Мелодия сердцебиения. Часть 2 (ЛП) - Зоммер Лаура

— Вот... — Он положил свою рубашку мне на плечи и взял у меня оба фонарика. Это испортило мой наряд... С другой стороны, было очень мило с его стороны думать обо мне. Я почти тонула в куске ткани и закатала рукава, так что мои руки снова появились из-под рубашки.

— Спасибо... Мне идёт? — Я повернулась вокруг и засмеялась. Было так замечательно иметь возможность снова поговорить с Генри.

— Ну... Да, точно. Действительно. — Он снова был смущён, между нами не всё хорошо?

— Эй... — Я схватила его руку, которую Генри хотел засунуть в карман брюк. Но я была быстрее и крепко сжала её, одновременно глядя ему в глаза. Наконец, он ответил на мой взгляд. Я легко покачала головой из стороны в сторону, подходя к нему на шаг и улыбаясь. Но всё было не так, как раньше. Хотя Генри и выглядел дружелюбным, но кажется, будто между нами была невидимая стена. Возможно, было что-то большее между ним и Софи? Была ли это та самая ложь, о которой говорили она и Сандра? Что эти двое были парой, и они пытались утаить это от меня? Этого не может быть! Я держала его руку и не хотела отпускать её. Генри и я подходили друг другу!

— Что с тобой? — прямо спросила я его. Иногда лучше сказать напрямую, чем думать.

— Ты очень изменилась. Сначала мы становимся ближе, намного ближе, но потом ты отдаляешься от меня. Ссора в последние несколько дней была очень трудной для меня. Ты была в парке такой отталкивающей, будто я ничего для тебя не значил, а сейчас ты смотришь так... Что за дела? Ты похудела и стала странной, что с тобой происходит? — Когда Генри произнёс слово «похудела», он с отвращением скривил лицо и вытащил свою руку из моей. Что он там говорил? Ему... Отвратительно?

— Я... — заикалась я в недоумении.

— Ты считаешь, что это хорошо или даже красиво? Ты выглядишь больной... Как много ты скинула?

— Ну, восемь килограмм?

— Прости? Ты это серьёзно! — Он был в ярости и, отвернувшись от меня, отбежал на пару шагов, а затем провёл рукой по волосам, прежде чем продолжил говорить: — Почему? Ты хочешь покончить с собой?! — Я была в шоке. Почему покончить с собой? Я не хотела умирать!

— Это всего восемь кило, не утрируй, пожалуйста. Раньше у меня были чертовски толстые бедра, теперь они стали меньше, и я снова могу пополнеть. Потом я поем чего-нибудь побольше, и снова всё будет хорошо. Лучше, чем поправляться! — Ему необходимо сейчас набрасываться на меня? Он хотел снова сблизиться или нет? Или был заинтересован только в продолжении нашей дружбы?

— Какой примерно у тебя рост? — Он подошёл ко мне и, кажется, хотел проверить это.

— Ну, примерно метр и шестьдесят два сантиметра... — пробормотала я. Что всё это значит?

— И сколько сейчас весишь?

— Ну, на восемь килограмм меньше. Почти сорок шесть. Но это хорошо. Моя мама уже достала меня этим. Индекс массы тела примерно восемнадцать. Модели весят намного меньше! — Я пыталась защищаться, но Генри пропустил это мимо ушей.

— Восемь килограмм при твоём росте — это чертовски много. Ты была такой милой, а сейчас? Твои щеки ввалились, и я вижу твои кости. Начинай, наконец, снова кушать! — Его голос становился громче, что вызывало у меня желание уйти в себя. Я скрестила руки на груди и пристально смотрела в сторону, держа себя в руках.

— Не кисни, Юли. Я говорю это не из-за злости. Я просто ужасно беспокоюсь о тебе!

Он снова подошёл ко мне и попытался обнять, но я отодвинулась и выставила руки, защищаясь от его тела.

— Осторожно. Иначе ты можешь сломать меня! — прошипела я ему. Но как только я сказала это, то сразу же пожалела.

— Я что-нибудь приготовлю для тебя. Макароны, пиццу! Мы можем сделать завтра вместе пиццу? Я принесу фризер1, и потом мы сделаем фисташковое мороженое и мороженое из лесного ореха. Что думаешь?

— Ты хочешь откормить меня? — Воспоминания о том времени, когда я была ещё пухленькой, вернулись.

— Нет, но я хотел бы больше времени проводить с тобой. Ещё я хочу, чтобы у тебя всё было хорошо. Чтобы ты смеялась от всего сердца, а не так искусственно, как теперь!

