Украденная стать матерью - Ксения Фави
Рус, кажется, крепче берется за руль.
— У них хватает своих забот. Не заморачивайся.
— Хорошо.
Искренне соглашаюсь. В моей жизни тоже хватает заморочек, чтобы еще переживать из-за Филатовых. Хоть на их мнение мне и до странности не все равно. Все же они очень милые.
Задумываюсь, Руслан тоже молчит. Вывозил он меня с какой-то целью или просто развеяться, я так и не поняла. И он не делает выводов о поездке вслух. Хм, может, хотел посмотреть на мое общение с малышкой? Прошла я экзамен потенциальной хорошей матери? Если он вообще велит мне сейчас собирать вещи…
Глупо этого бояться. Значит, не судьба. Хотя доля разочарования будет, ведь я только приняла решение пойти на его план. В дороге, впрочем, серьезный разговор не завожу. Дождусь приезда в квартиру или вообще завтрашнего дня. Понаблюдаю еще за Атамановым.
Следующие секунды я делаю это в прямом смысле. Вот он своей в меру крупной кистью руки касается подбородка. Загорелая кожа красиво смотрится на фоне темной щетины. Потирает ее в задумчивости костяшкой указательного пальца.
Вот он смотрит вдаль, прищуривая выразительные глаза. Никогда не хотела читать мысли других, но вот сейчас…
— Твой телефон, кажется, звонит.
Ох, а Рус, кажется, заметил, что я пялюсь на него и зависла. Ну и ладно. В конце концов, мне могло быть скучно ехать в тишине.
— Мм… Спасибо.
Достаю аппарат, мама.
— Да, мам, — как обычно сразу принимаю ее вызов, мало ли что.
— Дочка… — мама задыхается, и я сразу напрягаюсь. — С тобой всё хорошо? Где ты?
Чуть не говорю правду, что еду из гостей. Потом вспоминаю — я в санатории! Все же я не натаскана врать.
— Нормально я. Сейчас была на мероприятии, возвращаюсь к себе, — нахожу компромисс между правдой и ложью.
Но мамуля не успокаивается. Ее вдохи все такие же тяжелые.
— Тебя никто не искал?
Паша что ли одумался?..
— Нет. Да что случилось, мам?!
Мы притормозили в пробке. Замечаю, что Руслан внимательно слушает, как я говорю. Но сейчас все равно. Мама снова начинает говорить тоном, полным ужаса.
— Поля, мне звонил твой отец!
Она произносит это так, как будто сам дьявол набрал ей на мобильный. Я, конечно, тоже в шоке.
— И что ему надо? Где он сейчас? Кто он?!
По теме родного отца у меня одни вопросы. Мама не давала на них ответ никогда. Говорила — это для моего же блага.
— Дочь, он важный человек. Бизнесмен и политик. Это не телефонный разговор… Просто я хочу сказать, чтобы ты была осторожней!
Господи, по моей коже бежит холодок.
— Он наговорил тебе что-то плохое? Угрожал?
Меня больше всего сейчас волнует мама, а не мифический био-папаша. Мамуля переводит дух.
— Нет! Он говорил так вежливо, по-доброму. Спрашивал, как я. Но больше о тебе — чем живешь, какие у тебя планы на ближайшее будущее. Как будто это его реально волнует!
Ёжусь.
— Может, он к старости стал сентиментальным? Послушай, мам, мне не нужны никакие отцы. Все будет в порядке.
Я часто встречала в книгах и фильмах, когда дети плюют на вырастившую их мать и бегут в объятья отца, которого видят первый раз в жизни. Никогда не понимала этого. А также не считаю, что какая-то сверхсила на земле может помешать мужчине общаться с родным сыном или дочкой. При его желании, конечно.
— Ладно, доченька, еще поговорим, когда ты будешь дома! Береги себя! Может… раньше вернешься? Дома безопаснее.
Ох, мама, сейчас моя целость и сохранность в руках профессионала.
— Здесь очень хорошая охрана, — вижу боковым зрением, как Атаманов хмыкает, — все будет хорошо! Пока.
— Пока. Не выключай телефон!
— Остаемся на связи, мам.
Пытаюсь переварить услышанное. Сейчас для полного счастья мне не хватает внимания папочки. Если он начнет искать встречи, лезть в мою жизнь? С его деньгами и влиятельностью это будет легко сделать.
— Кхм, я не привык подслушивать, — в мои мысли вклинивается хрипловатый мужской голос, — но что произошло?
— Хм…
Вздыхаю, обрисовываю ситуацию. Если я пойду на договор с Русланом, он может оградить меня от ненужного родственника. С другой стороны, нужна ли ему в партнерши женщина с плохой семейной историей. И докучливый дедуля для будущего ребенка?..
— Вот как зашел Кравцов… — проговаривает тем временем Руслан.
— Он не Кравцов, — поясняю я, — мама взяла для меня случайные отчество и фамилию. Не хотела давать имя своей семьи, которая выставила ее из дома без поддержки. По факту же она мать-одиночка.
— Кхм…
Мужчина закашливается, и я вдруг понимаю, он толком меня не слушал.
— Ты что-то знаешь, Руслан? — меня осеняет.
— Он Кравцов, — только и говорит мужчина.
Я ахаю. О моем происхождении знают все, но только не я сама.
— А подробнее?! — чуть ли не вскрикиваю.
— Ты ведь сама сказала, он тебе неинтересен.
Фу-ф! Так и есть. Но сидящий рядом мужчина, напичканный сведениями, не дает мне покоя.
— Но правду узнать я все же хочу!
Рус морщится, смотрит перед собой. Мне удается хотя бы сбоку заглянуть ему в глаза. В них злой холод.
— Пока я не знаю, насколько безопасна она будет для тебя. Давай отложим этот разговор.
Великолепно!
— Но, Рус… А ты не обеспечишь мне безопасность? Ты ведь не простой ипэшник!
Имею в виду, что Атаманов — бывший сотрудник спецслужб. А не только лишь предприниматель. Тот усмехается.
— Не совсем простой. Но и твой папаша не школьный учитель. Для начала я с ним выясню отношения сам.
Обнимаю себя руками. Теперь Руслан смотрит на меня сбоку, и его взгляд немного смягчается.
— Получается, мама дала мне реальные фамилию и отчество, — бормочу и тут же инстинктивно лезу в телефон.
Вбиваю в браузере — Кравцов Виктор. Мне вылетает бесконечный список личностей — от бизнесменов и политиков до героев еще старого советского государства. В общем, темный лес. И отчество биопапы я не знаю.
— Полин, давай ты сейчас просто успокоишься.
Рус мягко, но решительно забирает у меня телефон. Размещает возле себя на подставке. А руку возвращает к моим пальцам и чуть сжимает их. Как по приказу от меня отступает дрожь.
Может быть, меня даже взволновало бы такое его прикосновение. Если б не остатки шока. Так что я просто впитываю тепло суховатой ладони и глубоко дышу.
Заканчиваем путь без разговоров. Также молча Руслан провожает меня до квартиры. И только в прихожей задает вопрос.
— Мне остаться здесь сегодня?
Морщусь. Вряд ли господин Кравцов вломится сюда. Если он вообще настолько плотно заинтересовался моей жизнью и знает,
