Хозяйка класса Люкс - Ямиля Нарт
Я посмотрела ему прямо в глаза, лицо мое было невозмутимым маской.
— Святая вода, — чистым, ровным голосом солгала я. — Из церкви на окраине. Больше ничего.
Врач скептически хмыкнул, но в его глазах читалась неуверенность.
— Святая вода… Ну, знаете… Если вы говорите…
Мама шла к машине на своих ногах, пусть и медленно, опираясь на отца. Она была слаба, но жива. В машине она взяла мою руку и сжала ее.
— Спасибо, дочка, — прошептала она. — Я не знаю, что ты сделала, но… спасибо.
— Всё хорошо, мам, — перебила я ее, мягко, но твердо. — Всё позади. И, пожалуйста, если кто-то спросит, всем говорите одно: помогла святая вода.
Она кивнула, и в ее глазах было понимание. Она знала, что я связалась с чем-то необычным, и принимала это.
Проводив родителей домой и убедившись, что мать спокойно спит в своей постели, я вернулась в свою комнату. Ключ снова капризничал, дверь в «Междумирье» открылась лишь со второго раза. Тревожный холодок сжал мое сердце.
Я шагнула в холл и замерла.
Царил полумрак. Моя роскошная хрустальная люстра не горела. Стены, еще недавно сиявшие свежими шелковыми обоями, снова казались тусклыми, серыми, будто выцветшими. Воздух был тяжелым и спертым, пах пылью.
В центре зала сидели феи. Они не порхали, а сидели на полу, обняв свои колени. Их крылышки беспомощно волочились по пыльным половицам. Иви попыталась подняться мне навстречу, но лишь бессильно взмахнула крыльями и снова опустилась.
— Что… что случилось? — прошептала я.
Из темноты возник Лириан. Его лицо было бледным и напряженным.
— Подпитка от Дома иссякает, Ольга, — так же тихо ответил Лириан. — Он теряет энергию.
Я обвела взглядом холл, и сердце упало. Все, чего мы добились, все преображение — рассыпалось на глазах, как песчаный замок.
— Грум-Гр? Лазурит?
— Голем находится в своем зале. Он пытается медитировать, чтобы стабилизировать энергетические потоки. Грум-Гр… я отправил его отдыхать. Он пытался поддерживать порядок, но без энергии Дома это бесполезно.
Мне нужно было увидеть самое главное. Я, не говоря ни слова, прошла через холл и спустилась по узкой лестнице в подвал.
Сердечный Механизм стоял в центре подземелья. Раньше он тихо потрескивал, шестеренки плавно вращались, а из стыков с шипением вырывался пар. Теперь он был почти неподвижен. Лишь одна маленькая шестеренка на самой периферии делала короткие, дерганые движения, издавая скрежещущий звук. Медные трубы, обычно теплые и сияющие изнутри, были холодными и тусклыми. И я увидела это — длинную, тонкую трещину, рассекавшую одну из главных труб. Из трещины сочилась едва заметная темная субстанция, похожая на жидкую тень.
Сердце моего Дома было повреждено, и виновата в этом была я.
Глава 14. Цена чуда
Холодный ужас, липкий и беззвучный, сдавил мне горло. Я стояла, не в силах оторвать взгляд от темной щели, рассекавшей медную трубу. Из нее сочилась не жидкость, а нечто иное — струйка черного, словно жидкий обсидиан, дыма, которая, едва вырвавшись наружу, растворялась в воздухе, оставляя после себя запах гари и остывшего металла.
«Это я, — пронеслось в голове. — Это я его сломала».
Своей отчаянной просьбой, своим истеричным требованием пробиться в мир-тень, я заставила Дом выйти за пределы своих возможностей. Я сожгла его сердце, чтобы спасти свое.
Я не помню, как поднялась обратно в холл. Лириан ждал меня, его поза была все такой же прямой, но в глазах читалась тревога. Феи все так же сидели на полу, словно крошечные, погасшие фонарики.
— Что будет, — мой голос прозвучал хрипло и неуверенно, — если Дом… уничтожится?
Лириан неловко пожал плечами.
— Не знаю. В анналах Заставы не было упоминаний о гибели подобной Сущности. Если судить по Договору… — он сделал паузу, собираясь с мыслями. — В Договоре нет ни слова о подобной возможности. Теоретически, с одинаковой степенью вероятности, ты либо станешь свободной, либо… умрешь вместе с ним. Разрыв связи с таким существом непредсказуем.
Свобода. То, о чем я порой мечтала в самые трудные дни. Теперь эта перспектива казалась не освобождением, а приговором. Умереть здесь, в этом каменном мешке, или быть выброшенной в никуда, без Дома, без команды, без цели. Оба варианта были невыносимы.
— Надо перечитать Договор, — сказала я, уже поворачиваясь к кабинету. — Может, мы что-то упустили.
Мы провели за толстым фолиантом больше часа, вчитываясь в каждую строчку, в каждую закорючку. Лириан помогал мне переводить сложные архаичные обороты. Но он был прав. Ни в одной статье, ни в одном пункте не было ни намека на случай уничтожения Дома.
От бессилия я схватила со стола тяжелую бронзовую чернильницу и едва не швырнула ее в стену, но вовремя остановилась. Я опустила голову на прохладную столешницу, чувствуя, как накатывает новая волна отчаяния.
— Механизм, — прошептала я, поднимая лицо. — Надо снова его осмотреть. Вдруг мы что-то упустили.
Мы спустились в подвал. Лазурит стоял неподвижно рядом с Сердечным Механизмом, его каменные ладони лежали на одной из холодных труб, словно он пытался передать ему свою безмятежную энергию. При нашем появлении он медленно повернул голову, и свет в его глазницах был тусклым, как угасающие угли.
— Он слабеет, — гулко констатировал голем. — Поток жизни иссякает.
Я подошла вплотную, заставляя себя дышать ровно, и принялась изучать механизм снова, дюйм за дюймом. Я искала что угодно — кнопку, рычаг, скрытую панель. Я протирала пыль с медных пластин, вглядывалась в стыки, в паутину трубок. И именно тогда, в тусклом свете, едва излучаемом одной из сфер, мой палец нащупал неровность на, казалось бы, гладкой поверхности одной из главных шестерен. Едва заметную гравировку, похожую на клеймо.
Я наклонилась ближе, стараясь разглядеть в полумраке. Лириан, обладавший более острым зрением, опередил меня.
— «Сделано в Аэтерисе. Цех Каэля анСара», — прочел он.
Аэтерис. Мир, о котором Лириан упоминал мельком. Мир высшей магии, где правят артефакторы и гильдии, мир драконов.
— Лириан, — обернулась я к эльфу. — Ты говорил, это мир драконов.
Он нахмурился, его тонкие брови сдвинулись.
— Да. Высокомагический, суровый мир. И да, раса драконов там доминирует, — он помолчал, и по его напряженному лицу было видно, как неприятна ему эта мысль. — Моя раса вела с ними войну. Она закончилась не так давно, но… осадок остался. Чувствовать себя там я буду не лучшим образом.
— Другого выхода нет, — отрезала я. — Тот, кто создал это Сердце, должен уметь его починить. Нам нужен Каэль анСар.
Я собрала всех в холле. Картина была