— И... Искусственно? — Что искусственного было в моем смехе? Я только радовалась, что снова вижу его!

Моё лицо говорило о многом, из-за этого Генри попытался уточнить своё заявление:

— Эм. Нет, я имел в виду не так фальшиво!

— Это не лучше...

— Ты знаешь, о чём я!

— Нет! — крикнула я и сняла рубашку, чтобы бросить ему. Классный разговор!

Он подхватил рубашку и сразу отбросил её. Прежде чем я посмотрела на него, он встал прямо передо мной и обернул руки вокруг моего тела. Вообще-то я хотела продолжить кричать на Генри и сказать ему, каким кретином он был. Но сейчас он держал меня в своих руках так, будто я была его собственностью. Я чувствовала его большие ладони, лежащие у меня на спине и путешествующие к моим лопаткам, затылку, зарывающиеся в мои волосы. Ему удалось завладеть мной полностью. Мои ноги начали дрожать, и я почувствовала, что лишаюсь воли. Мне было безразлично, что моя грудь прижата к его, и я могла чувствовать его сердцебиение. Несколько нерешительно я положила свои руки ему на спину, чувствуя материал, который прижимался к его коже. Как бы я хотела почувствовать его голую тёплую кожу под подушечками своих пальцев и ощутить каждое движение мышц. Я чувствовала это и через майку, но без неё было бы приятнее, чем с одеждой.

Моё лицо покоилось у Генри на изгибе шеи, а его на моей щеке. Сейчас я была к нему снова так же близко, как когда мы поцеловались. С закрытыми глазами я снова вспоминала о том, как в моем животе порхали бабочки. Этот момент навсегда выжжен в моей памяти. Я хотела его поцеловать. Мне было безразлично, был он вместе с Софи или что они только начали встречаться. Мне было плевать на неё. Я не нуждалась в таких подругах, которые лгут мне и обманывают. Но я нуждалась в Генри. Мой лучший друг, мальчик, в которого я была влюблена, с которым хотела быть.

Мы простояли там так некоторое время, пока я не почувствовала, как Генри захотел от меня отстраниться. Но не в этот раз! Я обернула руки вокруг него и твердо прижала его к себе.

— Пожалуйста, не отпускай меня! — Я со всей силы хваталась за него, пока не почувствовала, как Генри обернул свои руки вокруг меня. Даже если его хватка была больше не так сильна, я снова чувствовала себя защищённой. Мой пульс был всё ещё очень быстрым, но всё же он постепенно замедлялся до тех пор, пока я не почувствовала приятный стук.

— Я никогда не хочу снова с тобой спорить, ты слышишь? Ты важен для меня, без тебя моя жизнь наполовину не была бы так прекрасна. Даже гораздо меньше, — прошептала я ему в ухо. Я хотела ему это сказать. Это крутилось у меня на языке! Но я должна была быть терпеливой. Если я застану его врасплох сейчас, это ни к чему не приведёт.

— Юли... — выдохнул он, и я подумала, что смогла услышать оттенок счастья в его голосе. Всё равно, что он произнёс моё имя, то, что он его вообще что-то сказал, сделало меня счастливой.

— Завтра мы вместе приготовим и испечём пиццу. И сделаем мороженое! И потом будем играть в видеоигры, а после пойдём в парк! — Летние каникулы ещё не закончились, и я могла всё привести в порядок прежде, чем школа захватит всё моё время.

— Звучит замечательно... — ответил Генри. Отстранившись, он потянулся за рубашкой, которая сейчас лежала на земле.

— Ты наденешь её снова? Ты всё-таки замёрзла? — Когда он это спросил, я заметила, как нервно Генри посмотрел в сторону. Я пощупала свои руки, которые покрылись гусиной кожей, но это было не из-за прохладного воздуха, а из-за Генри.

— Хорошо... — Я не хотела с ним спорить, поэтому молча надела рубашку и уютно уселась. Так было действительно приятнее, чем без рубашки. Генри просто знал, что было хорошо для меня.

— Мы должны вернуться. Стало очень холодно... — сказал он и сделал несколько шагов вперёд.

— Подожди! — Я мигом догнала его и врезалась в него, сделав так, чтобы всё выглядело, будто я споткнулась, так что у меня была возможность судорожно схватиться за него. Мы обменялись беглыми взглядами, прежде чем продолжили путь по лесу. Но я не отпустила Генри, а прижалась к его руке. Он был таким мускулистым и сильным. Генри много тренировался в последние недели, или он всегда был таким мускулистым?