Легенда о драконьей невесте - София Хартманн

Правитель нахмурился и серьезно посмотрел на дочь. Под его взглядом она, и без того ставшая маленькой и хрупкой от холода, даже съежилась.

— Калиса, min kernel, как ты должна ко мне обращаться на официальных встречах? — каждое слово, казалось, впечатывалось в ее тело, несмотря на спокойный тон и теплое обращение.

— Min heresk****, папа... — пробормотала Калиса, опустив взгляд.

— Верно. Ты прекрасно знаешь все обращения. Тогда почему я слышу другое?

В голосе отца проскользнули нотки разочарования, и Калиса почувствовала жар, пробирающийся от сердца к щекам.

— Но, папа, это же...

— Нет, Калиса, это официальная встреча! — припечатал Правитель, чуть повысив голос.

Калиса вздрогнула и подняла глаза на брата — тот даже не смотрел в их сторону. Он вообще будто находился не здесь, а где-то в царстве ветров. Рюнал в последнее время был словно тень, и его привычная молчаливая улыбка скрывала какую-то невысказанную боль.

Больше она не проронила ни слова, даже когда в зал начали входить мужчины в богато украшенных одеяниях. Только когда пришла пора ей сказать свое слово в ответ на предложение Рюнала, Калиса выдавила:

— Я согласна с вами, min hojtstand*****.

Хотя почти всю его речь она пропустила мимо ушей. Девушка искоса глянула на Аксала и, получив одобрительный кивок, опустила голову, снова погружаясь в свои мысли.

Каждая встреча Совета для нее длилась вечность. Советники со всех городов предлагали идеи по разным вопросам — ее же задача заключалась лишь в том, чтобы вовремя согласиться с братом. Пару раз она пыталась предложить что-то свое, внимательно слушая каждого, но ни разу ее предложения не рассматривались всерьез, а отец после этого одаривал ее тем самым взглядом, который подразумевал «Подумай еще, min kernel». Теперь же Калиса даже не пыталась. Она думала о своем и терпела жуткий холод, согреваясь мыслями о том, что скоро вернется в свою мастерскую и сможет заняться, наконец, тем, что действительно для нее важно.

Когда зал опустел и холод начал кусать за кожу сильнее, Калиса выплыла из фантазий и двинулась к выходу. И вдруг вспомнила самое важное, что все время забывала или боялась сказать отцу. Щеки загорелись вместе с искрой где-то внутри, сердце застучало в ритме ритуальных барабанов. Девушка сорвалась с места и окликнула Правителя уже в коридоре.

— Папа! То есть... — осеклась тут же, поправилась: — Min heresk, уделите мне долю, пожалуйста.

Мужчина остановился, его широкие, как каменная гора, плечи, медленно двинулись. Серые глаза взглянули на нее с усталостью.

— Что угодно, min kernel? Только быстро, прошу тебя.

Объяснять свою спешку он, как всегда, не стал. Калиса и так знала: наверняка он торопится на очередной совет, прошение, просмотр или службу. Что угодно, лишь бы не видеться с детьми. Впрочем, с Рюналом он встречался гораздо чаще, и сердце Калисы кольнула неприятная ревность.

Она помотала головой, прогоняя лишние чувства. Стоило сосредоточиться на главном.

— Папа, я хотела попросить... — начала Калиса, не замечая, что снова перешла на неофициальное обращение. Пожар внутри затухал, и нужно было срочно поймать хоть одну искру, чтобы не упустить возможность. Калиса зажмурилась и выпалила на одном дыхании: — Пожалуйста, можно я схожу на ярмарку?

И задержала дыхание, боясь спугнуть трепещущую перед носом надежду.

— Нет.

От холода в голосе отца спину покрыли тонкие иголки мурашек.

Калиса распахнула глаза, в которых уже начали собираться слезы, и хотела было снова заговорить, но Правитель ее опередил:

— Ты знаешь, что это небезопасно. — Тон его немного смягчился, он смотрел на дочь сверху вниз, но не с властью, а с сочувствием и болью. — Min kernel, я не хочу потерять тебя так же...

Голос его надломился, как корка льда в Пору Летящих. Он не договорил, но Калиса и так все поняла. Смиренно опустив голову, она кивнула, быстро «сложила крыло» и убежала.

Лишь в мастерской юная наследница смогла дать волю чувствам. Она упала в кресло, обняла колени, насколько позволяло платье, и разрыдалась. Плечи ее затряслись, по телу пошла дрожь.

— Ну почему?! — закричала она обессиленно. Глаза жгло от соли, но слезы не прекращали литься.

— Льдинка, ты чего? — вдруг раздался тихий голос, и Калиса даже не сразу расслышала его. А когда подняла голову, не веря своим ушам, лицо ее тут же озарилось.

Высокий стройный юноша стоял перед ней в теплом кафтане и меховых ботинках. В глазах его плескался мед, а губы растянулись в радостной улыбке, обнажая белоснежные зубы.

Калиса округлила глаза, открыла рот и закрыла его, осознание пришло лишь спустя несколько секунд.

— Форред! — взвизгнула Калиса и тут же вскочила, кидаясь обнимать лучшего друга. — Ты же должен был приехать только через несколько дней!

Юноша усмехнулся, обхватывая девушку за талию и осторожно прижимая к себе. Он надеялся на такой эффект, но видеть его вживую было куда приятнее.

— Освободился раньше, — ответил Форред, отпустив Калису и оглядев ее с ног до головы. — А что это у тебя за слезы, а? Кто мою льдинку обидел?

Калиса закатила глаза, скрестив руки на груди. Даже говорить было не нужно — Форред и так знал каждую трещинку принцессы, каждое переживание. За столько лет дружбы они оба выучили друг друга от створки до створки, примерно так же, как от двери до двери Калиса знала родовой замок.

— Отец опять запретил тебе идти на ярмарку? — уточнил Форред, хотя и так знал ответ. Калиса разочарованно вздохнула и, кивнув, села обратно в кресло.

Друг опустился перед ней на корточки, обхватывая земёрзшие ладони.

— Льдинка, — позвал он, заглядывая в голубые глаза, — это для тебя же. Знаешь ведь, что там опасно. Сейчас в народе очень неспокойно.

Калиса замотала головой. Брови ее сдвинулись к переносице, от чего на лбу пролегли неглубокие морщинки. Почти такие же, как те трещинки, что сейчас темнели на ее сердце.

— Я понимаю! — выдохнула девушка, перебирая пальцы Форреда. — Но ведь вам можно ездить куда-то. Тебе, Рюналу, даже отцу! А я будто пленница какая-то.

Форред вздохнул. Ему было хорошо известно, как Аксал относится к безопасности дочери, и все же хотелось помочь подруге, которая стала ему как сестра.

— Слушай, — чуть приблизившись, прошептал Форред и кинул взгляд через плечо — не подслушивает ли кто? — Я могу помочь тебе, льдинка. Если без ярмарки ты совсем-совсем не сможешь.

Калиса подняла голову и быстро закивала, с полной надежды улыбкой глядя на друга.

— Но будет три важных условия, — продолжил юноша, глядя прямо в глаза принцессе, — слушаешь?

— Да, — дрожащим от предвкушения голосом прошептала Калиса, сжав пальцы Форреда до побеления. Он