После развода. Люблю тебя, жена - Безрукова Елена

О чём говорить? Он больше мне не муж. Он мне теперь никто, мне всё ясно, и обсуждать тут нечего. Слушать глупые оправдания, что я как-то не так всё поняла или он на самом деле любит только меня, и просто запутался, оступился, я не хотела.

Пусть свои сказки оставит для новой жены. Она молодая и глупая, может, и поверит ему. Но я — не поверю.

И никогда не прощу.

Без его звонков каждую минуту мне стало немного легче.

Ну что названивать, если я не отвечаю? Он знает, что я всё поняла.

Что он теперь хочет от меня?

Услышать, что я смогу понять и простить?

Не смогу. Пусть и не мечтает о том…

Хотя он, наверное, теперь и сам уйдёт к новой жене — я сама ему руки развязала, узнав о новой любви Егора.

Что ж… И скатертью дорожка.

Однако новости на этом не закончились. И та, которую я услышала утром, заставила меня зависнуть на месте, не зная, что говорить и делать.

— Нина, вы знаете, что беременны?

Глава 6

— Вы вопрос слышали, Нина? — склонилась надо мной врач.

Я лежала и смотрела в потолок. Ничего ответить от шока не могла.

Беременна? В сорок пять? Сейчас, в этой ситуации?!

Нет, такого просто не может быть.

Такого просто никак не может быть!

Это какая-то ошибка…

— Я… Что? — посмотрела я в глаза доктору.

Может, она всё же что-то путает?

Анализы в лаборатории перепутали, возможно. Всякое ведь бывает.

— Вы беременны, Нина, — повторила доктор с улыбкой. — Срок маленький, вы вполне могли и не подозревать о беременности. И поэтому у вас недомогания, а в торговом центре вам просто душно стало, и как следствие — обморок.

— Так может, это ошибка какая-то?

— Очень маловероятно, — покачала головой доктор. — Анализ взяли у вас расширенный, в том числе включающий в себя некоторые другие параметры, по которым можно смело говорить о наступлении беременности. Срок примерно три-четыре недели.

— Но у меня…была менструация даже, — отказывалась я верить в правду, так лихо подброшенную мне судьбой.

— И такое бывает: попали между циклами. В этом месяце уже не должно быть её.

— Может, УЗИ какое-то сделать, чтобы не надеяться на один анализ? Или повторный анализ? — спросила я.

— Обязательно сделаем и УЗИ, и повторный анализ, чтобы удостовериться в правильности информации. Но думаю, что ничего нового мы не увидим. Так что вам пора готовиться к тому, что вы скоро станете мамой второй раз. Завтра с утра снова сдавать кровь нужно, а сейчас идёмте на УЗИ.

Узиолог пригласила меня на кушетку, освободила мой живот от одежды и нанесла специальный гель на кожу, чтобы затем начать осмотр.

Я волновалась.

Что, если анализ всё-таки ошибся? Может, у меня просто от нервов поднялись какие-то параметры, и не более того?

Осталось дождаться вердикт узиолога, но она как назло долго молчала и что-то изучала на мониторе.

— Ну вот он, — улыбнулась доктор и повернулась ко мне. — Один плод виден в матке. Живой. Развивается нормально. Сердцебиение пока послушать не получится — три-четыре недели вашему ребёночку, ещё рано. Но позже мы обязательно включим вам звук его сердечка! В целом, всё хорошо. Поздравляю, вы беременны!

Я беременна.

И я совершенно не знала, что мне теперь делать…

Я даже не могла понять, какие именно чувства испытывала по этому поводу.

Глава 7

— Ты чего так плачешь, милая? — погладил меня кто-то по плечу.

Я вынырнула из неги страданий и сосредоточила взгляд на пожилой женщине, которая присела на край моего матраса и, видимо, решила меня успокоить. Потому что плакала я горько, хоть и тихо — тихая истерика.

А я уже привыкла так плакать. Никому мои слёзы и беды не интересны.

Точнее, мужу — не интересны давно, а сына просто пугать не хотелось и заставлять его переживать. Всё равно Костя ничем мне не поможет, он же не виноват, что наши отношения с его отцом разладились.

