Инсайдер. Во власти мажора - Ника Княжина
Он поехал к нему. Сколько это займёт времени? Он точно вернётся не скоро.
Боже… Когда Никита вернётся и увидит, что меня здесь нет. Что он решит? Что я сбежала? Бросила его? После такого нашего… странного разговора.
А может догадается? Вот только… буду ли я ещё жива к тому моменту?
— Что вам нужно? — дрожащим голосом спрашиваю я и отхожу от окна, упираюсь спиной в стену. Пытаюсь взять себя в руки.
— Всё то же самое, Ниночка. Ты так нехорошо поступила. Оставила меня. Разочаровала. А у меня, между прочим, были на тебя планы.
— Вам придётся поменять свои планы, — выдыхаю я и кусаю губу.
Обхватываю себя за плечи. По телу бежит дрожь, мне так холодно, будто температура скаканула резко вверх. Перед глазами немного плывёт. В голове бьют молоточки.
— С чего бы это, моя хорошая? Я тебя присмотрел для себя.
— Поздно. Я теперь… не ваша.
Ручка двери дёргается, а я подскакиваю на месте. К счастью, открыть её у Князя не получается. Хорошо, я успела подумать о том, чтобы закрыть замок.
Правда, есть у меня большие сомнения, что это препятствие помешает Князю войти внутрь. Выбьет дверь на раз-два, закинет меня на плечо и увезёт в свой дворец… Туда, где каждый закуток пропитан отчаянием и болью.
Воображение рисует страшные картинки. Даже думать не хочу, что он со мной сделает. Уверена, что моей фантазии не хватит на это. В реальности всё будет намного хуже.
— Так чья же ты теперь, а, Нина?
— Теперь я Никитина. Вы же не будете отбивать девушку у своего сына?
За стенкой раздаётся раскатистый смех. У меня такое ощущение, что он не верит в мои слова. Возможно. Но почему? Или для него это не аргумент?
— Сомневаюсь, девочка. Не знаю зачем он пошёл против меня, но он об этом ещё пожалеет. Да и что значит отбивать? Ты уже была моя, я решил всё.
— Но теперь уже поздно! — выкрикиваю я и опускаюсь ниже, обхватываю колени руками, по щекам бегут слёзы.
Вот и всё. Сколько у меня времени, как быстро он выломает эту дверь?
Какая-то пауза, тишина. Будто Князь ушёл. Решил оставить меня в покое? Но я не обманываюсь. Может он просто пошёл позвать терминаторов? Не будет же лично марать руки и ломать двери…
Я подскакиваю с места. А вдруг… вдруг в комнате Никиты есть оружие? Я… я хотя бы попытаюсь защитить себя и свою честь. Я бегло осматриваюсь. Ну же, в доме наверняка есть что-то, хотя бы ножи. Боже… Я бы не отказалась от ощущения холодного металла в своей руке.
Хоть какой-то аргумент против этого страшного человека.
Я дёргаю ящик письменного стола и удивлённо застываю. Взгляд приковывается к маленькому квадратику. Это… фотография женщины. Сейчас, конечно, не время, но я достаю её и с интересом рассматриваю.
Молодая, симпатичная брюнетка лет двадцати-двадцати пяти. Смотрит в камеру с печальной улыбкой. Кто это? Никитина девушка? Мысль неприятно колет в сердце.
Нет, конечно, он же сам сказал, что у него впервые это… Что-то проснулось ко мне, хотя… мало ли, что он имел ввиду. Он слишком закрытый, чтобы я так просто могла его прочитать и понять.
Я так зависаю на изображении этой девушки и своих мыслях, что оглушающий грохот за спиной застаёт меня врасплох. Я ошеломлённо кладу фотографию назад и оборачиваюсь. Поясницей толкаю ящик, чтобы он задвинулся в стол.
Ну что ж, оружие я найти не успела. И теперь уже поздно рыпаться.
Князь взломал дверь и идёт на меня.
— Пожалуйста, не трогайте меня, — шепчу я. — Я вам правду говорю. Мы с Никитой теперь вместе.
— Меня это не ебёт, — ухмыляется Князь.
Он обхватывает меня за предплечье и тянет на себя. В нос ударяет запах терпких мужских духов. Запах опасности и боли, запах страданий.
Его глаза… ужасные светло-серые глаза проходятся по моему лицу. В них застыла пугающая безмятежность и спокойствие.
Они очень похожи. Никита и его отец. Внешне. Но всё-таки есть разительное отличие. Я не боюсь Никиту. Рядом с ним я чувствую защиту, спокойствие, безопасность. Абсолютно противоположные эмоции. И я бы отдала многое сейчас за то, чтобы снова оказаться рядом с ним.
Князь тащит меня на выход, я пытаюсь сопротивляться, но не выходит. Он слишком сильный.
— Пустите! — кричу я, но он толкает меня к стене и зажимает.
— Нет, девочка. Я прямо сейчас тебя проучу. Тебя и Никиту, потому что зариться на моё нельзя.
Одной рукой он прижимает меня за талию к стене, а другая бежит к шее. И тут я слышу знакомый звук. Мотор байка. На улице. Кто-то едет сюда.
Сердце подпрыгивает в груди. Неужели? Неужели Никита вернулся?
— Какая неожиданность, — глаза Князя загораются каким-то злым блеском. — А вот и твой спаситель. Так?
Вот только Князь, кажется, не собирается дожидаться его. Он стискивает моё горло и давит. Я чувствую, как слезятся глаза, как дыхание перехватывает и как лёгкие начинают гореть огнём. Ещё чуть-чуть, и он меня точно придушит.
И в этот момент открывается дверь.
На пороге стоит Никита.
Глава 22. Посоревнуемся?
Никита Князев
Отец убирает руку с горла Нины, и она закашливается. Я не шевелюсь. Взвешиваю все возможности и риски. Конечно, отец не пришёл с голыми руками сюда. Каковы шансы, что он пырнёт своего единственного наследника?
Если умру, Нине никто уже не поможет. А я… не готов её так просто отдавать отцу. Никому не готов отдавать. Потому что… она мне самому нужна.
— Представь себе, сын, — вздыхает отец и поворачивается ко мне. Свои лапы с Нины не убирает. Едва держусь, чтобы не начать действовать, а не думать. — Ниночка утверждает, что вы теперь пара.
— Так и есть, — сухо киваю.
— То есть ты мне сказал, что она дочь моих друзей… Заявил, чтобы я не распускал руки, и при этом сам её трахать решил?
Вскидывает бровь в вопросе.
Неприятно. В отношении Нины такие слова… режут слух. Не заслуживает она такой мерзости. Она чистая и нежная. С ней только любовью заниматься, а не вот так… Грубо.
— Да, — соглашаюсь. По-другому он и не поймёт.
Нина бросает в мою сторону шокированный взгляд. Спокойнее, моя хорошая, это всего лишь переговоры. И от них зависит твоя жизнь. И моя тоже.
— В чём логика? Ты ведь умный парень. А тут… — отец вздыхает. — Блядь. Тут ты просто превзошёл себя. Умыкнул девчонку у меня
