Инсайдер. Во власти мажора - Ника Княжина
Ну вот и всё. Спросила. Холод отступает, уступая место жару, поднимающемуся от кончиков пальцев до корней волос. Смущение сковывает меня, заставляет съежиться.
Неудобный вопрос. Глупый вопрос. Но Никиту, похоже, ничего не удивляет. Он встречает мой вопрос с таким видом, будто ожидал, что я это спрошу. Будто он заранее все продумал, прокрутил в голове каждую возможную реплику.
Что вполне возможно. Не представляю, что творится у него внутри.
— Ты мне нравишься.
— Что?
Я только и могу хлопать глазами. Мне кажется, что я ослышалась. Слишком просто, слишком прямолинейно.
— Слушай, Нина… Так получилось, что у меня… специфическое восприятие мира. Я это понимаю, когда сравниваю себя с другими, с тем, как эмоционально люди реагируют на те или иные события… Но я не мог не понять, что ты… Твоё присутствие рядом со мной… вызывает во мне… определённые реакции.
Он осторожно подбирает слова. В каждом слове чувствуется напряженность.
Боже. Почему он так запутанно говорит? «Ты мне нравишься» звучало намного проще. Только теперь у меня есть подозрение, что мы вкладываем разный смысл в эту фразу. И что-то мне подсказывает, что меня его объяснение не устроит…
— Определённые реакции?
В горле пересохло, в груди бьется тревожное предчувствие.
Я глубоко вдыхаю ледяной воздух, стараясь унять дрожь.
— Я впервые хочу кого-то, — заявляет он открыто, прямо смотря мне в глаза.
От его слов моё сердце делает кульбит, переворачивается и бьется с бешеной скоростью.
Чего-чего?
— Что? — лепечу пересохшим от волнения голосом.
— Я хочу тебя, — произносит он медленно, отчетливо, словно разговаривает с умственно отсталым человеком. Как будто я с первого раза не поняла. Будто хочет, чтобы каждое слово врезалось в мою память.
Боже… И как на такое реагировать? Парень признаётся открыто, что не прочь со мной переспать. И если обычно это остаётся на уровне интуиции… Можно ведь перехватить заинтересованный взгляд и всё такое… То тут всё не так. Всё слишком прямо, слишком откровенно.
Пока он этого не сказал, я бы и подумать не могла… Потому что по его лицу вообще понять что-то сложно! Он как каменный истукан.
— И что с этим делать? — выдыхаю смущённо.
— Ничего, — пожимает плечами. — Ты мне обозначила, что не хочешь ничего общего со мной иметь. Я тебя не привлекаю в этом плане. Так что это моя забота. Постараюсь больше… не нарушать твоих личных границ. И… прости ещё раз за поцелуй.
Никита разворачивается и уходит. Не дожидаясь моего ответа.
Серьёзно? Вот так просто оставит меня здесь, в состоянии полной прострации, с кучей противоречивых чувств? После того, как сказал, что хочет меня. И… с чего он решил, что он меня не привлекает? Разве я говорила об этом? А может и говорила… Я ведь ни черта не помню. Я была в трансе первые дни.
Шугалась его. Дёргалась от каждого случайного прикосновения.
Но… но с тех пор много что поменялось. Я ведь увидела, что он для меня не опасен, что он… заботится обо мне и ничего не требует взамен.
Я гипнотизирую его спину. На ней всё ещё капли воды после душа. И полотенце, которое на честном слове держится. Сглатываю.
По телу бегут какие-то непонятные импульсы, острые, болезненные и одновременно волнующие. Желание прикоснуться к его коже… Нина, тебе пора прекратить этот странный хоровод мыслей в голове.
Никита останавливается на пороге. Поворачивается.
— Не задерживайся тут. Всё-таки холодно, — повторяет он и скрывается за дверью.
Я же пошевелиться не могу. Только сглатываю ком в горле. Чувствую себя как-то по-дурацки.
Ну и что мне делать? После поцелуя и признания Никиты… Как мне теперь смотреть ему в глаза? Как вести себя?
И ведь самое ужасное, что если бы он проявил активность, стал бы напирать на меня сильнее там в ванной комнате… то неизвестно, чем бы всё закончилось… И этот страх — страх потерять контроль над собой, страх поддаться влечению — пугает меня больше всего.
Глава 19. Размышления и…
Нерешительно захожу в дом. Надо бы искупаться. Ноги грязные. Но… теперь как-то даже боязно в ванную идти.
Представляю, как там на меня нахлынут ненужные воспоминания. Неправильные. Горячие. Чувственные и обжигающие… А сверху добьёт, как контрольный выстрел…
«Я хочу тебя».
Хочу, хочу, хочу… Будто эхо гудит в пустом черепе.
Что же теперь со всем этим делать? Взял и сказал мне, что думает. Прямо, откровенно, так… обезоруживающе. А я онемела. Не сообразила, что на это ответить.
Да я и сейчас не знаю. Что я должна была сказать?
Признаться, что обалдела от его близости, от его поцелуя и… хотела, чтобы он продолжал?
Никита стоит в зале. Собранный уже. На нём простая футболка, потёртые джинсы, кожаная куртка. На диване, словно зловещий предвестник разлуки, лежит его мотоциклетный чёрный шлем.
Меня будто парализует у порога. Сердце проваливается в пропасть.
Уезжает!
Точно! Вчера же об этом говорил. Поездка к отцу, разговор, попутная покупка продуктов.
Но… но внутри всё переворачивается от этой мысли. Интуиция трубит о том, что это очень плохая затея.
— Не надо, — вырывается из меня помимо воли.
— Не надо?
Удивлённо вскидывает брови. В глазах непонимание.
— Не уезжай. Я… я боюсь.
Несколько мгновений смотрит на меня. Будто пытается понять причину моего страха. Думает, наверное, что я за себя боюсь. Вроде как останусь тут одна. Но это всё ерунда. Боюсь за него. Боюсь, что его отец причинит ему боль.
Я… не хочу, чтобы Никита пострадал.
Вот только как это объяснить? Слова застревают в горле. Кусаю губу.
Как он сказал? У него специфическое восприятие мира? Значит, стесняться бессмысленно. Мои намёки, мои ужимки для него — пустой звук. Он не понимает, что… он мне нравится.
А я не хочу, чтобы он уезжал с мыслью, что я испытываю к нему отвращение.
И… наверное, это безумие. Наверное, я совершаю огромную ошибку… но ноги сами несут меня вперёд. Прямо к нему. Обвиваю его талию руками, утыкаюсь лицом в его грудь, прижимаюсь всем телом.
Если он удивлён, то не показывает этого. И… он не обнимает меня в ответ! Каменеет, превращается в статую.
— Никита, — выдыхаю я. Чувствую, как на глаза наворачиваются слёзы. — Ты должен меня обнять, понимаешь? Или я сейчас начну чувствовать себя полной идиоткой.
— Но… я не понимаю.
— Я тоже тебя не понимаю, — вздыхаю я обречённо. — И себя не очень понимаю. И я не знаю, что будет дальше, но… я не хочу тебя терять.
Он вздыхает. Глубоко. И
