Легенда о драконьей невесте - София Хартманн
— Прошлого не изменить, — повторил он спокойно, хотя внутри все рвалось от признания Калисы. Он выяснит это позже. А сейчас важнее она. — Мы можем только идти вперед.
Калиса всхлипнула, опустив голову.
— Я искал тебя очень долго, min kernel, — произнес Рюнал тихо, и Калиса вздрогнула от такого знакомого и теплого обращения. — Я искал тебя, чтобы убить. Я хотел отомстить за смерть отца, считал тебя чудовищем. Но теперь я понял, что не могу убить тебя. Ты — единственная, кто у меня остался. И пусть я никогда не смогу простить тебя полностью, я не хочу твоей смерти.
Это признание далось так легко, что Рюнал удивленно округлил глаза, замолчав. Но вместе с тем с души свалился огромный тяжелый камень.
Калиса подняла на него глаза, в которых плескался страх. Она была готова к ненависти, но не к прощению, хотя и зыбкому, словно первый снег. Губы ее дрожали, и она поджала их, вновь отворачиваясь.
— Расскажи мне, — попросил Рюнал, осторожно взяв ее ладонь в свою, — расскажи мне о маме.
Калиса отчаянно замотала головой и зажмурилась. Рука ее стала такой горячей, что было больно держать, и Рюнал тут же выпустил ее.
— Пожалуйста! — почти взмолился он, не зная даже, о чем именно просит. Не уходить в себя? Не становиться чудовищем снова? Ведь он не хотел смерти сестры, но дракона принять был не готов.
«Она сейчас превратится?» — мелькнуло в голове. Он отскочил, не сразу поняв, что сделал. И только когда увидел, как лицо Калисы исказилось — от осознания, что брат всё ещё боится её, — до него дошло. Он снова сделал ей больно. Не мечом — страхом. И это гораздо хуже.
Калиса все поняла гораздо раньше. Посмотрела на него так, что сердце Правителя болезненно сжалось, и, сбросив плащ, шагнула назад. Рюнал увидел, как её глаза вспыхнули — не гневом, а обидой. Она собиралась уйти. Снова.
— Не надо, — выдохнул он, протягивая руку.
Но Калиса уже отвернулась. И в этот момент сзади раздались звон и крики.
— Min heresk, уходите! — раздался приглушенный голос комдата, а затем — вскрик.
Рюнал развернулся и немедля приготовился к бою. Кем бы он был, бросив своих ридов на растерзание?
— Уходи! — крикнул он Калисе и побежал на поляну к хижине.
Там уже развернулась кровавая бойня. Группа повстанцев во главе с Форредом — Рюнал издалека узнал его высокую фигуру — уже разбили половину отряда. Заметив Правителя, Форред кровожадно улыбнулся и, вытащив меч из тела рида, направился к нему.
Калиса осталась где-то в глубине леса, она в безопасности. Только этим Рюнал успокаивал себя, принимая защитную стойку с мечом наготове. Чем ближе подходил Форред, тем сильнее внутри разгоралась ярость. Как смеет он приходить сюда после всего, что сделал? И тут же мелькнуло осознание: он ведь пришел не просто так, он наверняка искал Калису!
Рюнал не успел сделать и трёх шагов, как перед ним вырос Форред. Меч повстанца сверкнул, и Правитель едва успел заблокировать удар от неожиданности.
— Здравствуй, min hojstand, — прошипел Колд, налегая на клинок. Глаза его горели золотом в свете закатного солнца. — А где же твоя сестра? Опять сбежала?
Рюнал отбил удар и сделал выпад. Форред ловко ушёл в сторону, будто не сражался, а танцевал.
— Ты предатель, — выдохнул Рюнал, кружа вокруг врага. — Ты убил Дасния, обманул Калису, привел отца на смерть.
— Я сделал то, что должен был, — усмехнулся Форред, и в его улыбке не было раскаяния. — В отличие от тебя, я не прятался за спинами ридов. Я действовал.
Они снова сцепились. Мечи звенели, высекая искры. Рюнал дрался яростно, почти безрассудно — каждый удар был пропитан болью и ненавистью. Но Форред был сильнее физически и опытнее. Он не пытался убить быстро — он изматывал, ждал ошибки, наслаждался моментом. Пока Рюнал участвовал в советах и принимал подданных, Форред учился сражаться — и это чувствовалось.
— Ты долго меня искал? — усмехнулся повстанец, отбивая очередной выпад. — А я все это время был рядом. Следил. Ждал.
Рюнал не ответил. Он сделал ложный выпад, Форред потянулся за ним — и Правитель резко развернулся, целясь в незащищенный бок. Еще миг — и меч вошёл бы в тело врага. Но Форред оказался быстрее. Он перехватил клинок Рюнала, крутанулся и с силой ударил рукоятью в лицо.
Перед глазами поплыло. Рюнал пошатнулся, пропуская удар. Клинок Форреда полоснул по плечу. Кровь хлынула из глубокой раны, но Правитель даже не вскрикнул.
Где-то рядом кричали риды, умирали повстанцы. Рюнал не видел ничего, кроме холодных золотистых глаз врага.
— Ты слаб, Правитель, — прошипел Форред, наступая. — Ты не готов пожертвовать ничем ради своих земель. А я — готов.
Рюнал зарычал и бросился вперед, вкладывая в удар всю свою злость. Но Форред перехватил меч, выбил его из рук Правителя и, развернувшись, вонзил клинок в живот Рюнала.
Время остановилось. Рюнал упал на колени, чувствуя, как что-то тёплое и липкое растекается по животу. Он не чувствовал боли — только холод. Бесконечный, ледяной холод.
Форред наклонился к нему.
— Передавай привет отцу, — прошептал он, занося меч для последнего удара.
Но тут лес осветила яркая вспышка. Что-то огромное, огненное рухнуло между ними, отбросив Форреда в сторону. Рюнал поднял глаза — и увидел дракона.
Калиса. Красная чешуя, горящие голубые глаза, разинутая пасть, из которой вырывались клубы дыма.
— Не трогай его, — прорычала она. Голос ее звучал иначе — глубже, древнее, будто говорили двое одновременно. — Именем всего, что тебе дорого, отойди.
Форред поднялся, отряхивая снег.
— Льдинка, — улыбнулся он. — А я ведь тебя и искал. Но удачно и брат твой попался.
Он шагнул к дракону. И Калиса зарычала — так, что затряслись деревья.
— Ну что ты, льдинка, не нужно злиться. Я скучал по тебе, — Форред подошел ближе, почти касаясь морды дракона. Глупость ли, самоуверенность — но она работала. Калиса не спешила сжигать врага, хоть тот и вторгся в ее личное пространство уже давно. И даже позволила положить ладонь на ее горячую щеку. — Помнишь, как хорошо нам было вместе? Как мы веселились?
Калиса выдохнула еще один столб дыма и склонила голову.
Рюнал издал стон, из последних сил прижимая рану рукой.
— Все может стать как раньше, — прошептал Форред, глядя в голубые глаза дракона.
— Не трогай его, — прорычала Калиса, кивая на брата.
Форред кивнул и сделал пару шагов назад.
— Я дам тебе спасти его, если пойдешь со мной, — улыбнулся вождь повстанцев.
