Его безумие - Эми Лия
— Я уже сказала, что не собираюсь участвовать в обмане.
— А я сказала, что ты пожалеешь, если не согласишься помочь.
— Вижу, что у тебя так и не появилось принципов или совести, — я поджала губы, с ненавистью смотря на сестру. — Но сегодня ты прямо дно пробила.
— Дно у нас ты. И я не понимаю, почему по отношению к тебе меня хоть как-то должна грызть совесть, — Вика поддела бегунок на куртке и потянула его вверх. — Я пойду. Мне нужно еще накладку на живот заказать и съездить к Марку, чтобы объявить счастливую новость о моей беременности. Думаю, послезавтра будем проводить тест ДНК. Если не явишься, пеняй на себя. Я найду возможность сделать тебе как можно больнее, Алин. Побойся за своего ребенка.
— Ты не думаешь, что Марк тебя раскусит? Он не идиот. Тебе влетит за обман и, знаешь, мне будет все равно. В этом ты будешь сама виновата.
— Не переживай. У меня все продумано.
— А то, что у тебя не было живота, а внезапно он появится? Это подозрительно не будет? — саркастично спросила.
— Мы в последние месяцы с Марком не виделись, поэтому у меня и тут все схвачено.
— А что такое, Вик? Если он тебя так любит, почему это вы настолько долго не виделись? — вновь с сарказмом и даже уколом.
— Заткнись, Алин. Марк много работает и я не хотела его отвлекать, но уж теперь ему придется уделить мне немало времени, — сестра задрала подбородок, посмотрев на меня сверху вниз.
— Это какой срок ты будешь изображать, если вы месяцами не виделись? — я плечом оперлась о стену и ладонью придержала живот. Уже было трудно долго стоять на ногах.
— Двадцать одну неделю.
— Ничего себе. Думаешь, что сможешь изображать такой срок? Это нелегко, Вик, — я хотела лишь уколоть сестру, но внезапно услышала от нее:
— Была бы возможность, взяла бы себе срок поменьше, но приходится брать дату нашего последнего секса.
Моя бровь резко взметнулась вверх и Вика, поняв, что взболтнула лишнего, резко сказала:
— Даже не думай ничего говорить. Помни, что Марк предпочитал меня, даже когда был в отношениях с тобой. Я важна для него.
— Как скажешь, — я фыркнула. Касательно Марка мне не хотелось спорить с Викой. Тем более, она права. Маров ведь действительно предпочел мою сестру. Спал с ней за моей спиной.
— Я пойду. Ты пока все обдумай и завтра созвонимся. Предварительно на послезавтра планируем тест.
Я ничего не ответила. Лишь захлопнула дверь стоило Вике выйти за пределы моей квартиры.
Меня буквально трясло. От гнева и ненависти. А еще от растерянности и вообще всей этой адской ситуации.
Помогать Вике и быть участницей этого бреда у меня вообще не было никакого желания. Я не собиралась этого делать.
Но вот ее угрозы неприятно царапали душу.
Папа говорил, что у мамы новый мужчина — некий бандюган. И, судя по тому, что отец просил меня быть осторожной и по возможности не приближаться к маме, этот мужчина действительно являлся опасным.
Положив ладони на живот, я сильно зажмурилась. Хотелось заверить себя в том, что все хорошо, но никакого спокойствия и близко не было. Я ведь прекрасно знала маму и Вику. Им ничего не стоит уничтожить меня окончательно.
Я прекрасно понимала, что мне в моем положении нужно как можно меньше нервничать, но, в итоге за всю ночь толком не смогла сомкнуть глаз. Ворочалась, жмурилась и постоянно думала.
Я ведь начала жизнь с чистого листа. Уже давно перестала думать про Марка и Вику, но сестра опять появилась в моей жизни и, угрожая пытается втянуть в грязь.
У меня возникла мысль сию секунду собрать вещи и куда-нибудь уехать, но пока отец в больнице я его оставить не могу. С какой стороны не посмотри, ситуация у меня настолько безвыходная, что кричать хочется.
Особенно плохо стало, когда я днем решила выйти в магазин и рядом с подъездом увидела нескольких громил. Явно уголовников. Один из них обратился ко мне по имени и фамилии. Сказал, что они знают, где я живу и, если не хочу какого-нибудь несчастного случая, обязана быть хорошей девочкой и во всем слушаться свою сестру.
Я тут же забыла про то, что мне нужно было в магазин и мгновенно вернулась домой, закрывая дверь на ключ. Вика, оказывается еще хуже, чем я думала. Она не просто угрожала, а наглядно решила показать, что ее угрозы не пустой звук. Подослала ко мне людей нового любовника нашей матери.
Они еще долго сидели около подъезда. Почти до самой ночи, а я места себе не находила. Боялась даже в окно выглянуть.
Ночью вновь плохо спала, а, когда на следующее утро Вика явилась за мной, даже за закрытой дверью услышала ее слова:
— Алин, давай выходи. Нам нужно ехать в больницу и делать тест. Марк меня там уже ждет.
А у меня в груди все похолодело. Понятное дело, что при тесте ДНК он тоже должен присутствовать, но мне было трудно даже просто подумать о том, что мы будем находиться в одном здании.
Плевать
Слова, слова, слова. Бесконечный треп Вики о конспирации, о том, что Марк не должен меня увидеть, детальный план, в котором я должна чудом передвигаться чуть ли не ползком, чтобы скрыть своё наличие и не дай бог, не засветить живот.
Таксист жалобно пялился на меня, мысленно вопрошая, что за непросветная дура придумала этот план с переодеванием и накидками. Кто вообще мог на такое повестись? Одно Марово слово и она скинет своё платье, под которым он ничего не обнаружит. Весь её замысел посыплется. А Марк может чувствовать ложь на подсознательном уровне. Он даже спрашивать не будет, а проверит все в ту же минуту.
Мы остановились чуть поодаль от главного входа и я сразу заметила знакомую машину, на капот которой облокотился Марк.
Стоило мне увидеть его, как внутри все похолодело и ладони сами по себе сжались в кулаки. Мы не виделись лишь пять месяцев, а казалось, что целую жизнь.
Хмурый, злой, агрессивный. Он казался пороховой бочкой, которая смирно стояла, но в любой момент могла рвануть. Он был опасен и это чувствовалось в его тёмном взгляде. Люди подсознательно обходили его по оси, не желая, чтобы его взор не зацепился за них и он не расценил это за вызов.
Но все же было в
