После развода. Муж бывшим не бывает - Анна Томченко
— Мам, как вот ты говоришь, не нужны перемены, но вместе с этим едешь и знакомишься с ней.
— Я обязана была это сделать, Лика. Какая из меня мать, если я пускаю ситуацию на самотёк? Я не хотела, чтобы в какой-то момент Глеб мне пришёл и сказал, она вторым беременна. Я не хотела этого. И для этого я должна контролировать ситуацию. Я приехала, познакомилась. Глеб дал её номер телефона, я съездила. Я не уверена, что он уже в курсе о том, что я приезжала, но факт остаётся фактом.
— Мам, ты понимаешь, что она тебе, вполне возможно, говорила, что ты хочешь услышать.
— Лик, какая разница, говорила она мне то, что я хочу услышать, или она действительно так думала? Сам факт. На данный момент она не претендует никак на Глеба.
— Мам, она претендует однозначно на Глеба, — произнесла я дрожащим голосом и отодвинула от себя чашку. — Чтобы ты понимала, я не успела исчезнуть с радаров, а она уже привезла своего ребёнка в мою квартиру. чтоб ты понимала она это сделала намеренно. Она намеренно оставила детскую игрушку, зная, что я это замечу. Так не поступает человек, который ни на что не претендует. Но сам факт того, что в этой ситуации ты пытаешься стать третьей стороной.
— А ты пытаешься меня заставить делать выбор! А как я могу делать выбор? Для меня все родные, для меня ты родная, для меня сын родной, для меня внуки родные. Ты не понимаешь, что просто не нормально заставлять нас всех делать выбор.
— А… то есть выбор должна сделать я? Либо уйти от вашего сына, либо остаться.
— Господи, Лик, вот столько лет, два года получается мальчику. Два года ты ни о чем не знала, и тебя даже эта тема не беспокоила. Почему ты сейчас так упираешься?
— Потому что я узнала. Потому что сегодня я узнала, завтра узнают об этом наши общие друзья знакомые, потому что послезавтра мне зададут вопросы. А как так? И что ты мне предлагаешь ходить с опущенным лицом, смотреть во все понимающие глаза знакомых, подруг и только кивать головой, когда мне начинают сочувствовать, или как ты это себе видишь? Может быть, мне стоит запереться в этом загородном доме и жить на отшибе, как ненужная старая жена?
Свекровь тяжело вздохнула, покачала головой.
— Лик вот… Я тебя всем люблю. Вот, чтобы ты не делала никто и никогда из родственников не смел что-то сказать. Лика у тебя там поступила неправильно.
Лика у тебя там поступила как-то глупо. Потому что знали, что как только откроют рот, они не получат у меня никакого понимания, потому что моя Лика делала всегда все правильно.
— Мам, ну это неправильно, когда ты сначала мне говоришь о том, что не поддерживаешь Глеба, а потом едешь и знакомишься с его девкой. Я просто не понимаю, в какой момент ты так быстро сменила своё мнение.
— Я не сменила своё мнение. Я предлагаю тебе варианты.
Я покачала головой, медленно встала из-за стола.
— Мам, знаешь, здесь нет вообще никаких вариантов. Я. Я действительно не понимаю, для чего ты ездила, знакомилась, может быть, с будущей невесткой или как-то ещё. Но не надо меня заставлять делать выбор, мы не в мусульманской стране для того, чтобы Глеб чувствовал себя султаном и заводил вторую, пятую жену.
— Нет Лик, ну даже если посмотреть так. Помнишь ситуацию с Сулимановым.
У меня сердце противно сжалось при воспоминаниях о старом знакомом Глеба, который после того, как у них с женой не получилось родить сына, поставил перед фактом её, что он приведёт в дом вторую жену.
— И то есть ты считаешь, это нормально?
— Я считаю, что это выход, всегда есть выход. Ты упёрлась сейчас и не видишь ничего. Тебе плевать вообще на то, что происходит вокруг. а ты знать не знаешь, что у тебя дети там с ума сходят от того, что отец их предал. Ты знать не знаешь о том, что отец этот себе места не находит Ты в любом случае хорошая, Лик, он плохой, и с этим надо что-то делать. Я даже не говорю о том, что не надо разводиться. Хочешь разводиться, пожалуйста, я просто предлагаю тебе подумать.
Потому что ты останешься с семьей, а он останется.
— И он останется тоже семьёй. У него молодая хорошая семья. А про то, что вторую и третью жену завести. Ну, простите, я себя не на помойке нашла, да даже если бы нашла себя на помойке, я бы никогда этого не допустила.
Произнеся это, я все-таки встала из-за стола, махнула рукой на угощение и прошла в зал.
Разговор со свекровью не заладился, поэтому спустя двадцать минут она уехала.
Следующие два дня я провела, пытаясь вообще устаканить у себя мысли по поводу того, что случилось между свекровью, Глебом, его девкой и так далее.
Я ушла в полный игнор и не то что даже не разговаривала с Глебом. Я вообще заблокировала его номер у себя.
В обед третьего дня домофон зазвонил, спустившись медленно со второго этажа, я включила камеру и увидела машину Кристины, разблокировала ворота, дочь заехала, свистя шинами по дорожке, и затормозила чуть ли не напротив дома.
Я уже успела открыть дверь к тому моменту, как она поднялась по ступенькам.
Крис стянула очки, и я увидела размазанную тушь. губы были обкусаны, красные, с пурпурным оттенком.
— Кристин, девочка моя, что? — Растерянно произнесла я, глядя на дочь.
Она только сильнее стиснула зубы. Делая шаг вперёд, тяжело вздохнула.
— Крис, только не говори, пожалуйста, что ты тоже познакомилась с его новой пассией.
Кристина зажала ладонью глаза и произнесла: — скажу.
22
— Крис... — тихо протянула я и ощутила, что уже не ребра, уже сердце сдавило.
— Мам, прости. — Кристина махнула рукой, зажала пальцами переносицу, попыталась нащупать маленький пуф, на который обычно присаживались, чтобы разуться, переобуться, и закачала головой. — Блин, прости, да, виделась, но не так-то что здравствуйте, дорогая моя, я тут дочка вашего любовника нет, нифига.
Виделась, и я не поняла, как это произошло. У меня есть вообще подозрение...
Кристина тяжело вздохнула и все-таки опустилась на пуфик, опёрлась затылком о стену и
