Инсайдер. Во власти мажора - Ника Княжина
Мысли не отпускают. Будто занозу загнал под кожу. Желание... никуда не уходит.
Теперь я примерно представляю, что должно было быть со мной в подростковый период, когда гормоны бушуют. И всё, о чём могу думать — это она.
В ванной я едва сдержался, чтобы не пойти дальше. Сердце колотилось, тело отзывалось на неё болезненной остротой. Нарушил своё слово. Не трогать её. Она ведь боится. Прикосновений.
Сколько раз отпрыгивала от меня, смотрела как на монстра. Я же видел. Каждую её эмоцию ловил и подмечал. Отец что-то сделал, сломал её. Зря я тогда не утащил её сразу.
Это была моя ошибка.
Правда потом случилось странное. После того, как я признался ей, что она мне нравится, что я хочу её и что я сам разберусь со своими эмоциями... Она… взяла и обняла меня. Это было… что? Сама обняла! Значит, не отталкивает? Значит, я ей нравлюсь? Как парень? Или она просто согласна? Согласна на секс?
«Не хочу тебя терять».
Никогда себя тупым не считал, но сейчас реально что-то в моей голове не стыкуется. Не могу проанализировать и понять, что Нина думает обо мне.
И это плохо. Из-за того, что гормоны начали на всю катушку работать, голова стала хуже соображать. Если между нами не случится ничего, боюсь, через пару дней стану таким же дегенератом, как и большинство парней в современном обществе.
Стану таким же, как те, о ком приходится собирать материалы для своего блога.
Незавидная участь.
И кто будет оплакивать Инсайдера, у которого мозг перетёк в штаны?
Выруливаю на окраину деревушки. Глушу байк. Достаю телефон.
Сеть еле ловит, но хватает, чтобы сообщения посыпались, как из рога изобилия.
М-да. Похоже несколько дней вне зоны сети, и я всем нужен. Ловлю несколько сообщений от незнакомцев. Снова заказы на разных лиц.
Тенин Алексей. Его имя мелькает чаще других. Сын прокурора. Самоуверенный. Чувствует, что за любой свой поступок наказания не прилетит. Значит, мораль и понятия добра и зла — пустой звук для него.
Отличный будет блог. Ставлю себе в заметки.
Истомина Полина. Странная девушка, которая спит со всеми подряд. Родители с высоким достатком, похоже, травмирована каким-то прошлым опытом. Получается, что опасная. У кого психологические проблемы — выделывают разные ненормальные вещи.
Сопоставляю данные. Будет студенческая вечеринка, где, судя по всему, появятся оба объекта. Надо появиться. Разведать обстановку. Мне достаточно пары минут наблюдения, чтобы понять — соберу материал или мимо. Есть что копать или просто кто-то наговаривает.
Ещё пишет Кира. Внутри становится тепло. Моя подруга. Единственный человек, ради которого я готов на всё. Не знаю… она сразу зацепила моё внимание.
Почувствовал к ней симпатию. Как к человеку. Не так, как к Нине, не было там никакого желания. Это совсем другое. Кира мне… как родственница. Хочется защищать. Оберегать. Потому что она — хороший человек. Добрая и отзывчивая. Таких в наше время мало.
Кира — единственная кому я отвечаю на сообщение. И убираю телефон. Остальные потом, или просто проигнорирую. Не люблю общаться без толку.
Иду к магазину.
Ещё когда садился на байк, решил, что не поеду сейчас к отцу. Нина ведь попросила купить прокладки. О таком я и не подумал в силу отсутствия близкого общения с девушками. Так что раз у Нины менструация пошла, значит, нужно привезти ей всё необходимое.
И продукты заодно прихвачу.
А к отцу сгоняю вечером.
Захожу в магазин. Выбираю всё быстро, не задумываясь. Хочется уже рвануть назад. К ней. Во мне зреет нестерпимое желание увидеть Нину. Только уехал, а уже хочется обратно.
Ничего не понимаю. Неужели только из-за влечения такой эффект?
Выезжаю из деревни.
Пока еду назад, снова кручу наше общение с Ниной в голове. Будто кино смотрю. Пытаюсь проанализировать, но мозги хуже обрабатывают всё.
Понять бы, чего хочет она. Не могу ведь я давить на неё. Не хочу пугать.
Дорога кажется бесконечной.
И тут я замечаю кое-что. Колея. Их две. Не от моего мотоцикла. Здесь проезжала машина.
Никто не знает дорогу сюда. Это означает только одно. Нас вычислили.
Отец в моей берлоге.
Сердце стучит в бешеном ритме.
Как там Нина? Жива?
За поворотом вижу чёрный джип, припаркованный прямо у дома. Вокруг снуёт охрана. Молчаливые тени с автоматами.
Останавливаюсь рядом. Прохожу мимо них. Никто не реагирует на меня. Думают, что я отморозок. Как и отец.
Как так вышло, что я оставил Нину одну? Нельзя было. Нужно было с собой брать. Жаль ножи для метания далеко. Не успею взять. Придётся действовать по обстоятельствам.
Вхожу в дом. Иду сразу в гостиную, будто у меня навигатор на Нину настроен. И замираю на пороге, словно меня ударили под дых. Хоть и знал… но всё-таки смотреть на это выше моих сил.
Отец. Он стоит у стены. А перед ним — Нина. Зажата между ним и стеной. Его рука на её горле. На ней только серое полотенце.
Моя Нина… плачет. А я… готов убивать.
Глава 21. Уже не ваша!
Надо бежать! Надо спрятаться, но… но здесь негде. Я дёргаюсь в сторону Никитиной комнаты. Там ведь есть окно. Стоп. Дверь закрыть!
Клацаю замком, бросаюсь к окну, пытаюсь открыть ставни, но они не поддаются.
— Ну и где же скрылась моя девочка? — раздаётся за стеной знакомый неприятный голос.
Я застываю. В груди колотится сердце так, будто несётся скоростной поезд. Пальцы подрагивают от напряжения. Ладошки потеют.
Меня охватывает такая безумная паника, что я не могу сдвинуться с места. Голос Князя будто приковывает меня к месту. Я просто столбенею.
В моей голове вспыхивают его слова. Гадкие, мерзкие слова. Там, в той комнате. В его дворце, где меня ждало унижение и боль.
«Нежная, беззащитная, ещё не порченная никем…».
А ещё… его руки на мне. Вывернувшие мою душу наизнанку.
Меня начинает подташнивать.
— Отличное местечко, — продолжает говорить Князь. Его голос доносится до меня будто сквозь толщу воды. — Вот только… Прятаться здесь негде, — продолжает он, и в конце я слышу усмешку.
Я прикрываю глаза. Прятаться здесь негде. Он прав, даже если открою это чёртово окно, даже если я выпрыгну наружу, там же эти терминаторы, те самые, с автоматами. И я не знаю, сколько их.
Но уверена, что они поймают. Они ждут этого от меня. Что я могу попробовать уйти.
Из этой ситуации просто нет выхода. Это ловушка. Из неё не сбежать. Я осталась одна против Князя.
