После развода. Ты сам все разрушил - Наталия Ладыгина
Класс…
Представляю, как ей больно.
Ну, она должна была понимать, что человек, который предал свою жену может быть ненадежным. Ну да, все эти любовницы, захапавшие себе женатиков, почему-то считают с ними-то будет все по-другому. По статистике большинство из этих самых женатиков потом назад в комфорт хотят.
Быстро ухожу, чтобы он меня не заметил.
— Мам, я готова! Едем?
— Да. Надевай кроссовки.
— Уже собрались? Может, все-таки вместе поедем в торговый центр? — тут как тут Андрей. Уже с совершенно другим настроением. Я просто поражаюсь ему.
Похоже, что к Инночке он остыл. Ненадолго же его хватило. Но уже все, ребенок родился. Что делать-то будешь, м?..
Хотя, может, я ошибаюсь. Может, его все устраивает. Просто жениться не собирается. Я ему с этим кольцом все испортила. Но думаю, что до Инны скоро дойдет, что свадьбы не будет.
— Нет. Мы сами. Алин, иди вниз. Я сейчас сумку возьму и спущусь.
— Ага!
Алина очень веселая. Все в предвкушении.
— Ты на работу позвонила?
— А что?
— Ну у тебя же там такая головокружительная карьера намечается, что лучше сделать все как надо.
— Не твое дело, что у меня с работой. Я сама разберусь. Ты за собой следи.
Андрей ухмыляется.
— Слушай, давай настроимся на приятный лад… Мы с тобой очень любим нашу дочь. Давай хотя бы ради нее…
— Ну конечно, — беру сумку, закидываю себе ремешок на плечо. — Вообще все это ради нее. Иначе бы ты увидел другую мою сторону.
— Даже интересно…
Тебе было бы не до ухмылок.
— Ладно, все. Мы ушли… — поворачиваюсь, чтобы уйти.
— Ты так старательно изображаешь безразличие, Геля... Но я не верю.
— Ты его вообще не изображаешь, — поворачиваю голову в его сторону.
— И не собираюсь. Ты мне небезразлична, — легко признается Андрей. — Это ведь очевидно.
— Именно поэтому ты устроил этот цирк?
— Я прилетел на день рождения дочери.
— Ты понял, о чем я. Хотел на мою реакцию посмотреть? Чтобы я ревновала? Не ревную… — насмешливо кривлю губы. — Алина ждет… Надеюсь, ты найдешь себя, чем занять.
И выхожу за дверь.
Дочь уже ждет на парковке.
Мы садимся в машину и двигаемся в наш любимый торговый центр.
Я себе ничего покупать не собираюсь. У меня есть купальник. Почти новый. Мне не перед кем там наряжаться. Впечатлять бывшего не собираюсь.
Мы выбираем Алине новый купальник ее любимого глубокого синего цвета, после чего отправляемся в кафе ненадолго. Меня как-то не тянет сразу возвращаться домой.
Сделав глоток кофе, я тороплюсь достать телефон из сумки.
Я вернула карту-памяти в камеру. Посмотрю, что там у меня происходит.
Конечно, я не думаю, что…
А!
Он там.
Он сейчас, черт подери, в моей комнате!
Маньячина шарится в моих вещах!
— Мам, что там у тебя? — жуя пирожное, спрашивает дочь. — Мам?..
— Ничего… — пристально смотрю, как он там все изучает ходит. В комод залез! Я там трусы храню с бюстгальтерами! И он это знает!
Не могу на это смотреть!
Блокирую экран и засовываю телефон в сумку.
— Ешь пирожное. Домой поедем, — еще делаю большой глоток кофе. — Не будем папу одного надолго оставлять. А то ему скучно, — цежу сквозь зубы.
Алина быстро доедает свое пирожное, мы берем еще с собой для ее папы дорогого, и домой отправляемся.
— Алина, иди к себе, померь купальник, — говорю дочери, когда заходим в квартиру.
— Хорошо! Мы вернулись! — Алина по пути заглядывает в гостиную, в которой ее отец сейчас находится. Уже не в комнате.
— Быстро вы…
— Мы привезли тебе пирожные. Я скоро приду, — и убегает к себе.
Я захожу в гостиную, несколько секунд просто смотрю на этого наглеца, вальяжно рассевшегося на диване со своим планшетом.
— Что такое? — спрашивает. — Я опять что-то не так делаю?
Я тут же хватаю маленькую подушку с дивана и запускаю ему в рожу. Он даже не уклоняется. Подушка слегка портит его идеальную прическу и падает на ковер.
— Так… — тянет Андрей, убирая планшет в сторону на диван и поднимаясь на ноги. — Я вижу, ты чем-то расстроена…
— Ты какого черта делал в моей спальне? Забыл, что у меня там камера?
Теперь у него такой вид, будто на крючок попался. Забыл он про это дело.
— Что? Пытаешься придумать причину, по которой тебе понадобилось лазить в моем ящике с нижним бельем?
— Спокойно… — выставляет руки в примирительном жесте.
— Руки убери свои! — бью по ним ладонью.
— Успокойся. Я просто заглянул. Мне было нечего делать… Любопытство, понимаешь? — улыбается.
— Ты думаешь, что если квартира твоя, то тебе все можно? Я буду терпеть все это? Так ты считаешь?
— Не волнуйся, не воровал я твои трусики.
— Чаров, не отшучивайся! Не переходи черту!
Да он давно ее перешел!
— Успокойся, Чарова! — громко произносит. — Я поддался ностальгии. Я правда соскучился. По правде… я давно скучаю.
— Меня это не волнует. Держи дистанцию! Это последнее предупреждение. Еще одна выходка — и мы никуда не летим! И мне все равно, что за этим последует, — разворачиваюсь и ухожу из гостиной.
Следующие двадцать минут я остываю.
А после до самого вечера избегаю его.
Обед только по-быстрому сделала в виде супа, и сразу к себе удалилась. Алина обедала с отцом. А мне и кусок в горло не полез.
Приготовив только что рыбу с овощами на ужин, я иду к себе, чтобы привести себя в порядок перед ужином. Поужинать надо. А то уже никаких сил нет.
Алина с отцом проводят время вместе в гостиной. Смотрят телевизор, играют в какую-то игру на его планшете.
— Через пять минут ужинать приходите, — говорю я громко, чтобы они услышали и захожу к себе.
Уже собираюсь выходить, как смартфон оживает на моем столике.
Незнакомый номер.
Не спам.
Принимают звонок.
— Алло…
— Ангелина, здравствуй, — узнаю, кажется, этот голос. — Это Инна. Нам нужно поговорить. Очень серьезно, — с нажимом произносит невеста моего бывшего мужа.
Глава 22
Вот это… да!
Инночка не смогла достучаться до Андрей, так ко мне решила полезть. И это после того, что было… Наглая какая.
— Ангелина, ты слышишь? — нервно. Я молчу уже секунд десять.
— Да, я слышу. А откуда у тебя мой номер, не скажешь?
— Ну… знаю. Какая разница?
Действительно. Разницы никакой.
— И что тебе нужно? — начинаю расхаживать по комнате.
— Поговорить насчет этой вашей поездки.
— И?.. Что конкретно тебя интересует?
— Ты правда согласна поехать? Или Андрей на тебя как-то надавил, чтобы ты согласилась?
— Надавил?.. Я делаю это ради дочери. Алина очень хочет,
