Наперекор судьбе - Кира Стрельнева
Аккуратно выхватила из руки Димы очередную стопку и отставила её в сторону. Он затуманенным от алкоголя взглядом посмотрел на меня, но не стал ничего говорить. Просто сжал мою руку, переплетая наши пальцы.
* * *
День похорон вымотал меня прилично. К концу дня я была полностью выбита из сил и хотела, чтобы всё это скорее закончилось. Людей на поминках было много, но едва ли хоть половина из них действительно хорошо знала Егора. Большая часть прибывших — посторонние, пришедшие просто ради галочки. Это ужасно раздражало.
Когда все стали расходится, я испытала облегчение. Наконец-то всё закончилось.
Из ресторана, где проходили поминки, мы поехали в дом семьи Меркуловых. Николай Сергеевич очень просил, чтобы эту ночь я тоже провела в их доме.
Хотелось отказаться, но видя состояние Димы, согласилась. Я действительно сейчас ему нужна, как бы то ни было.
Позвонила Максиму, чтобы предупредить его о своих планах. Мой муж совершенно спокойно принял это. Да, мне всё-таки очень повезло. У меня очень понимающий муж.
— Ника, я велел постелить тебе в той же гостевой комнате, где ты спала, — сообщил мне Николай Сергеевич, когда мы вошли в дом.
— Да, спасибо, — кивнула я, желая, наконец, оказаться в постели. Такое чувство, что если этого не произойдёт в ближайшее время, то я просто свалюсь с ног.
Комнаты Димы и Егора находились на втором этаже, напротив друг друга. А гостевая, где мне предстоит вновь провести ночь — справа от комнаты Димы.
Оказавшись возле нужной мне двери, я остановилось, бросая взгляд на ту, что вела в комнату Егора. Как и вчера, у меня был огромный соблазн потянуть ручку и открыть двери, чтобы оказаться в маленьком мирке мужчины, который поселился в моём сердце.
Какая его комната? Оформленная в тёмных или светлых тонах? Просторная или нет? Есть ли шкаф с книгами?
Столько было вопросов и так хотелось получить на них ответы.
Как жил Егор после того, как я покинула город? Что с ним было? Чувствовал ли он такую же боль от нашей разлуки, как и я? Или всё-таки ко мне у него не было таких сильных чувств? Он любил лишь свою истинную?
Это вопросы, на которые я уже никогда не получу ответа. Потому что тот, кто мог мне их дать, мёртв.
Тяжело вздохнув, отворачиваюсь и скрываюсь в гостевой комнате.
Нельзя обо всём этом думать. Нельзя.
Закрываю дверь, прислоняюсь к ней и тихонько сползаю. Больно. Как же больно осознавать, что его больше нет.
На кровати замечаю несколько пакетов с новыми женскими вещами. Среди них — нижнее белье для меня, пижама, халат и тёмные штаны с такой же рубашкой.
Скорее всего, Николай Сергеевич поручил кому-то из помощниц приготовить всё это для меня, заранее зная, что у него получится уговорить меня остаться здесь на ночь. Да, он очень предусмотрительный.
Подхватив пижаму, халат и тапочки, стоящие рядом с кроватью, я отправилась в ванную комнату. Контрастный душ помог мне немного прийти в себя.
Думала, что как только окажусь на кровати, то тут же засну. Однако ошиблась. Я долго вертелась, но сон никак не шёл. Это раздражало, потому что сотни разных мыслей одолевали меня.
И все они были о нём, Егоре.
Боже, ну за что нам всем всё это?
В какой-то момент я всё же уснула. Только и во сне не было покоя. Мне снился Егор. Он, улыбаясь, шагал по улице мне навстречу. Я остановилась на середине пути, завороженная его улыбкой.
Мужчина излучал тепло и выглядел просто невероятно счастливым.
Есть ли жизнь после смерти?
— Ты же умер, — потрясённо шепчу я, жадно изучая его лицо.
— С чего ты это взяла? — весело спрашивает он. — Как видишь, я перед тобой и совершенно не похож на мертвеца!
— Живой?
— Хочешь, покажу тебе одно место? — спрашивает Егор, протягивая мне руку. — Поверь, тебе понравится.
Потрясённо смотрю на его ладонь. Так хочется вложить в неё свою руку, но что-то не даёт мне это сделать. Сцепляю свои пальцы за спиной, не позволяя себе поддаться соблазну.
Но почему я не могу пойти с ним?
Я и сама не знаю ответа на этот вопрос.
— Значит, не хочешь? Ладно. Я понимаю, у тебя много дел впереди. Поэтому совсем не сержусь. Тем более, это ведь не последняя наша встреча. Надеюсь на это.
— Егор…
Неожиданно я почувствовала, как что-то начало сдавливать мне грудь. Воздуха стало не хватать, и я почувствовала боль: жгучую, невыносимо сильную. И она было явно не моей.
— Позаботься о моём брате. Хорошо?
Силуэт Егора стал расплываться, и вскоре я проснулась.
Глава 17
Проснувшись среди ночи, я не сразу поняла, что именно меня разбудило. Голова шла кругом, а счастливое лицо Егора из сна словно отпечаталось в моём сознании.
Встряхнула головой, стараясь прийти в себя. После этого сразу поняла, что именно меня разбудило. Соскочив с постели, я рванула дверь на себя и тут же оказалась в коридоре.
Дверь, ведущая в комнату Егора, была открыта, и оттуда я слышала шум. Быстро заскочила туда и в ужасе застыла. На полу, в центре полуразрушенной комнаты, лежал Дима и выгибался от боли. Самое ужасное — он был на полпути к тому, чтобы обратиться.
Этого никак нельзя допустить.
Упала на колени рядом с ним и обхватила лицо Димы ладонями. На меня смотрели светящиеся волчьи глаза. Плохо. Если волк возьмёт над ним контроль в такой ситуации, то ничем хорошим это не закончится.
Возможно, я могу и вовсе потерять своего истинного. Об этом было даже страшно думать. Что может быть ужаснее?
Сейчас Дима ещё борется с волком, но сил у него на это всё меньше и меньше. Нельзя позволить ему избегать душевной боли в зверином обличии.
— Дим, посмотри на меня, — прошу я. — Слушай мой голос. Сосредоточься на нём.
— Я… я не могу больше сдерживаться, — сказал он, и больше это походило на рык.
— Ты должен. Не сдавайся. Продолжай бороться ради своего отца, ради своего будущего и… ради меня. Слышишь? Я не могу потерять тебя.
Дима на мгновение прикрыл глаза, а потом вновь выгнулся от боли. На его руках появилась шерсть, а волчьи когти на пальцах оставляли полосы на полу.
Чёрт, что же мне делать?
— ДИМА, НЕ СМЕЙ СДАВАТЬСЯ!
Впилась ногтями в его плечи и встряхнула, стараясь привести в чувство. Ничего. Он будто