Но плакать от обиды и равнодушия мужа мне уже приходилось, не раз. Но то, что он себе буквально заведёт вторую семью, я, конечно, не ожидала от него. Я надеялась, что это какой-то временный период, временный разлад…

Я периодически пыталась наладить наши взаимоотношения. Вот недавно купила нам две путёвки в Доминикану, к океану… На зимние каникулы, которые начнутся через три месяца… Готовила мужу сюрприз, мечтала, как мы будет лежать у океана, слушать шум прибоя и болтать обо всём, как раньше. Это сейчас мы вечно заняты, не можем вырваться из на выходные вместе по причине большой загруженности. И этот маленький отпуск я очень надеялась провести вместе и снова вспомнить, как хорошо и тепло нам было раньше…

Однако, холодно оказалось мне одной. А Егора грела уже эта молоденькая девочка-глупышка. Только я одна была и тосковала по мужу, жила какими-то ностальгичекскими мыслями о том, как было, и мечтала вернуть в настоящее хоть что-то из того, что было когда-то. Но по факту это всё оказалось моими иллюзиями, самообманом, воздушными замками, которые я построила в своей голове, не понимая, не веря в то, что муж меня разлюбил, остыл ко мне и уже нашёл замену не только мне, но и всей нашей семье. Нашёл себе моложе, веселее и глупее…

И эта поездка теперь не состоится. Точнее, я конечно, могу взять сына или подругу, или полететь в Доминикану одна, но это совсем не то, что я планировала и желала изначально: я хотела наладить отношения с мужем, но теперь полечу туда сама…

Потому что мужа у меня не было больше. Сегодня его не стало.

Он развёлся со мной фактически, когда завёл себе любовницу.

Теперь этот вопрос предстояло урегулировать лишь юридически, чтобы он перестал мужем и по бумагам.

Как мы будем делить наше имущество и работать вместе, я не знала, и не представляла себе всю эту тяжбу, но сейчас я болела именно разрывом с Егором как с человеком, страдала рухнувшими мечтами и чаяниями и испытывала острую как лезвие боль предательства.

— Я беременна.

— Я слышала. Так и что в этом плохого? Это ж радость.

— В моём возрасте?

— А что у тебя с возрастом? Ты ещё вон какая молодая, красивая.

— Я просто за собой слежу. Мне сорок пять.

— Ой, да ты что? Действительно, моложе сильно выглядишь. Но раз организм забеременел, значит, ты можешь родить, и надо принять это чудо.

— Да не могу я радоваться, — снова заплакала я, закрыв лицо простынью.

— Да почему?

— Муж мне изменяет и ждёт ребёнка от другой!

Бабулька охнула и замолчала… Ну вот и какая тут радость может быть в моей ситуации?

Глава 8

Даже не знаю, зачем я стала ей рассказывать о своей ситуации. Наверное, потому что я чувствовала себя очень одинокой… Сын не поймёт меня, как женщина, подруг у меня просто нет, что я поняла только сейчас… Муж меня словно изолировал от всех, сузил мир до одного его, и я сама не замечала, как сосредоточила всю свою деятельность вокруг него: и работу, и дом, и личные отношения… Мы жили так, как нравилось Егору. Я делала то, что хотел Егор. И дружила с теми, с кем позволит Егор.

А он ни с кем не позволял. Вообще ни с кем. Даже когда была жива моя мама, царство ей небесное, он возмущался или ходил с недовольным лицом, когда я хотела поехать к ней. Но тогда я воспринимала это как великую любовь: человек не мог жить без меня, не мог дышать. А теперь… Словно увидела всё с иной стороны. Надо сказать, очень некрасивой стороны.

Оказывается, это только я так жила и буквально зависела от Егора: дышала им, жила его жизнью, жила его планами, беспрекословно им следовала. Сам же Егор прекрасно дышал без меня, наслаждался жизнью и тем, что я ему прислуживала много лет, руководствуясь наставлениями наших мам и бабушек, что за мужчиной нужен уход не меньше, чем за ребёнком. Егор дышал свободно и без меня и даже завёл себе любовницу. Может, и не первую уже. Просто я была слепая и глупая, точнее — наивная, наверное, и не видела ничего. В моей голове была одна забота о нём и сыне и слепая вера и любовь. Я просто ничего иного не замечала, фокус был только на Егоре и на его счастье и удовольствии.