документов уйдёт не только в налоговую, но и всеми вашим партнёрам.
На следующий день юристы Алёны срочно отозвали все иски и претензии. Было объявлено о её «добровольном» выходе из всех бизнес-проектов и отъезде «на длительное лечение» за границу.
Артём и Вероника наблюдали за этим, сидя в кабинете дома. Он отслеживал новости на нескольких мониторах, она читала новости в ленте с мобильного.
— И всё? — спросила она, не отрывая глаз строк в разных интернет-изданиях.
— Всё, — ответил он. — Она больше не игрок. Её спонсор решил, что она слишком дорогое удовольствие.
— Жалко?
Он на секунду задумался.
— Нет. Она была ошибкой. Ошибки исправляют, иногда радикально. Но жалеть тут нечего — она сама выбрала свою судьбу.
Их жизнь вошла в новую колею. Не идеальную, но свою. Работа, спортзал по вечерам, тихие ужины, совместное планирование следующих проектов — теперь уже не только дома, но и
