Соня Мармен - Сезон воронов

Ознакомительная версия. Доступно 30 страниц из 195

Только половина из них была надлежащим образом вооружена. У остальных были лишь пики, секиры, ржавые мечи или вилы. На ногах у многих были старые броги[93], дырявые и изношенные. И это они называли армией? Дурная шутка, фарс!

– Лиам, зачем тогда Мар призвал вас к оружию, ты можешь мне объяснить? Чтобы потом пустить все на воздух? И почему король… Нет, этот лжец, именующий себя королем… Зачем он тогда сюда приехал, скажи? Чтобы посмотреть, не пошевельнув и пальцем, как его подданных убивают, словно собак, солдаты Георга?

Удушающий гнев, копившийся во мне неделями, исторгся словами, заструился слезами по моим щекам. Трое мужчин растерянно смотрели на меня. Я упала на колени и закрыла лицо дрожащими от волнения руками.

– Этот лицемер Мар, будь он проклят… Это из-за него умер Ранальд, умер напрасно! О Лиам!

Лиам обхватил мою голову своими широкими ладонями. Я вцепилась в его килт и прижалась к нему лицом.

– Наш сын погиб ни за что?

Я услышала шепот, потом звук удаляющихся шагов. Дверь открылась, захлопнулась, и в комнате стало очень тихо. Лиам опустился на колени и крепко меня обнял.

– A ghràidh, – ласково прошептал он, – Ран погиб, потому что был верен своим убеждениям, как и мы все.

– А ты? Ты до сих пор во все это веришь? Лиам, скажи мне правду!

Он опустил глаза, однако я успела прочитать в его взгляде разочарование. Губы его приоткрылись и тут же искривились в горькой усмешке.

– Если не в этот раз, так в следующий… Мы никогда не отступимся, Кейтлин! Пожалуйста, пойми! Я понимаю, что цена слишком высока, но… Не знаю, как тебе объяснить… Мне кажется, у меня ни на что уже не осталось сил. Остается только надеяться, и я цепляюсь за эту надежду изо всех сил. И я все время помню, что Франсес в Инвернессе…

Слеза прокатилась по морщинке, обозначившейся в уголке глаза. Мы долго молчали, прижимаясь друг другу и пережидая, пока угомонится буря чувств, бушевавшая в нас.

– Лиам!

Он внимательно посмотрел на меня.

– A ghràidh! – выдохнул он, до боли сильно меня обнимая.

Тепло его тела окутало меня, словно магический целебный бальзам. Я ощутила, как Лиам вздрогнул, как если бы ему вдруг стало зябко, как если бы он отдал все свое тепло, чтобы согреть меня и утешить. О, как я нуждалась в нем, в том, чтобы он был со мной рядом! Но тут же картинки из прошлого, не дававшие мне спать спокойно, снова замелькали перед глазами. Я встала, подошла к кровати и устроилась на самом краешке. Лиам со вздохом поднялся на ноги. Между нами осталось ужасающе много пустого пространства.

– Кейтлин, a ghràidh, ni maitheanas dhomhj[94].

Его дыхание обжигало мне затылок, шею, грудь.

– Позволь мне любить тебя, умоляю! Прости меня…

Его крик любви душил и в то же время воспламенял меня. Господи, что со мной?

– Лиам…

Он принялся развязывать шнурок на поясе моей юбки. «Юбка Маргарет…» Я попыталась его оттолкнуть, однако он упредил мой порыв.

– Лиам, перестань!

– Я не могу больше ждать!

Юбка соскользнула вниз, к моим коленям. Теперь он пытался снять с меня нижнюю юбку. «Кейтлин, расслабься!» Но у меня не получалось. Я видела, своими глазами видела… Господи, помоги мне!

– Я не могу… Прошу, не надо…

– Ты можешь, Кейтлин! Если я смог, то и ты сможешь тоже!

– Если ты смог? Что? – вскричала я, отталкивая его от себя. – О чем ты говоришь?

– О том, что никогда не забывается, – ответил он. – Но со временем ты просто учишься с этим жить.

Я пыталась понять, на что он намекает. Лиам крепко взял меня за плечи и взглянул мне в лицо своими грустными глазами.

– Память – это прекрасно, когда мы хотим снова пережить радостные моменты жизни. Но если в нашей жизни было что-то ужасное, то она первая не даст нам об этом забыть, как бы мы ни хотели. Я это точно знаю.

И тут меня осенило: лорд Даннинг! Он намекал на сделку, которую я заключила с человеком, обвинившим Лиама в убийстве, которое на самом деле совершила я. И тогда я рассчиталась за свободу Лиама своим телом. Ночь в обмен на жизнь… Мерзавец! Как он смеет сравнивать? Судя по всему, от Лиама не укрылась внезапная перемена в моем настроении, и он сильнее сжал мои плечи, чтобы помешать мне вскочить.

– Кейтлин, послушай…

– Это мерзко с твоей стороны, Лиам Макдональд! Ты не имеешь права сравнивать Маргарет и…

– Уинстона Даннинга? – небрежно обронил он.

Я вздрогнула. Двадцать лет… Двадцать лет мы не возвращались к этой теме!

– Или ты решила, что я все забыл? Такое не забывается. Конечно, воспоминания притупляются, это правда. Можно даже загнать их в самый дальний уголок памяти. Но они всегда будут там. Притаятся, чтобы однажды выскочить на поверхность, когда ты меньше всего этого ожидаешь. Я знаю, о чем говорю. И я тебя понимаю.

Я не находила слов, способных выразить горе и злость. Во взгляде Лиама я не увидела даже тени злопамятства. Он не стремился причинить мне боль. И все равно это было больно!

– Я люблю тебя, a ghràidh. Не отталкивай меня!

Руки его отпустили мои плечи, спустились к груди и стали ласкать ее через толстую шерстяную ткань. Потом, не сводя глаз с моего лица, он развязал шнурок корсажа. Дыхание его стало медленнее, размеренней, в то время как я начала задыхаться. Паника буквально парализовала меня. «Маргарет…»

Я закрыла глаза, силясь сдержать обжигающе горячие слезы. Когда мой корсаж упал на пол, я прикусила губу и поморщилась, ощутив вкус крови. Лиам медленно стянул рубашку с моего плеча, обнажая его. С бесконечной нежностью он принялся ласкать меня, задержался губами на шраме – напоминании о нашем бегстве из проклятого поместья, во тьме майской ночи, теперь такой далекой…

Дрожь удовольствия пробежала у меня по спине. Внезапно я увидела его таким, каким он был тогда: хайлендер, чья гордая стать впечатлила меня с первого взгляда, чья нежность растрогала и чей пламенный взгляд разбудил во мне огонь, который пусть и приугас, но по-прежнему теплился в моей груди. «Не задувай его, Кейтлин! Позволь ему разгореться, позволь пожирать себя…»

– Лиам!

– Tuch!

Моя нижняя сорочка упала на пол. Пальцы его чертили огненные тропинки на моем теле. «Тело Маргарет…» Я содрогнулась от ревности и от желания.

– Ты моя жена, Кейтлин, – сказал он, согревая дыханием мою грудь. – Позволь мне любить тебя!

Не знаю как, но я, совершенно обнаженная, оказалась лежащей на постели. Лиам встал на колени меж моих раздвинутых бедер и замер, неподвижный и прекрасный, словно статуя. Взглядом он ласкал меня, и это было так же приятно, как если бы он прикасался ко мне руками. «Кейтлин, он никогда не смотрел на Маргарет так, как смотрит на тебя!»

Ознакомительная версия. Доступно 30 страниц из 195