Сделка на совесть - Инна Сирин
— Рыба готова и рис вот-вот подойдёт.
— Рисом я займусь.
— Хорошо. Выпить хочешь?
— Нет, спасибо. Разве что сока.
— В том шкафу есть несколько вариантов, — он указал пальцем направление и отхлебнул холодного рубинового вина из запотевшего бокала.
Шкаф оказался хранилищем разного рода и вида бутылок с поддерживаемой низкой температурой. Ён Хи выбрала вишневый сок и налила себе в стеклянный стакан.
— Как твоя подготовка к диссертации? — он поинтересовался об этом так легко, будто они каждый день разговаривали.
— Составила график пока на месяц и планы на потом. Тэгён советовал не торопиться, вдруг нас позовут куда-то вместе или я тебе понадоблюсь вот как сегодня. Всё же моя работа вторична.
— Правильно, но мне бы хотелось, чтобы ты не чувствовала себя слишком стеснённой обстоятельствами. Я тоже могу иногда подстраиваться.
— Непривычно, что ты так заботлив.
— Можете о тебе раньше просто не заботились?
— Вот сейчас обидно было. Намекаешь, что я нелюбимая дочь?
— Вовсе нет. Но ты не замужем и насколько я знаю не была, поэтому мужская забота тебе очевидно не знакома.
— На мужчинах свет клином не сошёлся.
— Каждому своё, — ответил Хёншик.
— Ты вот тоже не женат, значит не ощущал заботы такого типа. У тебя даже девушка не настоящая, — парировала Ён Хи ехидно.
— Так покажи мне, каково это.
— Ещё чего. Я согласилась только делать вид.
Он лишь цокнул языком, давая понять, что тема исчерпана и глотнул вина.
— Я пытался вспомнить, из-за чего мы повздорили в детстве, но вспомнил только часть. Может пора поговорить об этом и забыть детские обиды?
— Если тебе так проще, забудь, — Ён Хи отставила стакан и перемешала салат. — Поедим?
— Да, конечно, — он быстро сервировал стол и жестом пригласил её сесть. — Раз такое дело, расскажи мне свою версию. Может, если мы обсудим это, то разберемся и всё уладим?
— С чего бы начать? Насколько я помню мы с тобой никогда не ладили. Но когда мне было 5 лет, ты испортил мой праздник.
— Неужели? Если честно вообще не помню.
— Ты пришёл последним, опоздал, и сразу перетянул внимание на себя, так что про меня все забыли.
— Ой.
— Вообще не помнишь?
Мужчина задумался, потягивая вино.
— А случайно ты была не в белом платье с розовыми оборками в тот вечер?
— Ничего себе. А говоришь, не помнишь.
— Я только сейчас вспомнил. Это в тот день я пролил на тебя сок?
— Не пойму, ты сейчас издеваешься?
— Нет, Ён Хи! Я правда только сейчас этот случай вспомнил. Мне тогда очень стыдно было. Помню, ты сильно обиделась. Но я правда не хотел. Стул покачнулся и я едва не упал.
— И почему же этот момент ты так чётко запомнил, а всё остальное — нет?
— Наверное потому, что я раз десять рассказывал потом родителям и другим родным об этой ситуации чтобы объяснить, что я не специально. Мне такую взбучку дома устроили. Заставили потом учиться ходить по доске, чтоб не терял равновесие. Насколько помню, моя мама купила тебе платье взамен утраченного.
— Которое я отказалась носить.
— Почему?
— Потому что мне сказали, что оно от тебя. Там даже карточка была с твоим именем.
— Но ведь его выбирала и оплачивала моя мама. Это просто компенсация!
— Маленькие дети обычно не разделяют других детей и их родителей, я в этом плане не отличалась.
— Надеюсь, на мою маму ты зла не держишь?
— Конечно нет, я ведь давно выросла. Она очень добрая женщина.
— Но на меня злишься.
Девушка лишь хмыкнула и отломила палочками кусочек рыбы. Вкусно. Её салат тоже удался.
— Ён Хи, ты правда до сих пор обижаешься?
— Знаешь, если бы тот случай с соком был единственным, наверное я бы и не вспомнила. Но ты мне весь вечер испоганил. Мой первый личный праздник.
Он перестал жевать, задумавшись, а потом сказал.
— Когда мы собирались, мама сказала, что я должен быть веселым и вежливым, чтобы никто не скучал и я старался всех развлекать. Помню что подарил тебе цветы, а ты их растоптала.
— А как назвал меня скучной, помнишь?
— Я?!
Он казался искренне удивлённым. Только Ён Хи не могла поверить, он ведь хороший актер. По крайне мере сам себя так называет.
— Когда ты отвлёк внимание остальных, я подошла и сказала, что это мой день рождения, а ты всех отвлекаешь. Но ты заявил, что тебе всё равно, потому что я скучная.
— Кхм... Честно, не помню. Помню, что ты растоптала букет и назвала меня дураком.
Ён Хи вдруг рассмеялась.
— Мы сейчас как малые дети, ей богу. Я такие ссоры разбирала со своими второклашками в школе много раз. А сейчас завелась, словно сама еще ребёнок. Прости.
— Ну, мы с тобой в детстве это не выяснили, так что не удивительно. Обычно люди помнят самые эмоциональные моменты. Я даже не знал, что ты восприняла моё поведение так. Не думал, что праздник был испорчен, ведь все остальные веселились.
— Потому что бегали за тобой, играли с тобой, ты им пел и стихи декламировал. А меня почти не замечали.
— В таком случае ты имела полное право обижаться. Я всегда считал, что если людям весело, значит праздник удался. На моих днях рождениях всегда так и было. Ребёнком я не понимал, что праздники бывают настолько личными, что их виновник может иметь своё видение, как они должны проходить. Прими мои искренние извинения сейчас и давай мириться?
Ён Хи встала из-за стола, нашла в шкафу бокал для вина и плеснула себе немного.
— Замётано, — она подняла бокал и протянула ему на встречу, легкий звон подтвердил стыковку и оба отпили. — В тот день меня сильно ругали и за то, что растоптала букет и что отказалась от платья. Мои доводы сочли не убедительными, мол, я придумала это всё. Другим же весело было, говорили родители. Меня никто не понял тогда. Ну да ладно. Закрыли тему.
— Какие ещё были случаи?
— Ну всего я сама не помню, но этот праздник был предпоследней каплей. А потом ты меня ударил.
— Я?!
— Так удивляешься, что хочется поверить но верится с трудом.
— Я правда не помню! Я никогда не бил никого, кроме брата. И меня воспитывали так, что драться плохо, а девочек вообще бить нельзя. Если честно, я был хулиганом в детстве, часто не слушался маму и доставил ей много хлопот. Но девочек никогда не бил.
Она молча подняла руку, нащупала шрамик и раздвинула пальцами волосы, чтобы он тоже увидел.
— Ничего не вспоминаешь
