Страдать в тишине - Келси Клейтон
Мурашки побежали по моей коже. Как такое вообще возможно? Прошло несколько недель. Ясно, что он не прячется там внутри. Кто-нибудь уже давно бы его заметил, да и какой ему смысл? В конце концов, я бы не сильно удивилась, если бы он сделал это ради внимания, но к концу второй недели его бы уже было предостаточно. Мне кажется, если бы с ним все было в порядке и это была его затея, он бы уже объявился с какой-нибудь безумной историей о том, как его похитили и он выживал, питаясь собственной мочой, или с чем-то столь же драматичным.
— Нам нужно сходить туда сегодня вечером, — сказала я Несс, пока мы шли на следующие занятия.
Она резко остановилась.
— Что? Зачем нам это?
— Чтобы выяснить, что случилось. Кто-то же должен был что-то видеть.
— Если и видели, то, скорее всего, молчат не просто так, — возразила она. — К тому же, я думала, он тебе не нравился.
Я закатила глаза.
— И тебе тоже. Это неважно. Я просто хочу знать, что произошло. Дать его друзьям и семье хоть какое-то успокоение.
Несса не разделяла моего энтузиазма, глядя на меня так, будто я сошла с ума.
— Ты же всегда полагаешься на меня, чтобы я сказала тебе, когда идея плохая?
Я кивнула.
— Так вот, это как раз тот случай. Ты поговорила с детективами. Свою роль ты выполнила. Пусть они делают свою.
— Ой, да брось, — настаивала я. — С каких это пор ты избегаешь загадок?
— С тех пор, как эта загадка небезопасна.
Она развернулась и зашагала дальше. Я побежала, чтобы догнать ее.
— Что значит «небезопасна»? Как возвращение в клуб, чтобы просто осмотреться, может быть небезопасным?
— Оставь это, Сакс.
Оставить?
— Нет. Ты ведешь себя странно.
Я схватила ее за руку, останавливая.
— Скажи мне, что происходит.
Она смотрела куда угодно, только не на меня, тяжело вздохнула, а затем встретилась со мной взглядом.
— Просто держись подальше от «Пульса». Я слышала, что он не единственный, кто там пропал.
Мои глаза расширились.
— Есть и другие?
— Это только то, что я слышала, — ответила она, пожав плечами.
И, сделав пару шагов назад, прежде чем развернуться и пойти на пару, я поняла — тема закрыта для обсуждения. И все же это не остановило меня от размышлений о том, что же случилось. Если уж на то пошло, это только разожгло мое любопытство.
Сделало меня еще более решительной.
Я собираюсь выяснить, что случилось с Брэдом, с помощью Нессы или без нее.
Платье облегало мое тело во всех нужных местах, вот только было дюймов на четыре слишком коротким. Я то и дело одергивала его, пытаясь прикрыть ноги от похотливых взглядов всяких извращенцев. Вы знаете таких. Те же самые парни, которые потом скажут: если не хочешь, зачем так оделась. Будто мое тело доступно каждому, если на мне мало ткани.
Чушь собачья, вот что это такое.
Если бы мой отец знал, где я сейчас нахожусь, я почти слышу, что бы он мне сказал.
Улицы Нью-Йорка не место для леди, Саксон.
Он искренне считает, что его водители должны сопровождать меня повсюду. Проблема в том, что я не хочу, чтобы он знал о моих планах на сегодняшний вечер. Он бы ни за что меня не отпустил, и даже если бы я успела добраться сюда до того, как он узнает, он бы вытащил меня отсюда за волосы.
Я смотрю на неоновую вывеску, пройдя семь кварталов.
«Пульс».
Удачное название для клуба. Вы знаете это чувство, когда все ваше тело ощущает пульс музыки. Бит, от которого вибрирует пол. Тот самый, что отдается в груди. Ты не просто слышишь песни, ты проживаешь их.
Миновав очередь, я подхожу прямо к вышибалам.
— Саксон Форбс.
Тот, что покрупнее, хмурит брови.
— Это должно мне о чем-то говорить, малышка?
Я усмехаюсь и выпрямляюсь.
— Еще бы. Мой дед — Сайлас Кингстон. Был Сайласом Кингстоном.
Может, это и свинство с моей стороны — разбрасываться его именем после того, как его не стало. Я никогда не делала этого, пока он был жив. Никогда не хотела, чтобы думали, будто я лучше других. Но цель оправдывает средства, и мне нужно попасть в этот клуб, не простаивая в очереди всю ночь.
Вышибалы переглядываются, и один из них протягивает руку за моим удостоверением. Он изучает его и через гарнитуру с кем-то связывается. Получив нужный ответ, он отодвигает ограждение, впуская меня.
— Примите наши глубочайшие соболезнования, мисс Форбс, — торжественно произносит он, возвращая мне права. — Мистер Кингстон был великим человеком.
Я улыбаюсь в ответ — не потому, что мне безразличны его слова, а потому что чувствую, как к горлу подступает ком, а рыдать в объятиях вышибалы совсем не входит в мои планы. Прошло несколько недель, но я все еще не оправилась от потери, перевернувшей весь мой мир.
Клуб выглядит точно так же, как в прошлый раз, но ощущается... иначе.
Холоднее.
Мрачнее.
Опаснее.
Где-то в глубине души я ожидаю увидеть Брэда, сидящего в той же VIP-зоне, где мы отмечали мой день рождения. Будто он все это время был там и ждал меня. Но вместо этого она занята группой взрослых джентльменов, которые наблюдают за танцполом, словно за представлением в бродвейском мюзикле. Их взгляды прикованы к женщинам вдвое младше их в таких коротких платьях, что они могли бы с таким же успехом носить просто футболки.
Брэда нигде не видно.
Я пробираюсь сквозь толпу к бару и облокачиваюсь на стойку. Когда бармен, молодой парень с торчащими во все стороны каштановыми волосами, замечает меня, он улыбается. Напиток, который был у него в руке, отправляется к другому посетителю, и он подходит ко мне.
— Что тебе налить? — спрашивает он.
Я сжимаю губы, пытаясь сообразить. Каждый раз, когда я пила, рядом была Несса, которая делала заказ. Она
