После развода. Ты сам все разрушил - Наталия Ладыгина
— Ты мне угрожаешь, Ангелина?
— Нет… — усмехаюсь. — Я ничего не собираюсь делать. Но даже не думай сюда больше являться. Сюда может зайти только отец моего ребенка. А ты… тебя я не желаю видеть в моем доме. Ты поняла меня?
Ангелина прищуривается и встает в позу, скрестив руки на груди.
— Я знаю, что квартира Андрея.
Ах вот она как заговорила… Все-то она знает.
— Это квартира его дочери. Андрей оставляет ее Алине. Он уже сказал мне об этом, когда мы разводились. Так что тебе тут ничего не светит. И не мечтай. Закатай губу.
Фыркнув, Инночка не выдерживает больше разговора в таком тоне, и срывается прочь.
Давай-давай. Трусы свои забрать не забудь.
Я до конца допиваю содержимое бокала, всполаскиваю его и отправляюсь в свою комнату.
Пять минут не проходит, как Андрей заходит ко мне без стука. Я сижу в этот момент за своим рабочим столом за ноутбуком.
О, кто-то пожаловался…
— Вы уже собрались? Пора бы на выход… — снимаю очки, которые надеваю только когда за компьютером.
— Что ты Инне сказала? — направляется ко мне и очень близко ко мне останавливается.
— Что ей не рады в этой квартире, — смотрю на него снизу вверх. — Она просилась остаться еще на ночь. Но я ей объяснила почему это невозможно.
— Еще какие-то часы назад ты вынудила меня отдать ей кольцо, которое я купил для тебя.
И к чему он это сейчас сказал?
— Оно мне не нужно. И что значит «вынудила»? Ты ведь хотел жениться на ней… Вот, считай, что сэкономил. А то бы пришлось покупать еще одно кольцо… — поворачиваюсь и возвращаю пальцы на клавиатуру.
— Ты нарочно меня злишь? — хватает меня за предплечье и разворачивает к себе.
Да что ему надо?!
И тут Инночка дверь открывает.
— Вам что тут, проходной двор?! — подрываюсь со стула. — С какой стати ты врываешься?
— Андрей, давай уже скорее уйдем отсюда. Я сына собрала. Тут невыносимо…
— Скатертью дорога, — бросаю я. — К дочери не заходи, — это уже ему. — Она устала после праздника. Заснула. Позвонишь ей потом. Провожать не буду. Захлопните дверь.
Глава 17
Ушли.
Наблюдаю сейчас, стоя у окна кухни, как они садятся в взятую напрокат машину.
Как хорошо, что они в Питере живут.
Иначе бы кровь мою пили регулярно.
После всего этого он больше не решится притащить ее сюда. Она и сама не захочет.
Про квартиру она заговорила, сучка. Мечтать не вредно.
Все, уезжают. А я срываюсь в ту комнату.
Дергаю шторы в стороны, распахиваю окно и начинаю сдирать постельное с кровати.
Я сейчас тут каждый угол прочищу.
А кроватку эту…
Разберу сама и выкину из квартиры.
Больше я не смогу смотреть на нее.
Она нам больше и не понадобится. Больше детей у меня не будет. Я уже с этим смирилась.
Надо тут все протереть, пропылесосить. И как можно скорее.
Меня аж трясет от того, насколько срочно мне нужно это сделать.
— Мам…
Оборачиваюсь. Алина пришла. Глазки трет. Она уснула прямо в своем новом танцевальном костюме.
— Проснулась…
— А где папа?
— Они с Инной уехали. Срочные дела у них в Питере. Тебя будить не стали…
— Как?.. Я думала, что мы все вместе обсудим поездку на острова.
— Дочь… — медленно иду к дочери. — Папа тебе позвонит и все скажет.
— Что скажет?
— Папа твой поспешил тебе сделать этот подарок… У него возникли проблемы в бизнесе. Нужно их решить. Не до поездок ему сейчас.
Алина вздыхает, склонив голову немного вниз.
— Папа и так подарил тебе хороший подарок. Новый телефон. С путешествием немного подождем…
— Но это было мое желание.
— Не все желания сбываются, — отвожу взгляд.
Я вот загадала желание, когда он ушел… Оно не сбылось. Я желала, чтобы он вскоре пожалел о том, что натворил. Нет, я не простила бы его. Просто хотела, чтобы он страдал.
А он заново жизнь свою отстроил. Да, особой любви у него к Инне явно нет, но он вообще больше неспособен на настоящие чувства. Исчезло в нем это. Он сильно изменился. И это необратимо.
— Это из-за Инны? Она не захотела, чтобы мы вместе летели на острова?
— Ну… Конечно, она этого не хочет, — не стану врать ребенка. С какой стати я должна покрывать эту стерву? — Твой папа теперь любит ее, а она любит его. Она ревнует. Не хочет, чтобы папа много общался со мной.
— Я понимаю… Но почему папа послушал ее?
— Думаю, твой папа сам не хочет со мной куда-то отправляться. Я и сама не хочу, Алин. Мы с твоим папой уже не вместе, — как могу мягко. — Ладно… Мне тут убрать надо. Ты если хочешь еще тортика, то он в холодильнике.
— Я хочу с папой поговорить.
— Он сам тебе позвонит. Он сейчас в аэропорту, ему некогда. Не звони ему.
На самом деле он сейчас на пути в гостиницу. Они только завтра улетят.
— Ладно… Я торт не хочу. Пойду переоденусь, — Алина разворачивается.
— Алин, но ведь все было хорошо? Мне показалось, что мы отлично отметили твой день рождения. Правда?..
— Да… — как-то безрадостно и уходит.
Конечно, она переживает. Ее семья разбилась.
Она понимает, что у отца другая жизнь, но еще не до конца. Однажды она поймет. Когда их ребенок начнет расти.
Я иду за пылесосом.
Сделаю уборку, как планировала.
Это отвлечет меня.
Затем душ и спать.
А завтра новый день…
Хотя его последний взгляд теперь постоянно стоит у меня перед глазами. А говорил он: «Это еще не конец!».
И так знаю, что не конец.
Нам еще минимум восемь лет придется общаться.
Мне нужно взять себя в руки и выбивать себе повышение. Я должна стать лучше, зарабатывать больше. Куплю новую квартиру и переедем с дочерью. А эта квартира потом станет ее.
У меня большие планы на наше с дочерью будущее. И плакать я больше не буду. Слезы высохли. А он пускай живет, как хочет. Меня это больше не должно задевать.
* * *
Отрываю голову от подушки, когда смартфон начинает противно вибрировать на тумбочке.
Я легла недавно сразу после душа и сразу отключилась. Алина тоже уже в постели.
Он звонит.
Половина двенадцатого.
Отвечу. Не отстанет же.
— Алло…
— Спишь?
— Уже нет, — приподнимаюсь выше, прижимаюсь спиной к мягкому изголовью
