Изгнанная жена генерала драконов - Эйрена Космос

меня бурлит сила, требуя выхода. Интуитивно направляю её по этой связи, вкладывая в поток всю свою любовь, всю жажду жизни.

Воздух вокруг начинает искриться, наполняясь золотистым сиянием. И в этом сиянии проступает женский силуэт. Открываю глаза и вижу прекрасную женщину в белоснежных одеждах. Её каштановые волосы струятся, подобно лунному свету, а в глазах отражается мудрость веков.

— Надэя, — выдыхаю я, узнав богиню.

Она улыбается, и от этой улыбки становится теплее.

— Ты нашла своё счастье, дитя. И твоё сердце оказалось достаточно сильным, чтобы бороться за него, — с теплотой произносит она.

— Помогите ему, прошу. — Мой голос дрожит.

— Ты уже помогаешь. Вы спасли друг друга. Такова сила истинной любви. — Богиня протягивает руку, и золотистое сияние сгущается вокруг нас с Ронгаром. — Отныне ваши души связаны нерушимыми узами. То, что было предначертано судьбой, свершилось.

Чувствую, как сила, текущая через нашу связь, усиливается многократно. Раны на теле Ронгара затягиваются на глазах. Его дыхание выравнивается, а сердце начинает биться увереннее.

Внезапно он открывает глаза и встречается со мной взглядом.

— Эйми! — хрипло говорит мужчина. — Ты цела?

Вместо ответа прижимаюсь к его груди, давая волю слезам — теперь уже слезам счастья.

— Берегите друг друга. — Голос Надэи становится тише. — Ваша любовь — дар богов, и она сильнее смерти.

Когда поднимаю голову, богини уже нет. Только золотистые искры медленно гаснут в воздухе. Ронгар обнимает меня, и я чувствую, как наши сердца бьются в унисон.

— Я думала, что потеряла тебя, — шепчу я ему.

— Теперь так легко от меня не отделаешься, — отвечает он, целуя мои волосы.

И я знаю, что это правда. Наши души связаны навечно, и никакая сила не сможет разорвать эти узы. В этот момент я окончательно понимаю: здесь мой дом, здесь моё место. Рядом с ним, моим драконом.

— Дорогая, понимаю, что сейчас не самое подходящее время, но я должен тебе сказать.

— О том, что вскоре станешь папой? — спрашиваю я, усмехаясь.

Забавно видеть виноватое выражение лица у этого несносного генерала.

— И как давно ты знаешь? — невзначай интересуюсь я.

— В лагере. Я бы сказал тебе, но нападение тварей отвлекло меня. Я хотел, чтобы ты узнала о беременности тогда, когда я был бы рядом.

Наклонившись, я прикасаюсь к губам мужа, вкладывая в этот поцелуй все свои чувства.

Ронгар отвечает на поцелуй с невероятной нежностью. Его губы ласково скользят по моим, заставляя моё тело дрожать.

Его рука нежно скользит по моей щеке, большой палец стирает следы слёз. От этого простого прикосновения по телу разливается тепло. Я чувствую, как через нашу связь текут его эмоции: облегчение, счастье, любовь… такая всепоглощающая любовь, что перехватывает дыхание.

Ронгар отстраняется на мгновение, чтобы заглянуть в мои глаза. В его взгляде столько нежности, что сердце замирает. Пальцы мужа легко касаются моих волос, перебирая пряди с такой осторожностью, словно я сделана из хрупкого стекла.

— У меня есть план, — произносит дракон.

— Поделишься? — улыбаюсь я, чувствуя, как его дыхание щекочет мои губы.

Пальцами скольжу по его плечам, шее, зарываюсь в тёмные волосы. Теперь я могу прикасаться к нему без страха и сомнений: он мой, только мой.

Наши губы снова встречаются в невесомом поцелуе.

— Нам нужно пожениться и как можно быстрее, — выдаёт мне муж.

— Чтобы выйти замуж, я должна получить предложение руки и сердца, — усмехаюсь я.

— Моё сердце уже твоё, а руки навеки будут рядом, — сообщает генерал, захватывая в свои объятия.

Кажется, непобедимому дракону придётся объяснить некоторые земные традици, но это позже.

— Ронгар. — От того, что я хочу сказать, горло сжимается. — Эймилин помогли умереть, и это сделала Селеста.

Поверит ли мне муж? Та стерва сказала, что они выросли вместе. Но что, если этих двоих связывает более глубокое чувство?

Сердце будто ржавыми иголками пронзает.

— Мой отец слишком много ей позволял, пожалел бедную сироту. Дал ей кров и заботу. Селеста всегда была жестока, но чтобы убить… — посмотрев мне в глаза, говорит он. — Она понесёт заслуженное наказание за всё.

— Хорошо, если так, — киваю я.

— А теперь нам пора. — Ронгар поднимается на ноги вместе со мной на руках.

— Куда? — Я обхватываю руками шею мужа.

— В храм, конечно.

Глава 55

С дрожью в воздухе разносится жуткий, леденящий душу голос судьи:

— Виновен!

Этот приговор, словно удар молота, сотрясает площадь до основания.

— Шипшун приговаривается к пожизненному заключению в каменоломнях в горах Дарха.

Толпа взрывается одобрительным рёвом, по спине бегут мурашки от одного упоминания этих гор.

Дарх — место, где даже самые отъявленные преступники теряют рассудок от ужаса. Древние легенды шепчут о зловещих духах, что безжалостно высасывают жизненные силы из несчастных, обречённых на вечные муки в этом проклятом месте.

— Пожизненно? Пощадите! — захлёбываясь рыданиями, молит шарлатан.

Давина с глазами, полными яростного огня и неукротимой жажды мести, выплёвывает каждое слово, словно ядовитые стрелы:

— А ты пощадил моего отца, когда тот так же умолял? Или тех, кто умер от насланной тобою эпидемии?

Мы едва успели вернуться с Ронгаром из храма, где связали свои судьбы священными клятвами, как весь город содрогнулся от ошеломляющей новости: поймали Шипшуна!

В каждом уголке шептались, что сам генерал Эйнар Дарквуд, тот самый могущественный дракон, что сопровождал нас в разлом, выследил преступника.

Меня до сих пор бросает в дрожь от мысли, как этому ничтожеству удалось сохранить жизнь после встречи с таким грозным драконом. Эйнар славится своей беспощадностью к врагам.

Сердце разрывается, когда Ронгар с тревогой в глазах просил меня не ходить на площадь. Но я не могла оставить Давину одну в такой важный момент. Она должна увидеть, как свершится возмездие.

Всё оказалось даже страшнее, чем я предполагала. Этот мерзавец Шипшун не просто принёс «цветочную гниль» в город — он хладнокровно спланировал массовое убийство!

Когда люди начали умирать, словно мухи, он, как стервятник, явился со своим «чудодейственным» лекарством. На допросе под пронизывающим взглядом самого Верховного Дракона трясущийся от страха Шипшун признался в убийстве отца Давины.

Мужчина пытал несчастного Фьюго, выпытывая рецепт универсального лекарства. Но судьба посмеялась над убийцей: список ингредиентов оказался неполным, без главного компонента — эликсирии. Когда его преступление начало раскрываться, этот трус бежал вместе со своим подельником, продажным мэром Ульясом.

В воздухе снова звенит властный голос судьи:

— Введите следующего заключённого!

Давина рядом со мной дрожит от едва сдерживаемых эмоций.

— Наконец-то справедливость восторжествовала. — Её голос полон горькой радости. — Ты не представляешь, каких усилий мне стоило удержать Ренара от немедленной расправы. Он хотел разорвать глотку этой твари прямо