Изгнанная жена генерала драконов - Эйрена Космос
Я крепко сжимаю руку подруги.
— Ты поступила мудро. Такое ничтожество не заслуживает быстрой смерти.
На площадь выволакивают мэра Ульяса, и воздух мгновенно наполняется яростными криками толпы. Гнилые овощи и комья грязи летят в предателя, как стрелы народного гнева. Его некогда лощёное лицо теперь искажено страхом, а богатые одежды превратились в жалкие лохмотья.
— Преступник! Убийца! Смерть предателю! — ревёт разъярённая толпа.
В этих криках слышится вся боль и страдания, что причинил этот человек своему народу.
Каждое слово судьи, зачитывающего бесконечный список преступлений, словно гвоздь в крышку гроба Ульяса. Взяточничество, казнокрадство, покровительство бандитам — и это лишь верхушка айсберга его злодеяний. Бывший мэр стоит, понурив голову, не смея поднять глаза на тех, кого предал ради золота.
Воздух застывает в ожидании приговора. И вот он звучит, подобно раскату грома.
— Виновен! Приговаривается к пожизненному отбыванию в шахтах Птарха.
От этих слов по толпе проносится удовлетворённый шёпот. Шахты Птарха — место, где сама смерть кажется милосердием. Ядовитые испарения медленно разъедают лёгкие, превращая каждый вдох в пытку. Никто не живёт там дольше пяти лет, только медленно угасает в агонии.
— Что? Нет, только не это! — визжит мэр.
Его крик полон такого ужаса, что даже мне, ненавидящей его всем сердцем, становится не по себе.
Давина выдыхает с облегчением, словно сбросив тяжкий груз с плеч.
— Наконец-то. Пойдём отсюда, здесь больше нечего делать.
Когда мы покидаем площадь, за нами, как тени, следуют три огромные фигуры — охранники, приставленные Ронгаром. Я улыбаюсь, вспоминая, как настойчиво муж убеждал меня в необходимости защиты и как его глаза светились тревогой за мою безопасность.
Внезапно лицо Давины озаряется счастьем.
— Ой, мой котик ждёт меня!
Я следую за её взглядом и замираю в благоговейном ужасе. Ренар в своей звериной форме — это нечто невероятное! Огромный, мускулистый барс, чья шерсть переливается на солнце, а глаза горят разумным, почти человеческим огнём.
И эту грозную машину для убийств Давина называет котиком? От одного вида его внушительных клыков у меня подгибаются колени!
Наблюдаю, как Давина без тени страха подбегает к огромному хищнику. Её маленькая фигурка рядом с массивным телом барса кажется особенно хрупкой, но в этом контрасте есть что-то невероятно трогательное.
Она нежно трётся о его морду, и, к моему изумлению, воздух наполняется глубоким, раскатистым мурлыканьем. Этот звук настолько не вяжется с грозным обликом зверя, что я не могу сдержать улыбку.
— С ума сойти, — шепчу я, проходя мимо этой парочки.
Оказавшись дома, я по привычке предлагаю охранникам разделить со мной обед, но их реакция говорит сама за себя. Бедняги бледнеют, словно увидели призрака, и поспешно отказываются, запинаясь.
Ох уж этот Ронгар, наверняка запугал парней до полусмерти! В их глазах читается такой неподдельный ужас, что становится даже смешно.
Едва переступаю порог, как меня окутывает невероятный аромат жареного мяса, от которого рот наполняется слюной. В последнее время я схожу с ума от этого запаха: тело само подсказывает, что ему нужно.
— А вот и ты.
Глубокий, бархатный голос мужа заставляет моё сердце пропустить удар.
— Я заждался.
Сильные руки Ронгара обвиваются вокруг моей талии, и я таю в его объятиях, чувствуя, как напряжение тяжёлого дня постепенно отступает.
Прижимаясь к его широкой груди, я вдыхаю родной запах и улыбаюсь. Пусть за стенами нашего дома творится что угодно, здесь, в объятиях моего дракона, чувствую себя по-настоящему защищённой.
— У меня для тебя новость, — шепчет мне на ухо муж.
Эпилог
— Готова? — шепчет мне на ухо Ронгар.
— Давно готова! — улыбаюсь я.
Неужели прошло два года, как мы с Ронгаром вместе? Время невероятного счастья и любви. Несмотря на возникающее периодически недопонимание, мы с каждым днём любим друг друга всё сильнее.
После того как дали новые клятвы в храме, Ронгар предложил жить в Эльвендоре. Я и сама не горела желанием возвращаться туда, где испытала столько боли не только Эймилин, но и я.
И вот сейчас наше семейное гнёздышко полностью готово.
Перед нами возвышается трёхэтажный особняк, сверкающий белоснежными стенами в лучах утреннего солнца. Его фасад украшен изящной лепниной и высокими арочными окнами.
Широкая мраморная лестница ведёт к массивной дубовой двери с витражными вставками.
— Пойдём, посмотрим всё изнутри, — берет меня за руку Ронгар.
Проходя мимо сада, я не могу перестать любоваться этой красотой.
В центре располагается фонтан — настоящее сердце этого райского уголка. Три мраморные нимфы грациозно танцуют в водяных струях.
По обе стороны от дома раскинулись цветущие клумбы с невероятным количеством цветов. Вдоль ограды вьётся глициния, образуя сиреневый навес над небольшой беседкой. В дальнем углу сада расположен небольшой огород с грядками различных трав.
Для работы мне нужно огромное количество растений. Гулять по лесу не хочется, намного удобнее, когда всё есть под рукой.
— Здесь даже лучше, чем я себе представляла!
— Идеально, правда? — шепчет муж, целуя меня в висок.
Я не впервые вижу особняк, но впервые чувствую, что он наш. Именно здесь мы вырастим наших детей.
Роан, наш первенец, родился спустя шесть месяцев после моего необыкновенно горячего сна. Беременность давалась мне тяжело, и если бы не Ронгар, который постоянно подпитывал малыша своей магией, то я бы не справилась.
Откуда мне было знать, что истинные драконы даже в утробе тянут столько жизненной энергии? А Ронгар это сразу понял, именно поэтому не отходи от меня во время беременности ни на шаг. Ему даже «отпуск» Верховный Дракон предоставил.
Всё закончилось благополучно, и Роан радует нас каждый день. Буквально вчера у него схлынули маленькие чешуйки на щеке. Муж поспешил меня успокоить:
— Не волнуйся, любовь моя, это нормально для драконов.
— Ему ведь не больно?
Внутри всё сжимается от страха.
— Это наша суть, поэтому не больно. Через несколько лет Роан сможет полностью обернуться во вторую ипостась.
Главное, что не больно. Но разве материнское сердце это успокоит?
Подняв меня на руки, Ронгар входит в дом.
Прильнув к сильной груди мужа, я наслаждаюсь его теплом и силой. Минув просторную гостиную с камином, мы поднимаемся по винтовой лестнице на третий этаж, где располагаются хозяйские спальни.
— Закрой глаза, — шепчет мой дракон, а спустя минуту просит открыть.
Наша спальня прекрасна: огромные окна от пола до потолка. В центре комнаты — массивная кровать с резным изголовьем, застеленная белоснежным покрывалом.
— Нравится? — Ронгар ставит меня на пол, но не отпускает, прижимая к себе.
— Очень, — выдыхаю я, поворачиваясь
